Демон в полдень (СИ)
Когда предметы вокруг перестали двоиться и расплываться, а молчаливая фигура, стоящая передо мной, обрела очертания, я обреченно вздохнула, собрала глаза в кучку и посмотрела в лицо незваному гостю.
— Саша?! — удивленно икнула я и пошатнулась. Хотя, возможно у моей неустойчивости была другая причина — нельзя запивать коньяк шампанским.
— Привет, — мрачно ответил мой давний друг, засовывая руки в карманы брюк.
— Что ты здесь делаешь? — глупо поинтересовалась я, начав с остервенением тереть глаза, надеясь, что стоящий передо мной мужчина всего лишь призрак из прошлого, явившийся ко мне из-за неумеренного и длительного пьянства.
— Спасаю тебя от самой себя, — Саша с вызовом глянул в мою сторону и насмешливо искривил губы. Движение настолько привычное, знакомое и родное, что всякие сомнения в реальности происходящего просто испарились. Вот если бы так же легко испарился туман из моей головы. Она просто раскалывалась от боли, а перспектива общения со старым другом радовала так же, как и встреча с крокодилом на болоте. И отделаться от него будет гораздо труднее, чем от симптомов белой горячки. Лучше бы меня и в самом деле, пушной зверь посетил.
Я досадливо поморщилась, отбросила в сторону свой плюшевый трофей и решительно уперла руки в боки.
— Прозвучало как-то слишком пафосно.
— Пафосность — мой конек, детка, — еще шире усмехнулся Сашка и опустил глаза ниже. Тут я вспомнила, что стою в одном нижнем белье, да еще и в таком, которое создано не скрывать, а подчеркивать. Я могла бы покраснеть, смутиться и тут же прикрыться чем-нибудь. Да хоть тем же одеялом, которое комом валялось у моих ног. Но это ведь Санька. Мы с ним столько пережили. Было время, когда, являясь злейшими врагами, мы едва не поубивали друг друга. Он даже подстрелил меня. А потом сам же залечивал мои раны. Совместно пережитые неприятности примирили нас, а некоторое время спустя мы стали напарниками. Ненависть друг к другу ушла, а её место заняли привязанность и доверие. Сложно не доверять человеку, который прикрывал твою спину от удара. Это то, что связывает один раз и навсегда. Это больше, чем любовь. Больше, чем дружба. Больше, чем семейные узы.
— Ты никогда не появляешься просто так, — простонала я, пытаясь стоять как можно ровнее.
— Ты права, — кивнул Саша. — Для тебя есть работа.
— Я больше не работаю на Хасана, — меня аж передернуло от этого имени, ведь еще год назад я клялась, что более никогда не помяну этого дьявола всуе. — Я ушла в отставку и теперь сама по себе.
— Такие, как мы, в отставку не уходят. Мы живы до тех пор, пока остаемся в деле.
Я насторожилась.
— Он меня отпустил. У нас договор. Он отпускает меня, а я не трогаю его.
— Действие договора придется приостановить, — Алекс почесал бровь и как-то странно поморщился. — Это в твоих же интересах.
— Нет, — я помотала головой. — Я больше не хочу иметь с этим ничего общего. Я теперь простой гражданин этой страны, такая же, как все.
Саша снисходительно склонил голову.
— Ты пьешь. Беспробудно. Слоняешься из города в город. Спишь с кем попало.
— С каких это пор тебя волнует мой моральный облик, а? — скривилась я.
Сашка брезгливо скривился и указал рукой в сторону кровати.
— Зачем тебе этот щеночек?
Я присмотрелась и увидела в ворохе простыней голую пятку сорок пятого размера.
— А, это…, — я замолчала, пытаясь припомнить имя своего вчерашнего знакомого.
— Это пацан, которого ты сняла вчера в каком-то баре.
— Ты что, следил за мной? — задохнулся я от гнева такой силы, что даже чуть протрезвела.
— Нет, я просто знаю тебя.
Я закатила глаза.
— Ага. Слушай, знающий ты мой, шел бы ты отсюда. У меня, видишь, гости.
— Что, еще не всю текилу выхлестали? — он угрожающе сложил руки на груди и как-то разом стал занимать больше места.
— Я тебя умоляю, хорошей текилы в этом селе не найти, а пить тот стеклоочиститель, который они выдают за мексиканский напиток как-то не охота. У меня одна печень, и она отлично сочетается с другими моими органами.
