Скандал в Дуате (СИ)
Вскоре мы с ним пили кофе с молоком и непринужденно болтали на отвлеченные темы, как старые приятели. Он оказался очаровательным, легким собеседником. Его звали Александр. Имя вроде не арабское.
− Интернациональное имя, − пояснил парень. − Мой отец египтянин, но мама англичанка. Имя выбирала мама. Итак, вы зашли в магазин, чтобы узнать дорогу в ваш отель?
Видимо, это был намек, что пора и честь знать.
− Нет уж, раз я здесь, немного осмотрюсь, если позволите. Вдруг какой-то сувенир окажется мне по карману?
− Выбирайте, − парень щедро повел рукой в сторону центральных витрин. − Что понравится, несите мне. На месте разберемся.
− Все что понравится?
− Совершенно верно. Смело выбирайте, а я потом подскажу, что вам подходит, а что − нет.
Необычный совет.
Обходя витрины и полки, я потеряла счет времени. Хотелось купить все. Ценников нигде нет, но это традиционно для Египта.
− Выбирайте то, что не сможете забыть, если не купите, − подсказал Александр, затем снова углубился в книгу.
Через четверть часа я выложила перед Александром четыре предмета.
Красивый серебряный браслет с подвеской в виде «ключа жизни» на цепочке сложного плетения. Александр одобрительно кивнул.
Изящная фигурка пантеры из черного дерева, небольшая по размеру, но непостижимым образом передающая силу благородного зверя.
− Она − чудо, − вновь кивнул Александр.
Роскошный скарабей, на спине которого разместилась диковинная птица с пышными сложенными крыльями и человеческим лицом. Вырезано из камня, и сразу видно, что стоящий предмет.
− Отличный выбор. У вас чутье.
− Дорого? − я затаила дыхание. Вещь сразу показалась мне старинной.
− Бесценно, − широко улыбнулся студент. − Берите, не пожалеете. Мне за нее не стыдно.
Я мысленно пересчитала наличность в кошельке.
− Принимаете карточки? − спросила я.
− О да, мы все принимаем, − туманно ответил Александр.
Юноша-загадка. Ни слова в простоте.
Над четвертым предметом он помрачнел. Это была вырезанная из нефрита собачья голова Анубиса. Такими бюстами, маленькими и большими, алебастровыми, базальтовыми, гипсовыми, даже пластиковыми, завалены все лавки в Египте.
Этот Анубис был похож и не похож на тысячи тысяч своих клонов. Однако исполнение статуэтки, которую я держала в руках, радикально отличалось от потоковой продукции. Возможно, дело было в самом материале фигурки. Нефрит с молочной подсветкой и выраженной искрой в переплетенных нитях прожилок. Особенности камня словно оживляли статуэтку, добавляли ей выразительности. И главное − понятия не имею, как мастер этого достиг, но я держала в руках зловеще прекрасное произведение искусства, с которым более не в силах была расстаться.
Статуэтки притягивала меня к себе. Мне не хотелось выпускать ее из рук.
На сей раз улыбка сползла с лица Александра. Он задумался, побарабанил пальцами по столу, созерцая статуэтку Анубиса, и, наконец, произнес:
− Это плохой парень. Очень плохой, − Александр упрямо сжал губы.
− Некоторые считают меня очень плохой девочкой. Я плохая, он плохой − вдруг мы с Анубисом друг другу подходим? − беспечно ответила я.
− Никогда так не говорите, − с досадой произнес Александр, будто я сморозила глупость. − Вы уверены, что хотите взять именно эту статуэтку?
− Вы сами мне посоветовали: я должна выбрать то, что не смогу забыть. Так вот, я не смогу забыть эту вещь, если не куплю ее. Спать перестану. Я вас убедила?
− Скверный парень, − повторил Александр. − Вы уверены? Вы действительно хотите его?
− Да, хочу. Без Анубиса я отсюда не уйду, не надейтесь. Он − мой. Анубис только мой. Даже не думайте меня отговаривать.
− Ну, вот вы и сказали то, что я должен был услышать, − внутренне подобрался Александр. − Что ж, это ваш выбор. Хотя я его не одобряю. В этом магазине столько прекрасных вещей. Подумайте еще раз, Полина, здесь боги и фараоны с более комфортным нравом. Они прекрасны. Среди них есть герои, изменившие жизнь целых народов, сам ход древней истории, спасители и созидатели. Почему именно Анубис?
