Жемчужина (СИ)

Глен пообещал себе выставить Жнецу бочонок самого лучшего виски за такой подарок клану, каким оказался кроткий Кэлум. Хотя это совсем не значило, что он не занимался городом и людьми, просто предпочитал это делать по собственному разумению. Когда к нему пришли мальчишки из рок-группы, то их ожидал подарок в виде коробки с инструментами от «Military boys» и постера с автографами всех участников группы.
Эмиль позвонил Адаму, которого знал с тех самых пор, как в группе стал петь Тео. Он считался самым старшим в их группе. Эмиль поинтересовался, не хочет ли он продать свои старые инструменты. Так получилось, что в этот момент в комнате находилась вся группа во главе с Тео. Ребята, услышав о молодых ребятах, прониклись ситуацией и подарили свои старые инструменты подросткам, за исключением старых колонок, «которые больше шипят, чем играют», но Эмиль заверил, что уж на колонки-то ребята найдут деньги. После этого Кэлум спросил, где ребята собираются репетировать, и кто ведет у них в школе уроки музыки. В ответ он с ужасом услышал, что музыкальная школа делит свое помещение с художественной, занимаясь по четным дням. Преподавание шло на двух расстроенных пианино и трех замученных волынках, а чтобы получить серьезное музыкальное образование, надо было ездить на уроки в соседний город.
Кэлум посетил маленький домик, носящий громкое название «Дом искусств» с тесными полутемными комнатками, и пришел в ужас от того, в каких условиях занимаются дети. Он проинспектировал все общественные организации, которые являлись арендаторами соседних домов и вскоре, наступив на горло Глену, заставил «Клуб любителей ловли форели» поменяться помещениями с «Домом искусств». Вскоре дети перебрались в уютный трехэтажный особняк на площади, а рыболовы-любители - в маленький домик на окраине.
- Там по соседству есть чудный паб, где подают самую вкусную копченную форель в городе! - с восторгом в глазах приговаривал Кэлум, выкидывая последние коробки с удочками и чучелами рыб из большого и светлого дома.
Особняк прекрасно подходил художникам и юным скульпторам. А вот музыкантам пришлось довольствоваться классами, выходящими во внутренний двор, но никто не жаловался. Эмиль порылся в своих вещах, но не обнаружил своей кредитки. Когда он обратился с вопросом к Анджею, то брат прислал свою с пожеланием не стесняться. Ангел посоветовал ему какое-то время не трогать свою кредитку. Эмиль пообещал вернуть все потраченные деньги, в ответ на что брат, выразительно хмыкнув, напомнил, что он тоже МакГрегор и хотел бы помочь Эмику в благих делах.
Не найдя, что возразить, Эмиль успокоился, купил несколько инструментов для музыкальной школы и оплатил изготовление в местной мастерской дополнительных этюдников для юных художников. После этого он продолжил инспекцию недвижимости, принадлежавшей клану. В те дни, когда в замке проводились экскурсии, Эмиль путешествовал по городу, знакомясь с людьми. В один из таких дней он зашел в хоспис к старикам. Омега с удовольствием пил с ними чай и слушал замечательные истории о своих дедушках - о молодом и дерзком Одине, упрямом и красивом Клиэмэйне. Старики помнили все забавные случаи и, скрипя старческим смехом, делились этими историями с Кэлумом.
Также посетил Эмиль больницы, взрослую и детскую, и перинатальный центр. В больнице для взрослых прием вели в основном военные врачи, которые по той или иной причине вышли в отставку. Военная выправка и строжайший порядок чувствовался во всем. Даже интерны и медбратья ходили почти строевым шагом. В детской больнице была прямо противоположная атмосфера. Повсюду было много цветов, а стены были разукрашены забавными животными и героями детских фильмов. В динамиках слышалась веселая музыка, стояла мебель не только для взрослых, но и для детей.
Перинатальный центр был, скорее, омежьим царством, чем больницей. Там были детские игровые комнаты, цветы и улыбчивый персонал. К удивлению Кэлума, здесь он встретил Дугала, сына Глена. Оказывается, все врачи время от времени дежурили в этом омежьем царстве. Они выпили чаю, и Дугал устроил Кэлуму экскурсию по центру. Последним омегой, умершим во время родов, был его дедушка Клиэмэйн, после чего клан не пожалел денег на оборудование центра всем необходимым. С тех пор ни один омега не погиб во время родов.
