Истинное предназначение (СИ)
Но мутанты лезли не только на поверхности и по воздуху, но и под землёй. Они рыли тоннели, пробиваясь сквозь толщу пород, намереваясь прокопаться до подземных магистралей поездов. Но и тут их уже ждали. Рерару было невдомёк, что все электромагнитные дороги, проходящие под Аполотоном, давно заполнили ядовитым газом под давлением, разъедающим даже самую крепкую шкуру. К тому же, он был легковоспламеняющимся, и при первом удобном моменте, анимагены могли взорвать эти тоннели, похоронив в них часть подземной орды.
— Им конца и края не видно, — мрачно сообщил Левир Ассуру, посмотрев на него через голограмму проектора. Он и Прокуратор пока что оставались на мостике «Инвелотона», выбранный последним в качестве временного штаба. Чуть поодаль стоял Луно, временно переведённый на этот корабль, — а мы не эвакуировали и половины.
— Пока что им даже не удалось добраться до города, — невозмутимо ответил тот, сложив руки на груди, — и мы не потеряли ни одного бойца.
— И то верно, — усмехнулся Адмирал, — но с каждым часом они становятся всё ближе. Нельзя ли как-то ускорить эвакуацию?
— Уже нет на это ни времени ни возможности. Мы и так надорвали все производственные мощности при создании этих транспортников. Была у меня, конечно, мысль, использовать души «Тёмных» в анхорах для телепортации. Но это слишком рискованно, да и ни к чему. Мы справимся, Левир. Нужно лишь совершить последний рывок, пусть он и самый сложный.
— У меня нехорошее предчувствие, — помолчав, произнёс тот.
***
Время близилось к полуночи, но внешне ничего не изменилось. Природа давно сошла с ума, и Аревир постоянно был погружён в ночь. Мутанты подошли ещё ближе, метр за метром занимая территории. Город постепенно исчезал. Там, где проходили выродки Рерара, не оставалось ничего, кроме песка и ветра.
Как Лунги и предполагала, «Охотники» рассредоточились по передовой. Их отряды хорошо замаскировались, да и сами они старались не контактировать с остальными анимагенами, переговариваясь по внутренней связи. К её немалому удивлению, когда она вошла в штаб, оборудованный в одной из квартир небоскрёба, то увидела рядом с Лунксом Лупо. Волчица была облачена в чёрную броню их фракции, с характерной эмблемой в виде расколотого мечом черепа, и явно не являлась гостьей. Оба стояли у переносного проектора, разглядывая карту местности, и тихо переговаривались, указывая на наиболее уязвимые места в обороне. Заметив вошедшую беот, Лупо повернула голову и коротко кивнула в знак приветствия.
— О-о, — зато Лункс не постеснялся эмоций, радостно протянув к Лунги руку, — какие анимагены заскочили к нам на огонёк! Искорка, ты как? Поговорить или спасать мир?
— Пап, — она запнулась, быстро взглянув на окружающих. Помимо Лункса и Лупо, здесь сидели связисты и операторы дронов, наблюдающие за ходом битвы, — можно тебя на пару слов?
— В разгар решающего сражения и эпичного завершения истории? — он задумчиво приложил руку к подбородку. — Да, конечно! Почему бы и нет?
Лунги смущённо поджала уши, ещё раз взглянув на Лупо. Та никак не отреагировала на её слова, лишь нахмурившись и уставившись на проекцию.
В этом небоскрёбе работала мобильная энергостанция, припаркованная во дворе, потому базовые коммуникации пока что работали. Выйдя за дверь в коридор, Лунги не выдержала и бросилась Лунксу на шею. Она не видела отца несколько лет, постоянно пребывая где-то на заданиях. «Не могу, — беот едва сдерживала слёзы радости, чувствуя под ладонью прочную чёрную кожу гибрида, источающую родное тепло, — я так по тебе соскучилась…»
— Наслышан о вашем подвиге в Сагуловой впадине, — он ласково погладил её волосы, прижимая к себе, — теперь и ты знаешь, что такое искупаться в раскалённой лаве.
— Пап, — Лунги чуть отстранилась от него, посмотрев в глаза. Хотя её рост давно остановился, она была ниже его, как и большинство анимагенов-женщин, — я слышала про маму… это правда? Она смогла побороть влияние Эксплара? Дядя Урси говорил, но я так толком ничего и не поняла…
— Можно сказать и так, — он перестал улыбаться, тяжело вздохнув. Ему и самому хотелось бы верить, что Арги смогла вернуть себе разум, но последний разговор с Ассуром об этом, дал ему повод думать, что не всё так однозначно, — по-крайней мере, ей удалось ускользнуть из зоны его досягаемости. И нашей, если уж на то пошло. Когда выберемся с планеты, обязательно разыщем её, — добавил он, поцеловав её в макушку.