− Он так на меня смотрел... Словно хотел что-то сказать мне.
Кстати, это была правда. Я еще подумала, как удалось мастеру добиться в камне такой живости взгляда?
− Анубис − мой, − сказала я.
Я уже считала его своим, и не понимала, почему Александр не хочет продавать статуэтку? Он сам положил на нее глаз?
− Вот этого я и боялся, − безнадежно произнес Александр.
− Послушайте, уважаемый, в первый раз вижу, чтобы продавец отговаривал клиента от покупки.
− Я предупреждал, я не совсем продавец. Я помогаю дяде в свободное от учебы время.
− Александр, не томите, называйте цену. Вы меня с ума сведете своими загадками.
Я словно потеряла над собой контроль. Даже заоблачная сумма не смогла бы меня остановить. Если у меня не хватит денег, попрошу у Асика. Я готова была, если другого выхода не останется, отказаться от покупки трех других сувениров. Но Анубис должен принадлежать мне.
Александр кивнул. Некоторое время он копался в компьютере, затем будничным тоном озвучил цену:
− За все четыре предмета одиннадцать долларов.
− Сколько?! − я едва не выронила Анубиса. − Да ладно. Вы шутите.
− Вообще-то все четыре вместе стоят пятнадцать долларов. Но я готов сделать скидку.
Что происходит? Я еще раз взглянула на сувениры, которые собиралась приобрести. Высокое качество, не придерешься. Они выглядели старинными. По моему разумению, сейчас мне эти предметы практически дарили.
− Это нефрит? − уточнила я, указывая на статуэтку Анубиса.
Александр утвердительно кивнул.
− Как насчет остальных сувениров? Браслет из серебра? А этот скарабей действительно из камня, не из пластмассы? И черное дерево − это черное дерево, а не что-то другое?
Александр понимающе улыбнулся. Его темные глаза хитро блеснули из-за стекол очков.
− Полина, выбранные вами предметы бесценны. Я мог бы запросить за них и сто долларов, и десять тысяч, и гораздо больше. Все равно ни одна сумма не отражает их ценности. В нашем магазине именно вам эти предметы отдают за одиннадцать долларов. Я еще и сертификат выпишу, чтобы на таможне не придирались.
− Могут возникнуть проблемы? − насторожилась я. В этой истории в чем-то должна быть засада.
− Для того и выдают сертификат, чтобы проблем не возникло. Не беспокойтесь. Я заверну сувениры в специальную упаковку для транспортировки. Развернете их дома, а пока не стоит. Без упаковки вы можете их повредить.
− Даже браслет? − удивилась я.
− Все можно повредить, − в своем уклончивом стиле ответил студент. − Не открывайте упаковку и никому не показывайте сувениры, пока не вернетесь домой.
− Это… Это странно, Александр! Вот что.
− Знаю, − он равнодушно пожал плечами. − И еще один совет. Раз уж Анубис теперь ваш, надо усвоить правила обращения со статуэткой. Как вы с ней собираетесь поступить?
− Собираюсь поступить? − растерялась я. − Так же, как все поступают. Дома поставлю сувенир на полку, наверное. Пусть украшает интерьер. И сама, конечно, буду на статуэтку смотреть, Египет вспоминать. Она мне нравится.
Александр сокрушенно вздохнул. Разве он рассчитывал услышать что-то другое? Например, что я собираюсь гастролировать с Анубисом по стране, или отдать одну из комнат квартиры под святилище для египетского бога.
− Никогда не принимайте пищу в присутствии Анубиса. И никогда не кормите его человеческой кровью, − отчетливо произнес Александр. − Запомните. Никогда этого не делайте.
На его лице не дрогнул ни один мускул. Я не могла определить, шутит он или говорит серьезно?
− Что с вами?!! − моему изумлению не было предела. − Кто кормит сувениры человеческой кровью? Как вы себе это представляете?
− Не знаю. Я говорю вам то, что должен сказать. Это как техника безопасности. Лучше ее соблюдать. Не передумали покупать статуэтку?
Нет, не передумала. Я только сильнее вцепилась в нее. Если парень по какой-то причине не хочет расставаться с Анубисом, не надо было выставлять его на продажу.