Мятежный князь. Том 6 (СИ)
— Думай, как знаешь. Всё равно ты знаешь мое мнение и оно не переменилось, — отвернулась от него платиновая блондинка.
— Я всего-то пытаюсь понять, что с тобой делать, — почему-то его слова ввели ее в ступор. Что с ней делать? Он смеется⁈
— Что, убьешь меня? Не вышло в первый раз, так получится во второй? — рыкнула девушка на мужчину.
Тот не почел и бровью.
— И снова ты завела эту шарманку. Поверь. Хоти я того, и оплошности бы не произошло. Пожалуйста, не недооценивай мой интеллект, — поморщился Константин, чем еще больше смутил принцессу.
Он не пытался ее убить полтора года назад?
Она не верила подобному.
И Константин понял, что ему ее не переубедить.
— Можешь думать, что хочешь. Но знай, что я никогда не совру членам своей семьи и своим врагам. Первым врать — противопоказано, а вторым — я выражаю тем самым должное уважение, — бросив эти слова напоследок мужчина с широкой улыбкой вернулся в ожидавшую его компанию.
Лоялисты моментально окружили своего формального лидера, бросая в ее сторону напряженные взгляды.
Раньше бы она попробовала закатить скандал или воспользоваться ситуацией, ввиду собрания столь большого количества аристократов.
Но сейчас… За последний год она повзрослела. Прежние фантазии и иллюзии развеялись, точно туман поутру.
И Алиса осознала, насколько далека она была от действительности. Верные подданые, единая фракция, первая после отца на троне?
Наивная девчонка — вот кто она. У нее изначально не имелось шансов взойти на престол. Ее никто не поддержал из Канцелярии, даже «ВЭБ» полностью оказался на стороне ее братьев.
Всё потому что она женщина…
И, к сожалению, некоторые личности у самого верха не желали видеть в ее лице Императрицу, когда имелась более интересная альтернатива в виде ее братьев.
Алиса усвоила этот урок полтора года назад. Ей открыто намекнули на это. И она послушно отошла в сторону.
Но сдалась ли первая принцесса? Большой еще вопрос.
Мероприятие быстро подошло к концу, когда аристократы начали расходиться. К входу в имение, где проводился банкет, одна за другой подъезжали автомобили с личными водителями.
Одна из таких приехала забрать и Константина. Алиса смотрела на то, как он улыбчиво общается с Визирем Императора, господином Чернышёвым.
Тот держал нейтральное выражение, никак не меняясь в лице.
Брат же явно пытался донести свою точку зрения собеседнику или же выложить своё видение.
Что-что а в словесных кружевах Константин был мастак.
Так бы она, наверное, и дальше смотрела сквозь окна второго этажа, если бы ее внимание не привлекла активность охраны.
Гвардия неожиданно пришла в движение. Несколько магов в броне устремились к дуэту из Константина и Визиря.
В ту же секунду машина остановилась в паре метров от них.
Алиса заметила, как водитель расплылся в улыбке.
А следом всё крыльцо охватила вспышка взрыва…
* * *Стоило мне раскрыть веки, как я ощутил тяжесть на своей груди. Опустив взгляд, я различил нагую Райзе, довольную, точно кошка, что дорвалась до сметаны.
Она прижалась к моей груди по-хозяйски закинув ножку живот и сцепив левую руку в свои цепкие объятия.
Выбраться из подобного плена, не разбудив виновницу, оказалось невозможно. С другой стороны, я никуда сегодня и не торопился.
Неожиданно, раздалась трель «гапса». Он оказался в одном из карманов штанов, что сейчас валялись на тумбе у кровати.
Неловко потянувшись, я схватил аппарат и вгляделся в присланное сообщение.
