( Не) верный муж (СИ)

Космически отвратительный запах усиливается, идет явно из кухни.
Шагаю туда, а там почти вся честная компания: мама, Катя, Лиана. Только Давида нет, он ушел гулять.
— Товарищи, вы что тут делаете? — громко возмущаюсь. — Воняет тухлятиной.
— В смысле тухлятиной? — тут же оскорбляется мама. — Пирожки с капустой тебе тухлятина?
Оглядываюсь на стол и вижу, какой там творится беспредел.
Лиана лепит куличики из небольшого кусочка теста, а Катя месит большой шмат, щедро посыпает его мукой. Но пахнет не от теста, конечно, а от плиты.
Тычу пальцем на сковородку, где жарится капуста.
— Это она воняет, испорчена…
Мама смотрит на меня с недоверием, потом наклоняется над сковородкой, нюхает содержимое. Достает ложку, пробует.
— Нормальная капуста, Кать, попробуй.
Сестра подходит, тоже набирает немного капусты, кладет в рот.
— Вкусная, — пожимает плечами.
Потом они обе переглядываются, синхронно хмыкают.
— Только не говори, что беременная, — вдруг выдает Катя. — Когда ждала Давида и Лиану ты тоже называла капусту тухлятиной, помнишь?
Я помню, да, но ведь такого не может быть.
— Да не беременна я, — всплескиваю руками. — У меня вон…
И тут я вспоминаю, что сегодня у меня двадцать восьмой день цикла, а на месячные нет даже намека, что для меня нонсенс.
Но откуда взяться ребенку, если мы с Айком занимались этим без резинки только на двадцать шестой день цикла. Не бывает таких поздних овуляций, по крайней мере у меня так уж точно.
— Не-е-ет, — качаю головой.
А потом вспоминаю, что в этом цикле то был не единственный раз, когда мой дорогой муж не предохранялся. После своей зачетной командировки в Анапу он приехал домой в четыре часа утра. И что он сделал первым делом? Завалился ко мне в постель и овладел, пока я даже толком не успела проснуться. Не до резинок ему, видите ли, было в тот момент, слишком меня хотел, как он тогда объяснил.
Это был седьмой или восьмой день цикла. Такая ранняя овуляция может быть? Ух!
— Мамочка… — смотрю на родительницу круглыми глазами и, кажется, впадаю в панику.
— Спокуха! — сестра выставляет вперед ладонь. — Сейчас сгоняю за тестами.
* * *
Через двадцать минут мы с Катей, закрывшись в ванной, замираем над тестом.
Не знаю, как она, а я уж точно молюсь, ибо две полоски мне сейчас ну никак…
К счастью, быстро появляется только одна.
— Может, ты просто перенервничала, поэтому задержка? — пожимает плечами сестра. — Рано паниковать.
— Ага, я много нервничала, — киваю и продолжаю как загипнотизированная следить за тестом.
Очень скоро мы обе синхронно охаем.
— Две, — говорит Катя замогильным голосом.
— Мать твою за ногу! — я почти кричу.
Мы выкидываем тест в мусорку, обе оседаем на коврик в ванной.
— Что ты будешь делать? — спрашивает Катя.
При этом смотрит на меня так, будто я сейчас должна выдать полный расклад, причем грамотный.
А у меня в голове пустота. Даже хуже — дырень размером с Марианскую впадину.
— Понятия не имею, — качаю головой.
Мы обе замолкаем.
Прикрываю рот ладонью, пытаюсь осмыслить мозгом весь масштаб катастрофы.
Я практически безработная мать двоих детей, находящаяся на грани развода с сумасшедшим мужем, который не хочет платить алименты. Так еще и беременная! Мне уж, конечно, и до этого мало было проблем, надо срочно добавить еще одну.
А потом в мою бедовую голову приходит одна важная мысль.
— Ка-а-ать, — тяну на выдохе. — Это что получается, он одновременно и меня и ее обрюхатил, так?
— Получается… — сестра выглядит такой же шокированной, как и я.
Ну Айк, ну дает. Снайпер хренов!
  