Я подхватила со стула свои джинсы и футболку, и с деловым видом направилась в ванную комнату.
— А сейчас, извини, мне необходимо освежиться, — бросила я, перед тем, как закрыть за собой дверь.
— Не забудь волосы помыть, — в том же тоне ответил мне мой друг, — у тебя там что-то засохло.
Я со злостью захлопнула дверь. Потом обернулась и посмотрела на себя в зеркало. В нем отразилась мятая бледная недовольная морда с заплывшими маленькими глазками.
— Красавица, — оценила я свой внешний вид. И полезла в душ, искренне надеясь, что Алекс покинет меня не прощаясь. И мы больше никогда не встретимся вновь. Не то, что бы я не хотела с ним видеться. Но год назад наши дороги разошлись. Я ушла, он — остался. Мы оказались не просто по разные стороны баррикад, а по разные стороны миров. В его по-прежнему остались погони, перестрелки, охота, а также кровь, страх, боль и приказы вышестоящих, которым нельзя перечить. Моя же превратилась в один сплошной алкогольный марафон по околицам нашей безграничной Родины в надежде спать, наконец, по ночам спокойно. А не просыпаться каждый раз от собственных криков… Пока получается плохо. Но я работаю над собой.
Глава 3
Вернувшись в спальню, на ходу вытирая мокрые волосы полотенцем, я удостоилось чести лицезреть дорогого друга развалившимся в кресле и неотрывно глазеющем на мирно спящего в моей кровати молодого человека. Блин, как же его зовут-то?
— Странно, что он жив, — нахмурился Сашка.
— А ты уже собрался помогать мне закапывать труп? — невинно поинтересовалась я, для достоверности хлопнув пару раз ресницами. Алекс, конечно же, не повелся, да и мне особо хлопать нечем.
— Я не против, если это будет стоимостью твоего возвращения.
— Во-первых, нет, я не вернусь. Во-вторых…, — я замялась, не зная, как сформулировать фразу, — у нас не было…в общем, того, что ты подумал.
— Да я уж догадался, раз парнишка дышит. Но мог бы быть еще один вариант.
— Какой? — обернулась я к своему другу, зашвырнув полотенце в угол.
— Ты получила то, к чему так неистово стремилась, — в упор посмотрел на меня Саня и у меня возникло чувство как будто оказалась на пути у мчащегося поезда. Нехорошее такое чувство, холодной змеей шевелящееся в груди.
— Так ты пришел за этим? Проверить, что меня все еще можно использовать в своих целях?
Саша поднялся. Застегнул пиджак, поправил часы.
— Я рад, что ты не убила этого несчастного и он не стал твоим завтраком. Но также я вижу, что ты запустила себя. Я вижу, что ты голодна. И рано или поздно, но тебе придется острыми когтями в чью-нибудь невинную душу.
— Невинные в раю, — перебила я друга. — А мы давно уже варимся в адском котле. Здесь нет невинных.
— В любом случае, — не отреагировал на мои слова Сашка, — не сделав этого, ты умрешь, что будет весьма прискорбно, так как у меня имеются большие планы на тебя.
И мой бывший напарник двинулся к выходу.
— У тебя или у Хасана? — крикнула я ему вдогонку.
Сашка медленно повернул голову и произнес через плечо:
— Хасана больше нет. Теперь вместо него я.
— Как? — только и удалось произнести мне.
— Возвращайся домой. Пообщаемся и решим, что нам дальше делать.
Уже взявшись за ручку двери, которая после его вторжения покосилась и теперь болталась на одной петле, Саша вновь заговорил:
— Я прошу тебя вернуться только на одно дело. Потом ты вновь сможешь устроить из своей жизни балаган с бесконечными попойками. Но присоединиться к нам сейчас в твоих же интересах.
— Рассказывай, — сухо бросила я.
— Нет, — твердо отказался он. — Вернешься домой, тогда и поговорим.
— Я не вернусь, — упрямо заявила я, устраиваясь в кресле и закидывая ногу на ногу. — Но могу тебе помочь. Проконсультировать, так сказать.
— Мне твоя консультация нужна, как рыбке зонтик, — с неожиданной злостью заявил мой друг и, с силой ударив кулаков по двери, в два шага пересек номер, чтобы нависнуть надо мной. Вся его поза, тяжелый взгляд, который он вперил в меня и чуть срывающееся дыхание говорили о том, что парень на грани.