Книжный клуб (СИ)

Произнесла единственный вопрос, на который у меня нашлись силы.
— Ко мне.
Коротко ответил Шон, продолжая пристально всматриваться в даль дороги.
— Хорошо. Домой. Интересно.
Когда в полной тишине мы припарковались у какой-то высотки, я осталась на месте. Сам пристегнул, пусть сам и отстёгивает.
Какое-то бунтарское настроение вернулось ко мне. Полностью избавиться от такого никогда не получится, как не старайся. Я злилась, поэтому выводила его из себя. Шон вопросительно смотрел на меня с минуту. Я не двигалась.
Хочешь молчать, я тоже буду. Это тебе нужен был разговор.
Понимая, что я не отступлюсь, он потянулся к ремню и одним чётким движением освободил от него моё тело. Я лишь услышала тихое:
— Совсем не изменилась.
Шон вышел из машины, оказываясь у моей двери. Он открыл её и протянул мне руку. Я не шевелилась. Сама чувствовала, что веду себя глупо, сама согласилась поговорить. Но остановиться не получалось.
Шон шумно выдохнул.
— Так значит. Хорошо.
Он наклонился, подхватывая меня за спину и под колени, вытягивая из машины. Дверь была безжалостно захлопнута его ногой. Я вынуждено схватила его за плечи.
— Ты тоже совсем не изменился. Такой же упёртый. Ладно, хорошо, я пойду. Отпусти меня.
Шон прислушался, но не отпустил руку. Тащил за собой в сторону дома. Будто боялся, что убегу.
— Я не убегу.
— Я уже в это не верю.
Он грустно улыбнулся и продолжил держать меня за руку по пути к лифту. В мучительном молчании мы поднялись на его этаж. Он всё ещё меня не отпускал. Странное ощущение. Мне хотелось вырваться и прирасти к его руке навсегда одновременно. В квартире в глаза бросился его неповторимый стиль. Сдержанность, книги… Весь его характер в одном флаконе.
— Я могу сразу предложить тебе выпить. Что будешь?
— Давай. Я буду виски.
Шон ушёл за напитками. Со мной и спиться недолго. Осмотрев квартиру, я подумала, что женской рукой в этой квартире и не пахнет.
Вернувшись, он молча протянул мне бокал виски. Сделав глоток я немного пришла в себя.
— Итак, у тебя есть сын, и он очень милый. У него, наверное, очень милая мама, а у тебя жена. Так что ты делаешь тут в моей компании?
Шон поменялся в лице от моих слов. Так много лет прошло, а привычки всё те же. Кусает внутреннюю часть щеки.
— Ты всё не так поняла, я никогда не был женат.
— Хорошо, Джастин внебрачный ребёнок. Но мама у него в любом случае есть. Так что вопрос остаётся открытым. Почему я здесь?
— Я не живу с его матерью и почти не жил.
Честно сказать, я удивлена. Не его характер.
— Почему?
— Так вышло. После того, как ты исчезла, моя жизнь пошла наперекосяк.
Удивительно, что он всё ещё думал обо мне, несмотря на ребенка, женщину, которая явно была в его жизни. Неужели он всегда помнил меня?
Я оборвала себя на этой мысли, потому что кто бы говорил. Подруги были правы. Я сравнивала с ним каждого. Два отвергнутых предложения о замужестве. Я не отпускала его все эти 10 лет. Я не отпускала себя. Идиотская ситуация.
Звук открывающейся двери услышали мы оба, а потом и движение в прихожей. Шон поспешил ответить на моё замешательство.
— Это Джастин с няней. Они вернулись от ребят.
Я ожидала увидеть в дверях молодую сексуальную няню. Ох уж эти клише. Но там появилась женщина в возрасте. Я испытала облегчение.
Стоп. Почему это вообще меня волнует?
— Папочка, я вернулся! Ты купил мороженное, как обещал?
— Конечно купил, я же обещал. Мередит, накормите его, пожалуйся, у меня важный разговор.
— Конечно, мистер Миллер.
Они оставили нас наедине, скрывшись на кухне. А меня съедала жгучая мысль о том, что это могла быть моя жизнь, наш ребёнок, наша квартира. И мой, только мой Шон Миллер. И я бы определенно одобрила его выбор няни. И мы бы, скорее всего, никогда не ссорились. А если бы и ссорились, у нас был бы лучший примирительный секс на свете.
