Коварный повеса

Энтони внимательно посмотрел на нее. Уязвленная гордость — это он вполне мог понять. Дни, что он провел у Бикемов, многому его научили.
— Вы даже представить не можете, что чувствует человек, когда все перешептываются у него за спиной, — продолжала Мэдлин. — А миссис Харрис… — голос ее дрогнул, — миссис Харрис доверяет мне, понимаете?
— То есть вы боитесь, что она перестанет вам доверять?
Мэдлин молча кивнула. Директриса действительно доверяла ей, и в этом не было ничего удивительного — ведь она прекрасно справлялась со своими обязанностями.
— А для меня не имело бы значения, из какой вы семьи, — заметил виконт.
— Но вы ведь уже подумали, что я интриганка, которой нужны ваши деньги, — заявила Мэдлин. — Вот я и решила: какой смысл рассказывать вам о моей семье?
— Что ж, вы можете рассказать мне о своей семье сейчас.
Она пожала плечами:
— Сейчас?.. Но зачем? А может, вы не хотите выполнять свое обещание? Может, вы решили…
В следующее мгновение Энтони снова привлек ее к себе и поцеловал — он ничего не мог с собой поделать и воспламенялся каждый раз, когда она показывала, что в действительности о нем думает. Он поцеловал ее, чтобы заставить замолчать.
Она на несколько секунд замерла, а потом, крепко прижавшись к нему, с готовностью ответила на поцелуй, и это еще больше его распалило — теперь он уже хотел большего.
Положив руку ей на грудь, Энтони принялся осторожно теребить пальцами сосок сквозь ткань платья. Мэдлин с тихим стоном подалась навстречу его ласке, но тут же, опомнившись, отстранила его руку и отпрянула.
— Нет, Энтони, я должна идти, — прошептала она.
— Но, дорогая, мы ведь не закончили. — Он стал покрывать ее шею обжигающими поцелуями. — Мы ведь так и не закончили наш урок обольщения. — И он все еще не получил ответов на свои вопросы. Впрочем, сейчас ему было не до вопросов, сейчас он хотел только одного — овладеть ею немедленно.
— Ах, для этого нет времени… — пробормотала Мэдлин, задыхаясь, и было совершенно очевидно: ей очень хотелось, чтобы время нашлось.
— Но нас пока не станут искать, — возразил виконт. — А объяснения Китти будут в нашу пользу, уж поверьте мне.
Она рассмеялась дрожащим смехом:
— Поверить вам? За кого вы меня принимаете?
— За красивую женщину. За красивую и желанную, — выдохнул он ей в шею.
— Желанная — потому что я нужна вам для ваших планов, — проговорила Мэдлин с горечью.
Энтони невольно вздохнул; он уже жалел о том, что произнес эти слова.
— Нужны вовсе не для планов, а для моего рассудка, — вырвалось у него.
Мэдлин на мгновение замерла. Затем, отступив на шаг, внимательно посмотрела ему в глаза.
«Проклятие! — мысленно воскликнул Энтони. — Похоже, я сказал слишком много. Не следовало показывать ей, насколько она очаровала меня. А впрочем… Если она будет смотреть на меня так же, как сейчас, можно сказать ей все, что угодно».
— А если кто–нибудь увидит нас здесь? — прошептала она неожиданно.
— Все пошли обедать, помните? Вы ведь сказали, что миссис Харрис точно не знала, куда мы с Китти пошли. А если она послала за нами кого–то еще, то мы услышим
— шаги. Но на всякий случай…
Виконт закрыл окно и задернул шторы. Когда же он снова к ней приблизился, глаза ее пылали.
— Я никогда не соглашалась на ваши условия, вы ведь знаете… — пробормотала Мэдлин, отступая на шаг.
Если она собиралась раззадорить его, то у нее это прекрасно получалось.
— Что ж, прекрасно. — Энтони пожал плечами. — Тогда мы проведем вечеринку на следующей неделе, как я первоначально и планировал.
Он повернулся к двери, но она схватила его за руку:
— Нет–нет, если хотите, можете закончить свой урок обольщения. Но, пожалуйста, побыстрее…
Из его горла вырвался смех.