Глава 18. Новая работа для Марии
 
Мария
— Куда прешь, скотина! — пищит разъяренная Катя, когда выруливает на парковку перед зданием фирмы мужа.
Боже, как хорошо, что водитель белого фольца не слышит ее возмущений. Ведь ни в чем не виноват, просто проехал мимо. Но когда это останавливало Катю? Моя сестра ведет себя за рулем как истеричка.
 
Тем не менее я очень рада, что в трудную минуту она со мной.
За выходные мы с ней провели настоящий поисковый рейд по всем сайтам с предложениями работы. Перетрясли все связи, какие имеем. В результате нашли знакомого одного знакомого, который в свою очередь через своего знакомого пробил мне место в бухгалтерском отделе крупной торговой компании.
Правда, оклад ниже, чем платит Айк, и премии там редки, по словам коллег. Но это постоянная работа, и я при желании смогу спокойно уйти в декрет и потом вернуться на то же место. В моем случае выбирать не приходится.
— Машка, не робей, пошли. Даже если встретишь своего козла, оно и к лучшему. Пусть полюбуется на тебя красивую. Офисный прикид — во! — Катя показывает большой палец.
Я и вправду неплохо выгляжу.
Мама нам с сестрой выпрямила волосы, сделала стильные хвосты. К тому же я выудила из своих запасов белую блузку и черную юбку-карандаш. Даже черные лодочки — и те нашлись.
Сейчас по-быстренькому напишу заявление на увольнение, заберу трудовую и вперед на собеседование в новую компанию.
Жаль, ехать далеко. С краснодарскими пробками это будет то еще испытание, причем каждый день, при условии, что меня возьмут. Зато новая работа предоставит мне большой и жирный плюс. Айк больше не сможет обвинять меня в том, что я безработная мамаша, которая не способна ничего дать своим детям. По крайней мере еду и одежду я им точно смогу обеспечить. В наше время это уже немало! Также он не сможет козырять в суде тем, что я безденежная, если дело реально дойдет до того, что он станет судиться за опеку. Я должна постараться изо всех сил, просто обязана показать своему муженьку, что я чего-то да стою.
Мы с Катей поднимаемся на нужный этаж. Приехали заранее, потому что дома никому, кроме детей, этой ночью не спалось. Сестра оставалась ночевать у нас.
Стучусь в дверь отдела кадров, захожу.
Валерия Павловна, как всегда, уже на месте. Она очень ранняя пташка и нередко приезжает на работу ни свет ни заря.
— Здравствуйте, Мария Ивановна, — улыбается мне царица кадрового отдела.
Вид у нее соответствующий званию: брючный костюм белого цвета, высокая копна золотых волос, идеальный макияж. И плевать, что ей за пятьдесят, выглядит роскошно.
Невольно приосаниваюсь, услышав свое имя-отчество, давненько меня так не называли.
— Здравствуйте, Валерия Павловна, я к вам по важному делу.
Она тут же указывает на чайник, который стоит на одной из полок шкафа, по правую сторону от стола.
— Может, чайку? — предлагает. — Да вы присаживайтесь.
— Чаю не надо, спасибо, — качаю головой и устраиваюсь напротив нее. — Я здесь не чаи распивать, хочу написать заявление на увольнение. Я смогу сегодня получить расчет и трудовую? Все равно ведь я по факту тут только числюсь…
Служащая смотрит на меня не мигая, несколько томительно долгих секунд переваривает полученную информацию.
— Мария, Маша, — она тут же теряет свой царственный вид. — Как же я объясню вашему мужу, что вы уволились? Вы хотите, чтобы он меня выгнал?
В ее глазах мелькает неподдельный ужас.
От ее реакции мне и смешно, и одновременно хочется плакать.
Были времена, когда Айк за меня любому откусил бы голову. Жаль, закончились.
— Об этом не волнуйтесь, — качаю головой. — Думаю, не приди я сюда сама, через день-два он бы отдал распоряжение меня уволить. Дело в том, что мы разводимся.
— Как? — она замирает с открытым ртом, а потом выдает: — Так это правда про него и Веру? Ни одному мужику верить нельзя…
Поджимаю губы. Мне дико неприятно, что даже кадровик — и та знает про роман моего мужа. Похоже, только я одна, великая дурища, была не в курсе событий, пока не застукала Айка с Верой.
— Вы откуда знаете? — не удерживаюсь от вопроса.
— Машенька… Тьфу ты, Мария Ивановна…