Изгнанный бог, или сто и одна бусина благодарности (СИ)

— Нет, не все. Ты говорил еще кое-что. — Девушка готова была поклясться, что щеки бога весны порозовели.
— Нет, — буркнул он, глядя в потолок.
— Мне что, самой повторить твои слова?!
— Нет! — Ярило, наконец, посмотрел на Лику. У бога весны был такой смущенный вид, что девушке захотелось рассмеяться, но она сдержалась.
— Значит, говори. Я слушаю.
Ярило притих, шмыгнул носом и, потупив взгляд, тихо произнес:
— У меня нет чувств к Марене. Я ненавижу ее всей душой и мечтаю избавиться от ее пут, потому что…
— Потом-у-у что? — Лике приходилось клещами вытаскивать из него слова.
— Потому что хочу спокойно любить другую…
— Каку-у-ю другу-у-ю?
— Другую девушку. Тебя, то есть! — воскликнул Ярило, преодолев застенчивость и прямо посмотрев на Лику. — По тебе одной я томлюсь! Люблю так, как никого никогда не любил. Больше своего мира, больше всех миров и больше своей жизни! Вот это ирония, не так ли? У божества, которое жило тысячи лет беззаботной жизнью, не испытывая практически ни к кому сильной привязанности, сердце разрывается при виде плачущей смертной девушки!
— Я не плачу! — возмутилась Лика.
— Плачешь, — усмехнулся Яр и, протянув руку, вытер слезы со щек девушки. — Иди ко мне, моя девочка.
Всхлипнув, Лика подалась к Яру и крепко обняла его. С наслаждением вдохнула запах свежести и полевых цветов, который стал уже родным, и поняла, что несмотря на пережитый ужас и все еще нависшую над ними угрозу со стороны Марены, она счастлива.
Бог весны ответил ей взаимностью. Кто бы мог подумать!
— Я тоже тебя люблю, — обхватив руками спину Яра, произнесла Лика.
Как же тепло и уютно было ей в его объятиях! Вот бы провести в них целую вечность и не о чем не переживать…
— Стоп! — Лика вырвалась из рук Ярило и испуганно взглянула на него. — Что с Яшей?!
Озадачившийся было Ярило улыбнулся и сказал:
— С ним все хорошо. Мне страшно совестно, что я про него забыл, когда спасал тебя. Да и потом было не до него как-то, поэтому за ним вернулись Вася и Леля.
— Вот ты гад! — Лика толкнула бога весны в плечо. — Забыл про друга!
— Эй! — возмутился он. — Ты для меня превыше всего!
— Ладно, что дальше? Где он был?
— Упыри зарыли его на другой стороне кладбища, — Ярило потер ушибленное плечо. — Ребята думали, что он упокоился в земле, но все же решили проверить, вдруг он там еще не преставился окончательно. Оказалось, что так и было. Сказал, как можно упокоиться, когда у него на виду тебя хотели заживо похоронить.
— Какой он милый!
Лике стало совестно, что раньше она считала Яшу мерзким. Надо будет извиниться перед ним и обнять. При условии, что от него не будет сильно воняять.
— Эй! Для тебя милым могу быть только я! — недовольно заметил Ярило. — Ни Яша, ни Саша, ни тем более этот сосед Илья!
— А кто такой Саша? — не поняла Лика.
— Так, в рифму пришлось. В общем, ты меня поняла? Никаких мужчин, кроме меня!
— Тогда ты обещай тоже самое, только касательно женщин! — деловито произнесла Лика, скрестив руки на груди.
— Обещаю! — произнес Ярило, но сразу же померк.
Лика тут же поняла причину его грусти.
— Марена?
Бог весны кивнул.
— После того, что она с тобой сделала, мне так и хочется открутить ей голову. Жаль, не получится — она богиня смерти, у которой в руках Васькина жизнь.
— Что же нам с ней делать? — вздохнула Лика, самозабвенно накручивая на палец светлые локоны Яра.
***
За дверью, ведущей в комнату Лики, стоял Вася. Он держал в руках уже остывший чай с ромашкой, предназначенный для Ярило, который всю ночь провел у постели Лики, и размышлял над услышанным.
То, что Ярило любит Лику, не удивило его. Он давно уже это понял и, кстати сказать, не одобрял чувств бога весны к смертной, потому что знал: обоим будет трудно, очень трудно. Однако Вася от всей души желал Ярило счастья и всегда хотел, чтобы он нашел свою половинку и вырвался из лап злобной Марены.
Он знал, что она манипулировала Яром, вот только не знал о предмете шантажа.
 
