Всё из-за неё (СИ)
Тоня приходила в библиотеку к маме с раннего детства, и ей казалось, что попала она в сказку. Разноцветные обложки манили, и маленькая Тоня обещала маме, что прочтёт все-все книги в библиотеке. Все-все книги прочитать, конечно, невозможно, но Тоня, выросшая среди манящих обложек, полюбила их нежной любовью. Она действительно прочла очень много книг из маминой библиотеки.
И сейчас, как всегда, Тоня с удовольствием погрузилась в книжное царство. Подготовка к докладу на тему «Венеры первых художников земли» так увлекла девушку, что она даже не сразу услышала голос мамы:
- Тоня! Тонь! Быстро иди домой. Мне только что звонил отец. Наш дорогой растяпа ключи опять забыл! Так что давай, а я приду через час.
- Но доклад… - слабо попыталась возразить девушка.
- Его же тебе не к завтрашнему дню? Ах, к завтрашнему? Антонина, вообще-то такие вещи нужно делать заранее! Сколько раз я тебе говорила – в спешке ничего путного не получается. Ладно, я тебе запишу пару книжек из читального зала, хотя их и не положено выносить из библиотеки. И чтобы больше такого не повторилось. Поняла меня?
Выйдя на улицу, Тоня обнаружила, что почти стемнело. Она провела библиотеке почти четыре часа! За это время ветер почти стих, и прохожие исчезли с улиц. В абсолютной тишине было слышно, как шелестят, падая, листья. Однако в какой-то момент Тоне стало казаться, что листья шуршат под ногами идущего за ней человека, хотя никого позади не было.
Она свернула в плохо освещённый закоулок за детским садом, и девушке сделалось жутко. А что, если ее действительно кто-то преследует? Удобней места для нападения не найти: сюда еле-еле доходит свет ближайшего фонаря, место отдалённое и тихое.
Стало жутковато, и Тоня пожалела, что решила сократить путь. Уж лучше бы пошла по освещенной дорожке. Кажется, впереди кто-то есть…
Ой, мамочки! Какой-то странный тип – стоит, практически не шевелясь, и держит руки в карманах. А вдруг это маньяк? Он как будто поджидает Тоню!
Девушка испуганно развернулась, намереваясь бежать отсюда со всех ног, и тут же была поймана каким-то парнем в кепке и армейских сапогах.
Ну, все, попалась!
Тоня забилась в его сильных руках, как испуганная птичка.
- Эй, да успокойся ты! Я ничего тебе не сделаю!
Девушка приоткрыла зажмуренные глаза. На парня попал свет фонаря с заднего дворика детского сада, и Тоня увидела, что это вовсе никакой ни хулиган, а полицейский.
- Ну вот, уже лучше, - сдержанным голосом произнёс служитель закона. - Как тебя зовут-то хоть?
- Тоня.
Ей стало стыдно за свое поведение. Вот трусиха! Парень между тем аккуратно поставил ее на землю и принялся поправлять форму.
- Извините! – мучительно краснея, промямлила Тоня. – Там просто тип какой-то стоит, вот я и испугалась…
- Какой тип? – нахмурился полицейский.
Стоящий неподвижно тип при ближайшем рассмотрении оказался кустом. Тоня покраснела ещё гуще, хоть, казалось, гуще уж некуда. Хорошо, в полумраке не видно.
- Вот оберегаешь вас, мирных граждан, оберегаешь, а вы сами нарываетесь на неприятности! – недовольно произнёс парень. - Ты зачем пошла этой дорогой?
- Мне домой быстрее надо, папа ключи забыл, - попыталась объяснить Тоня.
- Ну да, и ради этого надо рисковать, ходя черт знает где. Район-то не из самых благополучных, одни дома на Светлой чего стоят, - проворчал он. – Пойдем-ка, я тебя провожу. А то ещё где-нибудь решишь путь сократить.
Тоня, не в силах вымолвить и слова от пережитого испуга, последовала за ним. После того, как она вместе с парнем вышла на свет божий, то есть на хорошо освещённую фонарями дорожку, девушка смогла рассмотреть его получше.
Оказалось, он очень молод – лет семнадцать. Наверное, курсант школы полиции, которая находилась неподалеку. Тоня не смогла не залюбоваться, как ладно сидит на нем чёрная полицейская форма. Парень был очень высок и широкоплеч, даже крупнее и выше Арсена.
- Где ты живешь? – вывел девушку из задумчивости голос полицейского.