А там было на что посмотреть…
* * *«Этой ночью на второго принца, как и на Визиря Императора было совершена террористическая атака. Нападавшие всё еще остаются неизвестными. Как нам сообщают из „ВЭБа“ террорист, притворявшийся водителем сумел протащить бомбу в салоне автомобиля под маскировочным барьером. Что избежало внимания гвардии. Ряд государственных деятелей поднял вопрос о неприкосновенности дворянской частной собственности. Ведь, проводись для тех досмотр столь же тщательно, как и для не благородных гостей, то и теракта удалось бы избежать. Однако, их предложение не было встречено с особым рвением. Лоялисты уповают на то, что это возможно являлась попыткой устранения конкурента в борьбе за престол. Главным подозреваемым из их контексте можно выделить третьего сына Романовых. Император уже объявил, что проведёт собрание Клана в Москве касательно по данному поводу. Что же это — финальные аккорды гонки за право наследования нашей Империи или же простая атака очередных фанатиков? А может и очередной бунт. Оставайтесь с нами и вы узна…»
Выключив новостной эфир, я устало потер лицо.
Охренеть, так новости.
— Что скажете? — спросил осторожно Менделеев.
Мв снова собрались в кабинете для совещаний, обрабатывая информацию, которую скинул на нас Михаил.
Багратион знатно так накуролесил, однако…
— Что я скажу… Что скажу⁈ Багратион сошел с ума на смертном одре! — рьяно выдал Гжатский.
— Не будь столь категоричен, — осек его Сергей, — Это война. Нас и Константина Романова.
— Вот так это теперь называется⁈ Война? Погибли гражданские, черт возьми! Не спорю, Романов тот еще мудак, но устраивать взрыв под конец праздника — это путь террористов и фанатиков, но никак не наш! — всё не желал утихать парень.
И его можно было понять. Как сын военного, у того был свой кодекс чести, если можно так понимать. Которому он и следовал.
У каждого здесь имелись собственные принципы, которых они придерживались.
И у каждого имелась своя точка зрения, несмотря на общую цель.
— Сергей прав, Василий, хоть его слова и были несколько грубы, — потер бороду Краснов, — Да, печально, что Николай пошел столь радикальным путём. Но стоит понимать, что именно его действия привели ко всему этому. Не мы зачинщики конфликта. Мы всего лишь действуем исходя из имеющихся у нас ресурсов.
— Ты сейчас смеешься, старик? — прошипел Гжатский, — А если бы в том взрыве оказался твой родственник. Сын или дочь? Ты бы также спокойно сидел и молчал⁈
Его аура становилась всё отчетливее. Конфликт мог случиться в любое мгновение.
— Я потерял сына во время бунта. Моя невестка наложила на себя руки, беременная моей внучкой. Жена погибла во время нашествия монстров на город. Ты всё еще желаешь что-то мне высказать, наглец? — грозно выпалил Владимир.
Давление маны, что он выпустил, моментально подавило Василия. У парня просто перехватило дыхание. Да и его лицо заметно осунулось.
Сам он сжал кулаки, не зная что и сказать.
— То-то же… — фыркнул Краснов, потянувшись в полы пиджака за сигаретой. Пожалуй, лишь я заметил его едва подрагивающие ладони.
Встретившись со мной взглядом, старик опустил взгляд.
Я благодарно мотнул головой. Раз Гжатский не слушал голос разума то Владимир решил достучаться до него на знакомом тому языке.
— Давайте все успокоимся… — попробовал угомонить взбеленившегося парня Михаил, но я поднял руку.
— Василий, сядь, — произнес сухо я.
— И даже ты Марк⁈ — почувствовал себя преданным Гжатский, вновь распаляясь, — Разве ты не являлся противником подобного? Ты же сам сражался с подобными фанатиками и преступниками, которые и действовали через теракты!
— Я сказал сядь. И послушай, — припечатал я. И парень, кидая молнии, вернулся на занятое место, — Никто не одобряет здесь методов Багратиона. Сергей и Владимир лишь отметили то, что самой целью нападения являлось ослабление фракции второго принца, как и его устранение.
— Не стоит и забывать, что для Багратиона противостояние с лоялистами и Императорским Кланом и вправду являлось войной, — вздохнул Дарий, нервно крутя в руке кинжал.
Все в кабинете были на взводе. Никто не предполагал подобного исхода. И ни один из нас не знал, что следовало делать.
Воспользоваться ситуацией? Гордо встать на броневик и поднять народ на бунт? Или же затаиться и надеяться, что никто не свалит вину на нас и оппозицию в целом? Ведь в таком случае может начаться полноценная чистка, стоит хоть кому-то нарыть хотя бы опосредованный след на Багратиона.