Задумавшись, я не заметила, как оказалась у окна. Я переваривала информацию, и Шон помнил, что сейчас меня лучше не отвлекать. Но он находился рядом, покорно ждал, когда я буду готова что-то сказать. А мне хотелось получить хоть глоток свежего воздуха. Поэтому я сменила тему.
 
— Ты переехал в Остин?
— Нет, мы вернёмся в Даллас к началу учебного года.
Пока я не знала, как реагировать на этот ответ. Но отчётливый укол разочарования я почувствовала.
— Снимаешь эту квартиру?
— Нет, она моя. Мы бываем тут несколько месяцев в году.
— Ого… Тебе всё удалось в этой жизни.
— Не всё. — Грусть в его глазах была почти осязаема. На мгновенье. Но я смогла её уловить. — Ты забываешь, что я вполне успешный юрист, а теперь ещё и книга. Знаешь, у неё отличные рейтинги. Наши отношения пользуются популярностью.
Опять грустный смешок. О чём именно ты жалеешь, Шон? Я отчаянно нуждалась в деталях его жизни без меня.
— Джастин живёт с тобой на каникулах?
— Нет, он всегда живёт со мной.
Мне казалось, что наводящие вопросы помогут мне контролировать нить разговора и себя в частности.
— А что случилось с его мамой?
Его ответ действительно застал меня врасплох. Потому что, если бы у меня был ребёнок, я бы никогда его не оставила с отцом.
— С ней всё прекрасно, она живёт в Сан-Франциско.
— Как так вышло? — Шон нервно сглотнул, не торопясь рассказывать подробности. — Что? Неприятная история? Извини. Я не хотела задевать больную тему. Не нужно рассказывать, если тебе не хочется вспоминать.
Он переминался с ноги на ногу, рассматривая дома за окном. Сильно нервничал, я не разучилась его чувствовать, а он не изменился. Ни капли. Я молчала, давая ему немного пространства.
— Тебе это не понравится.
Вдруг тихо произнёс Шон, не оборачиваясь.
— Что мне не понравится?
В моём голосе сочилось искреннее удивление. Я даже не догадывалась, к чему он клонил. На всякий случай сильнее вцепилась в бокал двумя руками. Вряд ли он меня удержит, конечно. Зато меньше вероятности, что разобью.
— Обещай не делать поспешных выводов. Пожалуйста.
Паузы в словах мне совсем не нравились.
— Ты меня пугаешь. Давай уже.
— Молли.
Как молния, пронзившая секунду назад ясное небо, её имя полоснуло по живому. Я повернула голову к Шону. Всё время до этого я смотрела на пейзаж за окном, стоя рядом.
Причём тут она?! Нет-нет… Не смей. — Кричал мой разум в голове.
Вслух я произнесла более сдержанно.
— Что Молли?..
Ответ прозвучал совсем Шёпотом.
— Она его мать.
И вот тут мой мир стал рушиться. Будто от этого шёпота с вершины сошла смертельная лавина. И я задыхалась под ней, теряя себя.
Я не отвечала, даже не смотрела больше на Шона. Мой взгляд вовсе никуда не был направлен. Шон, вероятно, ждал хоть какой-то реакции. А меня так подкосило, что я чувствовала — я заплачу, даже если хотя бы поверну к нему голову.
— Это вышло случайно. Я был не в себе.
— Из миллиона других девушек ты выбрал её.
Каким-то хрипом вырывается ответ из моего горла.
— Всё было не так, я не выбирал её! Та единственная, кого я выбрал, бросила меня. Я именно так думал на тот момент.
Но мне было слишком больно. А когда так больно я убегала, пряталась, как тогда из Рокдейла сбежала в Остин. Я была дома только один раз за эти годы. Мама сама приезжала ко мне и делала вид, что не обижается. Всё в том городе обжигало меня до глубины души.
Я медленно, не подавая вида, развернулась, подошла к журнальному столику. Медленно поставила бокал. Я его не разбила, уже что-то. Медленно пошла к выходу. Чувствовала себя в ловушке, снова, нужно выбраться.
— Мне нужно идти.
Я бросила это в сторону Шона как можно более спокойно. Не вышло.
— Не смей от меня сбегать. Опять.
— Ай! — Шон схватил меня и закинул на плечо, крепко удерживая в руках. — Ты с ума сошёл! Отпусти меня сейчас же! Я хочу уйти.
Я шипела это сквозь зубы, не переходя на крик. Мы были не одни, и я не хотела попадать в неловкую ситуацию. Но поздно.