- Где красно-белые новостройки. В пятьдесят шестом, - поспешила ответить Тоня и зачем-то добавила, - Я к маме в библиотеку ходила - она там работает.
- В пятьдесят шестом? Так я живу неподалёку. В библиотеку, значит, ходила? – переспросил парень. – Книжки любишь читать?
- Люблю, - неожиданно с вызовом произнесла Тоня. – А ты разве нет?
- Я с детства зачитывался детективами, - отозвался он. – Артур Конан Дойль, Агата Кристи, Рекс Стаут. И даже Борис Акунин. Как видишь, это наложило свой отпечаток.
Тоня ужасно удивилась, что он назвал такие имена. В ее представлении представители закона были дуболомами, которые и букварь-то с трудом осилили. К тому же, она сама очень любила книги Акунина.
- Всё, что не про Фандорина, мне у него вообще-то не зашло, - решила уточнить она.
- Ну, почему же, почитать можно. Но Фандорин – это да, кумир детства, - улыбнулся парень и эта чудесная, открытая улыбка смягчила его жесткое волевое лицо. – Поэтому я твердо решил - после девятого класса буду поступать в школу полиции. Другие варианты и не рассматривал даже. Все вокруг говорили, что отбор слишком жесткий, и у меня не получится, но мне было наплевать.
- Уважаю людей, которые знают, чего хотят и идут к своей цели, - не смогла не улыбнуться в ответ Тоня.
- А разве можно как-то по-другому? – он пожал плечами.
- Вот и мой дом, - показала она.
И почему они так быстро дошли? Девушка поймала себя на мысли, что ей почему-то совсем не хочется прощаться с новым знакомым.
На скамеечке возле подъезда сидел, уткнувшись в телефон, явно замерзший папа.
- Удачи! И не ходи больше одна по тёмным переулкам, - посоветовал на прощанье парень. – Полиция-то, конечно, не дремлет, но надо и свою голову иметь на плечах!
- Подожди… – произнесла ему в спину Тоня, и, набравшись храбрости, спросила, - Как тебя зовут?
- Андрей, - обернулся парень. – Младший стажер Андрей Уланов.
Какие ясные у него глаза – куда там Арсену Шаховскому…
- Спасибо, что проводил, Андрей, - озадаченная своими странными мыслями, поблагодарила Тоня и поспешила к подъезду.
Только бы не споткнуться! А щеки почему-то горят, и сердце бьется так, что готово выскочить из груди. Интересно, почему?
- Так-так-так… А кто это нас провожает?
- Да это полицейский стажер, не видишь что ли, пап? Он просто так меня проводил!
- Ну-ну, - с хитринкой отозвался папа. – А вообще я одобряю твой вкус, дочь. Высокий, косая сажень в плечах - ото всех защитит! – и, увидев, что Тоня что-то собирается возразить, он свернул тему. - Давай скорее в дом, а то я замерз, как не знаю кто! И есть хочется!
Дома Тоня на пару с папой сварили целую пачку пельменей, купленную им по дороге с работы.
- Слушай, Тонь, а почему у тебя уши не проколоты? – внезапно спросил папа.
- А зачем? – удивилась Тоня.
Она действительно как-то не задумывалась, что у неё, в отличие от многих девчонок, не проколоты уши. Память услужливо подкинула недавний случай: Алина пришла в школу в новых серёжках.
- Бриллианты! – тотчас заверещали девчонки. – Это, правда, бриллианты у тебя в серьгах?
- Что, дурочки совсем? – царственно качнула головой Лембич и камушки в ее ушах закачались в такт. – Я подделки не ношу. Папа подарил.
Это было ещё до ссоры Тони с Наташкой Эклеровой, которая тогда презрительно прошептала:
- Как же! Бриллианты! Фианиты небось.
Но Тоня не поверила, уж больно яркими и блестящими были серёжки у Алины. В тот момент Тоня почувствовала что-то вроде зависти.
- А знаешь, Тонька, я ведь сам всегда мечтал о серёжке в ухе, - произнёс папа. – В моё время это было очень модно.
Почему-то папу Тоня очень даже легко представила с серьгой в ухе. Ему бы это пошло. А вот у мамы серёжек не было, и вряд ли бы она на них согласилась.
Весь вечер Тоня делала доклад, а в Инстаграм зашла очень поздно, уже перед сном. Ничего нового там не было, кроме сообщения в директе от Саши Хухлаева.