До нынешнего мгновения.
— Значит, причина всего этого — я… — едва слышно произнес Вася, безучастно глядя на остывший ромашковый чай.
  
Время сказать «прощай». Часть 1
 
После того, как Яша благополучно упокоился в том месте, которое сам для себя выбрал, в доме стало совсем тихо. Лика и представить себе не могла, что настанет день, когда она будет скучать по надоедливой Томе, ворующему ее тональный крем Яше и совершенно невыносимому Яру.
Последний ушел от Лики скрепя сердце. Такой грусти и безнадежности в голубых глазах бога весны Лика еще не видела. Больше всего на свете он желал свернуть Марене шею, но Леля уговорила его не пороть горячку и смиренно подождать, пока они не разработают план действий.
Богиня весны тоже покинула Лику, но не по своему желанию, а по необходимости. Она предложила Яру — в сотый раз по ее словам — рассказать про Марену Велесу. И на этот раз, к удивлению Лели, Ярило согласился. Уходя, богиня шепнула Лике, что он принял это решение, потому что любит ее и хочет быть с ней. Раньше он никогда не решался попросить помощи у отца.
С одной стороны Лике было приятно, что Ярило испытывает к ней такие глубокие чувства, но с другой она чувствовала, что обременяет его. Однако Леля заверила ее, что Яр не считает Лику обузой, а даже наоборот. Благодаря ей его жизнь изменилась в лучшую сторону, и он готов бороться с Мареной до самого конца.
Вот только даже Велес не знал, как выйти из этой ситуации без потерь.
Неожиданно появившись ранним утром в гостиной перед Ликой, которая была в пижаме и с мокрой головой, он оглядел ее дом и, остановив взгляд на девушке, по-доброму ухмыльнулся.
— Ой, — пискнула Лика, выронив из рук полотенце.
Материализовавшаяся рядом Леля поспешно закрыла собой девушку и извиняющимся тоном произнесла:
— Мы немного не вовремя.
— Дайте мне десять минут, — пробормотала Лика и убежала в свою комнату, переодеваться и сушить волосы.
Тем временем домовые, завидев богов, принялись суетиться на кухне, готовя угощения.
Когда Лика вернулась, Велес с Лелей уже сидели за столом на кухне, пили чай и уплетали яблочный пирог.
— Анжелика! — прогремел Велес, увидев девушку. — Очередная пассия моего сына выглядит весьма скромно.
Слово «очередная» Лике не понравилось даже больше, чем то, что бог назвал ее полным именем, однако она промолчала и лишь скромно улыбнулась. Все же перед ней был не просто отец ее любимого, но еще и бог.
— Здравствуйте! Извините, что предстала перед вами в таком э… виде. Слишком неожиданно вы появились.
Велес не переставал оценивающе рассматривать Лику, отчего девушке было некомфортно. Будто она выставлена на продажу. И вообще, у отца с сыном не было ничего общего — ни во внешности, ни в манерах, чему Лика только обрадовалась. Трудно было представить, каким был бы Ярило, если бы походил на Велеса.
— Итак, мой сын влип в передрягу и вынужден плясать под дудку своей бывшей. — Велес был весьма прямолинеен. — Как ты к этому относишься?
Вопрос озадачил Лику. Что еще за социологический опрос придумало это божество?
— Эм, ну, отрицательно я к этому отношусь, — осторожно произнесла Лика. — Хотелось бы избавить его от этих пут раз и навсегда. Это возможно?
Велес принялся кряхтеть, а когда на кухню тихо зашел Вася, смерил его заинтересованным взглядом и, кашлянув, сказал:
— Дело в том, что Марена — очень могущественная богиня. За свое существование она выступала защитницей русских земель несметное количество раз, насылая на врагов стужу, защищая, тем самым, русские владения и народ. Кроме того, в ее руках нити жизни людей. — Велес коротко взглянул на прислонившегося к кухонной тумбочке Васю. — Я не могу прийти и просто так потребовать от нее отстать от моего сына, и предложить Марене что-то взамен тоже не могу. Поэтому остается только…