— Во–первых, моя милая, вам следует запомнить: обольщать «побыстрее» невозможно. Обольщение требует времени. — Он подвел ее к каменной скамье. — Садитесь же…
Она села и вопросительно взглянула на него. Склонившись над ней, Энтони поцеловал ее в губы, затем опустил ее платье, корсет и сорочку, чтобы полюбоваться упругими грудками и розовыми сосками.
 
— У вас идеальная грудь, — выдохнул он, падая перед ней на колени.
— Правда? — Она смотрела на него без малейшего намека на смущение. — Но ведь они… Они не очень большие…
— Они именно такие, как требуется, — пробормотал он, целуя сначала одну грудь, затем другую.
Мэдлин тихо застонала. Потом, не удержавшись, застонала гораздо громче. Упиваясь ее вздохами и стонами, Энтони ласкал и целовал ее груди, стараясь не замечать свое быстро нарастающее возбуждение. Он страстно желал овладеть ею немедленно, однако твердо решил сдержаться, решил доказать этой женщине, что умеет держать себя в руках. В конце концов, он вполне мог потерпеть, потому что нисколько не сомневался: вскоре она поймет, что их соединение неизбежно, и тогда он получит сразу все — и Тесса непременно будет принята в школу, и эта очаровательная учительница окажется в его постели.
Чуть отстранившись, Энтони задрал повыше ее юбки и развел ноги.
— Но, Энтони… — пролепетала она.
— Позвольте мне закончить урок. — Он с улыбкой посмотрел ей в глаза. — Клянусь, речь идет только об уроке…
Опустив голову, он судорожно сглотнул; теперь ему открылся вид на сладостный соблазн, видневшийся в прорези панталончиков.
— Что–то не так? — прошептала Мэдлин.
Энтони снова посмотрел ей в лицо — теперь ее щеки были залиты жарким румянцем.
— Нет–нет, все замечательно.
В следующее мгновение он уткнулся лицом меж ее ног, и Мэдлин, содрогнувшись, едва удержалась от крика, рвавшегося из ее горла. Посмотрев вниз, она увидела голову Энтони между своих раздвинутых ног и в ужасе подумала: «Почему я позволяю ему делать это?.. Ах, это удивительно… невероятно… сладостно…» Ей никогда даже в голову не приходило, что мужчина способен на такое. И уж тем более она не могла бы представить, что ей это понравится. Однако ей не только понравилось — она страстно желала, чтобы он продолжал эти чудесные ласки.
Едва ли осознавая, что делает, Мэдлин легонько сжала его голову коленями, и Энтони, на мгновение отстранившись, бросил на нее самодовольный взгляд. Черт бы его побрал! Потом она заставит его пожалеть о таком самодовольстве. Но сейчас… Ах, сейчас ей хочется только его ласк, от которых…
Мэдлин вдруг содрогнулась всем телом, и из горла вырвался пронзительный крик, который она никак не могла сдержать; крик этот словно излился из нее, когда она достигла вершин наслаждения.
— Вот так, моя милая… — Энтони поднял голову и посмотрел на нее с дьявольской усмешкой. — Тебе ведь понравилось, не так ли?
— Но что… что это было? — пролепетала она.
Он поднялся на ноги и внимательно посмотрел на нее:
— Неужели не знаете? Это называется «маленькая смерть».
— Но я… Это совсем не походило на смерть. Во всяком случае, на мое представление о смерти. — Мэдлин попыталась собраться с мыслями. — Это было как… Словно я оказалась в раю.
Он рассмеялся, опуская ее юбки.
— Вы ведь никогда раньше не испытывали ничего подобного, верно?
Мэдлин поняла, что не сумеет солгать.
— Нет, — прошептала она.
— Ваш любовник, наверное, совершенно ничего не умел.
Мэдлин в растерянности заморгала.
— Мой любовник?..
— Мужчина, который соблазнил и бросил вас. — Он пристально посмотрел ей в глаза. — Мужчина, который вынудил вас отправиться в изгнание, то есть в школу для девочек, хотя он должен был жениться на вас.
Мэдлин едва сдержала истерический смех. О Боже, какую глупейшую историю он придумал! Неужели он действительно решил, что с ней произошло нечто подобное?
— Кто это был? — спросил Энтони. — Кто был тот эгоистичный болван, который забрал вашу невинность, даже не потрудившись подарить вам наслаждение?
— Я не хочу об этом говорить, — ответила Мэдлин, возвращая на место корсет.
Энтони отступил на шаг и пожал плечами: