Истинное предназначение (СИ)

— Давно не виделись, старина, — гибрид ответил рукопожатием, хлопнув его по плечу, — я думал, такому прожжённому диггеру не грозит служба в легионе.
— Когда всё закончится, сразу же уйду, — Брон рассмеялся через фильтры, искажающие его голос, — хотя, тут много интересных ребят. Посмотрим. Не думаю, что проснусь в ближайшее десятилетие.
— А, да, гибернация, — рядом с ними медленно опускался один из гравилётов, собираясь перевезти высадившийся десант, — вообще, это имеет больше смысла, нежели просто торчать в космосе.
Брон пожал плечами, повернув голову в сторону спустившейся по фотонному лифту двух ното в чёрной броне. Даже нагрудник не мог скрыть немалый бюст его обладательницы, радостно вскинувшей руки при виде Лункса и Лунги. Второй также был им знаком. По сдеражнной вытяжке и походке беоты узнали в нём Имила, командующего южной линией обороны.
— Ура! Мы снова вместе! — воскликнула Ани, бросившись обнимать их. — Ну теперь-то мы им всем покажем!
— Да мы уж показали, — Лунги обернулась. Огонь всё ещё вздымался в небо. Артиллерия смолкла — щит был непроницаем как изнутри, так и снаружи, — Спирус… даже не ожидала, что будет такой эффект.
— И это только цветочки, — злорадно проговорил Имил, кивком приветствовав их, — мы подготовили хаоситам много сюрпризов.
— Да, если уж гулять, так на полную катушку! — весело добавила Ани. — Главное, успеть на космодром.
— Без нас не улетят, — Лункс вспомнил о словах Левира об Ассуре и Урси. Невольно вскинув голову, где до сих пор мелькали разряды бьющихся об барьер случайных мутантов, он помрачнел и вздохнул, — нет пути назад.
  
Глава XX. Истина внутри тебя
 
Голубая волна энергии с треском разбилась о защиту Хэера, рассеявшись мелкими частицами в пространстве. Космос вокруг их платформы скручивался, завихрялся в чёрные дыры, словно пытаясь вытянуть саму жизнь. Однако сам Хэер остался неподвижным, окружённый едва заметным ореолом света. Белый халат и тёмные волосы развевались от неведомого ветра. И всё же, несмотря на то, что тот постоянно защищался, Ассур ощущал мощь, доселе невиданную им. Сложно представить, что этот человек, этот новус, всего несколько минут назад был его старым другом Урси, поспешившим ему на помощь. «Вот он, настоящий Создатель Анима, — подумал он, содрогнувшись в благоговейном трепете. Глаза Хэера сияли, он медленно, словно нехотя, сделал шаг вперёд, навстречу ещё одной волне, пущенной Рераром, — но… что же он узнал?»
Сам Рерар взмыл в воздух, свысока, надменно и даже с жалостью глядя в глаза идущему к нему Хэеру. Про Ассура он словно бы забыл, и только сейчас нот осознал, насколько велика разница между ними. Пусть он являлся сильнейшим ноосенсом анимагенов, ему никогда не достичь силы своих создателей. Те хитрости и уловки, что он использовал против Рерара, не более чем досадное недоразумение для последнего. Недоразумение, стоившее жизни сотням анимагенов, поверивших в спасение. Нет! Улети они хоть на край системы, они не смогут оторваться от Рерара, и Урси это понял первым, пусть и сам до конца не осознавая открывшуюся истину. «Я — это ты, ты — это я!» — Ассур повёл клинками, готовясь к броску. Слова Создателя и Творения, означающие их единство. Они будут с ним связаны даже сквозь пространство и время, и Рерар это знал, потому и не спешил их уничтожать. Анимагены нужны и ему.
— Мы оба знаем истину, Хэер, — на лице Рерара, теперь таком сосредоточенном и серьёзном, не дрогнул ни один мускул, — но трактуем её по разному. Неужели, после стольких событий, ты всё ещё считаешь, что был прав?
— Да, — хладнокровно ответил тот, продолжая идти. Пространство вокруг сходило с ума, искажалось, искрилось, вырисовывая в сознании Ассура жуткие образы, появляющиеся на мгновение и исчезая вновь, — позволь и мне показать то, чего ты не хочешь видеть.
— Оставь при себе свою иррациональность. Я действую так, как мы задумывали. Отступать уже поздно. Мы в шаге от нашей цели. В шаге от исполнения предназначения!
 
