Невероятный русский

Процитирую несколько строк из басни И. А. Крылова «Синица»:
 
 
…Охотники таскаться по пирам
 
Из первых с ложками явились к берегам,
 
Чтоб похлебать ухи такой богатой,
 
Какой-де откупщик и самый тароватый
 
Не давывал секретарям…
 
 
Это «не давывал» компьютер вам непременно подчеркнёт как неправильное — он уже не знает такой формы глагола. А это и есть «давно прошедшее время» «многократного вида».
Сиживал, сказывал, езживал, хаживал… Старые учёные, занимающиеся грамматикой, указывали, что «давно прошедшее время» употребляется, когда говорят «о многократности действия, происходившего давно, — и притом в неопределённое время». То есть давывал — много давал в прошлом.
То, что нас смутило слово «давывал», свидетельствует только о том, что басни Крылова мы читывали (с удовольствием воспользуюсь этой формой) реже, чем «Евгения Онегина» А. С. Пушкина. «Бывало, писывала кровью она в альбомы нежных дев». Здесь слово «писывала» ложится на слух легко. К тому же форма «давно прошедшего» времени усиливается частицей «бывало».
Ещё пример. Тургенев, «Отцы и дети». Вроде бы хрестоматийное произведение, но в следующей фразе глагол немного смущает: «И в его время господа зарывались», то есть бывало, что и дрались.
«Там, батюшка, я куривал сигарочки по двадцати пяти рублей сотенка». Это уже Н. В. Гоголь.
Попробуйте сами образовать эту форму — поверьте, теперь уже не всегда легко это сделать. А писатели прошлого могли образовать подобные формы от самых различных глаголов: «бранивал», «кармливал», «угащивали», «смеивались»…
А знаете, мне жалко этой уже ушедшей формы глагола. Какая-то она очень русская — и уют чувствуется, и размах есть.
Есть и ещё о чём пожалеть — об удивительной форме глаголов, напоминающей повелительное наклонение, хотя никакой повелительной интонации в них нет. Эти глаголы неожиданны, экспрессивны и внезапны, словно выстрел. Их и называют формами прошедшего времени мгновенно-произвольного действия: «А он возьми да и влюбись на старости лет». «Бес попутал — я и польстись на лихие деньги». Эта форма часто встречается в русских сказках — «откуда ни возьмись…»
Наши писатели-классики любили пользоваться этой формой глагола. Вот, например, фраза И. С. Тургенева: «Только вдруг она как поскользнись, да навзничь, да и переломи себе ногу».
Или у М. А. Шолохова: «Идёт он с уздечкой на свое гумно, а ребята ему шутейно и скажи…»
Я напомню вам ещё одну подзабытую форму глагола прошедшего времени, в которой, признаться, глагол сразу и не распознаешь: «бах», «бац», «стук», «бряк», «тюк»… Не правда ли, все эти слова напоминают междометия? А по-научному они называются глагольно-междометными формами внезапно-мгновенного действия.
Вот как использует эту форму глагола А. П. Чехов: «Окунь сорвался с крючка, запрыгал по травке к родной стихии и… бултых в воду!». А. С. Пушкин: «Легче тени Татьяна прыг в другие сени». Иван Андреевич Крылов: «Что силы есть хвать друга камнем в лоб!».
Не забывайте старые формы русских глаголов — они так колоритны!
  
Так сколько у нас падежей?
 
«…и никогда не теряйте дара речи!» — этой фразой я заканчивала каждую телепрограмму «Знают ли русские русский?»
Как странно, ведь есть же фраза «он просто дар речи потерял», но при этом «не теряйте дара речи». Почему «дара»? Почему одно и то же существительное с тем же глаголом даёт две разные формы? Потому что это лишительный падеж, он используется с глаголами с частицей «не». «Я не хочу знать правды» (сравним: «хочу знать правду»), «он не имеет права» (а когда имеет, то «право»).
Уже слышу возражения: «Мы не проходили этот падеж в школе и вообще все знают, что в русском 6 падежей!» И да, и нет. Не верите? Давайте внимательно послушаем нашу речь, почитаем классиков и разберёмся!
 