— На астероидный пояс? — Лунги усмехнулась. — В условиях полной неопределённости и едва избежав гибели? Почему бы и нет?
Лункс рассмеялся, дотронувшись пальцем её носа. Рысь даже вздрогнула, более радостно улыбнувшись и замурлыкав. Этот детский ритуал, придуманный ими, до сих пор вызывал у неё смесь счастья и уюта, словно бы никогда не случалось никакой войны и столь масштабных событий. Она устало уронила голову ему на грудь, закрыв глаза. Но усталость не приходила. Энергия Ассура, плещущаяся в пространстве, подстёгивала к действиям. Поёжившись, она крепко сжала отца в объятиях и отступила, с грустной улыбкой посмотрев на него. За жутким чёрным корпусом с белыми прожилками меукона всё ещё был её отец, немного импульсивный, язвительной, но добрый анимаген, которого она любила всей душой.
— А твой нейге где? — как бы невзначай поинтересовался Лункс, едва заметно дёрнув ухом в сторону двери позади.
— Луно сейчас должен быть с Левиром на «Инвелотоне», — она пожала плечами, — корабля он лишился, и сейчас нет времени оформлять его на новый.
— Хм, а я думал он будет с отцом на «Кентрионе», — он буквально услышал, как Лупо подняла голову и сейчас прислушивается к их приглушённому разговору. До сих пор, она так и не связалась ни с Луно, ни с Кано, ни с кем-либо ещё из бывшей «Сигма», — впрочем, это логично. Сейчас им не до сантиментов. Это мы, в авангарде, можем себе позволить расслабиться.
Давление на оборону нарастало. Даже несмотря на боевой дух, анимагены чувствовали, как нагнетается атмосфера. Негативная энергия почти визуально проявлялась в пространстве, скользя мимолётными тенями вдоль стен зданий. Воздух темнел, всё отчётливее проявлялось красное марево Конвентума. А корабли Технократии всё взлетали ввысь, унося с собой капсулы с уснувшими горожанами. Постепенно, Аполотон пустел, превращаясь в тёмные каменные джунгли, под стать остальной планете. Более того, те области, где мутанты уже прошли, начали просто растворяться, превращаясь в пыль и песок. Когда-то, также случилось с маяком «Нибилус» и прилегающей с ним рядом базой Железного Флота. Рерар не оставит даже воспоминаний о старом мире, превратив его в пустыню. Буря усилилась. Словно почувствовав слабину, Хаос удвоил натиск. Мутанты шли сплошной стеной, даже не пытаясь как-то увернуться или убежать от бьющих их снарядов. Тех, кого обезвреживал Конвентум, растаптывали, чтобы через секунду занять их место.
— Похоже, наша артиллерия потихоньку перестаёт их сдерживать, — усмехнулся Лункс, поднимая руку. Его ладонь дёрнулась, обрастая острыми наростами и лезвиями, а когти увеличились, сверкнув в свете переносных прожекторов, — давай покажем, Искорка, чего стоят «Охотники на Хаос»! Всем отрядам — выдвигаемся к условленным координатам! — он приложил палец к гарнитуре в ухе.
— Командир, — послышался голос связного, — это… нечто невероятное! Они оживают снова!
Те горы трупов, что чадили смрадом палёного мяса и крови, зашевелились. Тела мутантов растворялись, делались мягкими, будто пластилин, и сливались воедино. «Вот она, сила бога, — Ассур, наблюдавший за этими метаморфозами через проекцию, с отвращением поморщился, — он использует мёртвую биомассу и сейчас начнёт наполнять её энергетическими тварями».
За вихрем облаков замелькало голубое сияние. Едва видимые лучи неаревирской энергии упали на истерзанную землю. Грань между реальным и псионическим мирами разрушилась, выпуская через разломы миллиарды энергетических паразитов, голодных до живых душ и плоти. Призраки со всей планеты поползли к месту битвы, сверкая белыми глазами во тьме. Над городом раздался жуткий вой — оживающие големы из мяса и костей поднимались в бой, призванные Рераром. Бесформенные массы давили собой тех мутантов, которые успели убежать вперёд, присоединяя их тела к общим тушам. И энергетические заряды артиллерии работали против них уже не так хорошо. Взрыв расщеплял эти мерзкие конструкты, дробил их, заставляя умереть ещё раз, но лишь для того, чтобы они вновь собирались вместе. Даже маленькие частички плоти стремились воссоединиться, повинуясь злой воле. Только когда их касался Конвентум Ассура, они замирали, превращаясь в обычные ошмётки.