— Ты видишь суть, но не понимаешь её. И если не поймёшь сейчас, то эта битва станет для тебя вечной.
— Этой битвы можно было избежать, если бы не твоя принципиальность. На твоей совести миллионы погибших анимагенов, брошенных на смерть лишь ради того, чтобы доказать мне, что я не прав. Этот спор зашёл слишком далеко, Хэер! Отступись и дай мне закончить то, что мы начали.
— Я также желаю завершения замысла, — он приблизился достаточно близко и остановился, глядя на него снизу вверх, — я лишь прошу дать мне возможность показать тебе истину.
— Истину?! — Рерар резко сорвался вниз, встав рядом. — Оквир Арктонум, Хэер! Реальность изменчива! Нет ни одной постоянной величины, лишь постоянно сменяющиеся значения. Потому я и выбрал Хаос — только он отражает истинную суть Сун-Мариума!
— И даже Хаос приходит к общему знаменателю, если облачить его в формулу, — тот немного повернул голову, взглянув ему в глаза, — так и рождается Порядок.
— Ты говоришь о мимолётных значениях, а я вижу сквозь пространство и время, — он махнул рукой в сторону, — взгляни — этот космос бесконечен возможностями! Это есть истина и замысел Мироздания! Безграничная свобода и могущество! Мы сотворили жизнь, новые души и мысли вдохнув лишь толику этого чуда! Нас отделяют от него сомнения, но отринув их, мы погрузимся в настоящий Хаос! Энергию созидания, энергию Создателя!
— И зная это, ты никак не можешь усмотреть самой сути, — Хэер печально усмехнулся, — глядя на звёзды не видишь их света. Но сегодня, я положу этому конец.
Рерар хмыкнул, хмуро посмотрев на Ассура. Тот так и застыл, приготовившись к бою, однако так и не приблизившись к нему. Раздосадованно покачав головой, новус отвернулся, закинув руки за спину и медленно пошёл к краю платформы. Пространство начало успокаиваться, вновь приобретая очертания глубокого космоса.
— Нам пора, Церебелл, — он вздрогнул, не заметив, как Хэер оказался рядом. Немного худощавое лицо, уставшее, но всё ещё полное решимости, излучало ту же мощь, что он чувствовал от Рерара, — для тебя этот бой окончен.
Ассур не успел ничего сказать в ответ. Перед глазами мелькнул водоворот ярких и тёмных образов, уносящих его куда-то вниз. Коротко вскрикнув и тщетно попытавшись ухватиться хоть за что-нибудь, он потерял равновесие и рухнул на колени, слыша, как громко гудит генератор.
— …Прокуратор?! — чьи-то руки схватили его за плечи. — Дайте ему присесть! — голоса вокруг становились более чёткими, но зрение ещё не вернулось в норму. — Келеи Милосердные, сейчас нам только этого не хватало!
— Я в порядке, Левир, — голос он узнал, но сам едва смог прохрипеть эту фразу, — мне… нужно сосредоточиться!
— Они идут на прорыв! — это уже говорил Луно, стоявший у проектора. — Сфероходы жгут щит!
— Приближаются гравилёты хаоситов! — сообщил связист, ретранслируя сигналы с других узлов. — Они летят к космодрому!
— «Охотники» с западного фронта присоединились к первой линии обороны, — единственное место, где купол городского щита оставался открытым, была Селейская равнина, имеющая куда меньшую защиту из-за космодрома. Массивные металлические арки, растянувшиеся вдоль западной части, гудели от напряжения, удерживая энергию купола от попадания на основные дороги, — эскадрильи сопровождения готовы встречать воздушные цели.
На данный момент, «Первый Дом» являлся самым уязвимым местом в обороне Аполотона. Структура этого щита была такой же, как и у купола над городом, однако из-за специфики конфигурации, делающей его открытого типа, он имел куда меньшую прочность. Однако, не только щит закрывал этот участок фронта. Омилум и Роривер, используя силу ноосенсов, создали второй непроницаемый барьер, сдержавший ударную волну от взрыва, а теперь и натиск воздушных мутантов, помогая зенитным установкам.
Оправившись после взрывов, мутанты попёрли новой волной, но на этот раз среди их тёмных масс наблюдатели углядели сферообразные машины, выстраивающиеся в боевые порядки на возвышенностях с севера и юга. Часть из них заняла оборонительные позиции, а другая, повинуясь командам, начала соединяться друг с другом, превращаясь в одно целое. Модульные конструкции, то чем всегда гордилась Арги, теперь работали против её бывших друзей. Огромные лучевые орудия, закреплённые на земле, медленно заряжались, вытягивая энергию из передвижных энергостанций. Хищные дула раскалились, сверкая белым светом, и из них, плавя холодный воздух, вырвались разрушительной силы лучи. Даже первое подобное орудие, которое сама Арги использовала против Эксплара, являлось грозной силой, а уж его осадные модификации и тем более. Ранее, когда ещё шла война за Аревир, эти машины сжигали целые города. И единственным их недостатком являлась неповоротливость, не играющей сейчас никакой роли.