«Баллотироваться в мэры. Взять в жёны. Пойти в лётчики…» Что это за форма? Это же не множественное число в именительном падеже. Это превратительный (включительный) падеж. Он пошёл «превращаться» в лётчика, включаться в категорию «лётчики».
Счётный падеж — встречается с числительным, когда мы что-то считаем: «машины едут в два ряда́» (родительный падеж — «из левого ря́да»). Помните песню «В землянке» на стихи Алексея Суркова? Там есть строчка: «а до смерти четыре шага́» (не «ша́га»).
Местный падеж — обычно употребляется с предлогами «при», «в» и «на». Характеризующий вопрос: где? «В лесу, в аэропорту». Казалось бы, предложный падеж. Но предложный падеж дал бы окончание «е» — «в лесе, в аэропорте», но мы так не говорим. На язык не ложится даже вопрос «в чём?» по отношению к лесу или аэропорту. Мы спросим: «Где?» Или — «о чём?» Можно «рассказать о лесе», но вот погулять — только «в лесу». Интуитивно мы чувствуем ткань и логику языка.
Помните фразеологизм «Врачу, исцелися сам!» (церковно-славянский, на латыни: Medice, cura te ipsum)?
Что это за «врачу»? Это звательный падеж! В некоторых языках, например в чешском, он сохранился в полной мере.
Несколько лет назад я услышала, как моя чешская знакомая зовет своего пса по кличке Арчик:
— Арчику! Арчику!
— В чешском есть звательный падеж? — сразу заинтересовалась я.
Оказалось, да, есть и он образуется так же, как «врачу» из фразеологизма.
Звательный падеж: «Отче, княже, старче…»
«Чего тебе надобно, старче?» — спрашивала старика золотая рыбка в «Сказке о рыбаке и рыбке» Пушкина.
Сейчас, конечно, чаще используется новозвательный падеж: «мам, пап, Танюш, Саш…»
Обращали внимание, что про вкус или запах мы можем сказать только так: «вкус чая», «запах сыра». А вот налить можно и чая, и чаю, отрезать и 100 граммов сыра, и 100 граммов сыру, положить в тарелку и риса, и рису? «Чаю», «сыру», «рису» — это отделительный или частичный падеж, потому что мы отделяем часть напитка или еды от целого (от головки сыра, от чая в чайнике, от риса в кастрюле). И раньше по правилам можно было предложить гостю только «чаю», «сыру», «кефиру», «рису». Современные нормы допускают обе эти формы
Сейчас окончание «у» мы чаще используем при употреблении уменьшительно-ласкательной формы слова: «Отрезать тебе сырку?», «Положить тебе риску?»
В русской речи не менее 15 падежей (скорее всего, 16) — не только было, но всё ещё есть. Лично я бы некоторые падежи «восстановила в правах» — они делают нашу речь более точной. А я — за ясность и точность!
Не буду расписывать все падежи, которые «как бы есть и как бы нет». Будет намного интереснее, если некоторые открытия вы сделаете сами.
Вы легко заметите в русской речи и те падежи, которые не изучают в школе, и ещё много интересного — если будете слушать внимательно.
Вот вам для разминки небольшая загадка. Нас учили, что к первому склонению относятся имена существительные мужского и женского рода с окончаниями «-а» и «-я». И среди одушевлённых существительных мы легко найдём примеры: мама, папа, тётя, дядя, Света, Петя… А как насчёт неодушевлённых имён существительных мужского рода? Можете вспомнить примеры? Присылайте мне свои ответы через форму обратной связи сайта аksenova.ru! Разгадывать загадки языка — это так увлекательно!
А пока я, Мария Аксёнова, прощаюсь с вами и желаю никогда, ни при каких обстоятельствах не терять дара речи!
  
Список литературы
 
Булгаков М. Белая гвардия. Театральный роман. Мастер и Маргарита. Л., 1978.
Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 2008.
Дальгрен Л. Вопреки абсурду. Как я покорял Россию, а она меня. 2010.