 
Эмиль загрустил после таких слов. Бедный Один так старался помочь всем, но не сумел сберечь самого дорогого. С тех пор, как дед улетел на своем крейсере, Эмиль стал внимательно следить за сводками с мест локальных конфликтов. Он и не знал, как тревожна обстановка в дальних колониях, и о постоянных нападениях на Дальних рубежах. Он внимательно слушал Глена, когда тот объяснял, как можно определить участвует в данном конфликте звездный флот или нет. О местоположении «Молота Тора» можно было только догадываться по обрывочным данным, которые мелькали среди общих новостей.
На музыку оставалось совсем мало времени. Как правило, вечерами, когда Эмиль ужинал в своей гостиной, музыка тихо навещала его, как старая подруга. Он садился за рояль и, открыв крышку, замирал, глядя на клавиши. На душе было тоскливо. Помедитировав немного в тишине, он бережно закрывал крышку. Малыш грустно вздыхал в ответ, и омега, погладив его по крутому боку, отправлялся за постельным бельем. Закончился еще один день.
Неожиданно желание писать музыку возникло вместе с Брюсом Кэмпбеллом. В один прекрасный день тот постучался в дверь его гостиной с подарком в руках. Это была небольшая деревянная миниатюра, практически копия той, что он вырезал на конкурсе - две собаки и медведь на одной подставке. Только в этот раз фигурки были раскрашены и покрыты лаком.
- Я услышал, что ты хотел поставить мою скульптуру в свою комнату и поэтому решил, что она должна быть из хорошего дерева, чтобы радовала тебя не один год, - альфа растерянно топтался в комнате точно как медведь, натыкаясь на мебель и чуть не опрокинув вазу с цветами. - Сюда можно поставить?
Брюс собирался поставить миниатюру на небольшой столик возле дивана, но Эмиль перехватил ее в воздухе. Это был не столик, а тщательно замаскированный синтезатор. На инструменте лежал лист картона, накрытый сверху красивой скатертью. Эмиль, взяв миниатюру в руки, стал внимательно ее рассматривать.
- А этот медведь не выглядит беззащитной жертвой двух злобных псов. Он вполне может раскидать собак и отправится дальше по своим делам, - Эмиль бережно поставил миниатюру на Малыша и улыбнулся Брюсу. Тот смотрел на него, приоткрыв рот, и выглядел несколько растерянным. - Мне, пожалуй, потребуется сделать тебе ответный дар. Что бы ты хотел?
-Э-э, - растерялся альфа, - а, это чей рояль? Вроде бы Клиэмэйн не играл… Или я ошибаюсь?
- Нет, это мой рояль, - Эмиль улыбнулся и открыл крышку.
- Сыграй мне что-нибудь, и мы будем в расчете, - Брюс улыбнулся, как ребенок.
Эмиль удивился в очередной раз такому разящему контрасту между внешним видом грозного амбала и немного детским поведением альфы. Пальцы плавно опустились на клавиши, и Малыш обрадованно запел, он мурлыкал, как котенок, который соскучился по ласке и вниманию. Эмиль вдруг понял, что он тоже соскучился по музыке и этим чарующим звукам, которые, словно чистая вода, омывают душу, унося с собой тревоги и горести. Пальцы легко скользили, сплетая невесомую паутину звуков. Одновременно с этим из туч выглянуло солнышко, наполняя комнату теплом и светом.
- Ты похож на ангела! - Брюс с восторгом в глазах подошел и оперся о крышку рояля. - Когда ты играл, ты стал таким молодым и красивым!
- А так я старый и страшненький? - Эмиль легко рассмеялся. - Какой изысканный комплимент! Вот спасибо!
- Ой, ну, я это, - Брюс почесал свою бородку и виновато улыбнулся. - Прости, я не мастер говорить комплименты омегам. Когда я последний раз говорил омеге комплименты, то дело закончилось помолвкой! - Брюс со значением пошевелил бровями, а Эмиль в ответ только рассмеялся.
- Даже не мечтай! Я - чужая ягодка. На меня облизываться бесполезно, - пальцы омеги легко пробежались по клавишам, Малыш радостно отозвался на ласку. Эмиль понял, что вся хандра и грусть развеялись, и он опять может дышать легко и свободно. - Вот спасибо, развеселил! А то я после отъезда Одина совсем нос повесил.