Траарнская Академия Магии. Поступить любой ценой
«Почему все ей?! Почему она маг?! Почему не я!»
Отголоски того скандала уже несколько лет не отпускали Иржин. Нет, она не разлюбила своего брата. Но что-то пропало, что-то ушло. Она ведь еще несколько дней ждала, пока он придет к ней, поговорит, расскажет. И они вместе придумают, как жить дальше. Ведь Вален в своей зависти дошел до того, что обвинил матушку в неверности отцу. Мол, Иржин не дер Томна, потому и дар у нее есть. А нормальные дер Томна, чистокровные, не приблудные – все без малейшей толики магии. Тогда отец впервые поднял руку на сына, а она, Иржин, впервые ощутила смертельную обиду. Но она нашла в себе силы уйти к себе, а утром выйти к столу как ни в чем не бывало. Так и жили. Вален молчал. И она молчала. И только мама стала тревожно хмуриться, но выпытать причину ухудшения отношений между братом и сестрой не смогла.
«Дура, надо было вмешаться тогда, устроить безобразный скандал, разбудить матушку, и в итоге все было бы лучше. Гнойники надо вскрывать сразу», – зло подумала Иржин и выбралась из гамака. Забрав книгу, она вернулась в дом.
Время до экзамена пролетело мгновенно. За ужином Вален прятал глаза и без аппетита ковырялся в тарелке. Иржин же напротив, плотно и с аппетитом поела и теперь гадала на кофейной гуще.
– Что показывают? – с интересом спросил Тевон дер Томна.
– Жижу, – вздохнула Иржин. – Надеюсь, академический экзамен отличается от полосы препятствий Версара.
– Зря надеешься, – буркнул брат. – В том смысле, что тебе же лучше, если они одинаковые.
– Да, ты прав, – кивнула Иржин. – Пойду одеваться. До Академии сорок минут добираться, а сейчас уже почти восемь.
– Лучше прийти заранее, – кивнула леди дер Томна и нахмурилась. – Почему мне кажется, что мои дети поссорились?
В приятном мелодичном голосе Дарины дер Томны звучала сталь. Иржин поспешно поднялась и с улыбкой произнесла:
– Не представляю, откуда взялись такие мысли, но я в любом случае ужасно тороплюсь.
В комнате Иржин замерла перед вместительным шкафом. Раньше ей не приходилось мучиться вопросом: «Что надеть?» С одной стороны, на экзамен должно явиться в приличном платье, с хорошей прической и запасом канцелярских принадлежностей. С другой стороны, ей прямо посоветовали взять с собой еду и воду. А с третьей стороны, хороша она будет в своем тренировочном костюме, грубых ботинках и с заплечным мешком на обычном экзамене. Так что же надеть?!
– Помочь? – В комнату неслышно вошла мама.
И Иржин вывалила на нее все свои тревоги. На что леди Дарина только кротко вздохнула и дернула дочь за кончик косы:
– Ты ведь рассказывала про свой визит к мастеру-наставнику. И, как всегда, перекрутила. Как ты сказала? Нельзя прожить жизнь и не макнуться в грязь?
– Да, – смутилась Иржин.
– Ох уж эта пафосная юность, – вздохнула леди Дарина. – Ты на полосу в платье пошла? Пошла. Ты ее в платье прошла? Прошла. Даже по грязи в платье проползла, не стала в штаны превращать. Я все правильно излагаю?
– Все, – кивнула Иржин.
– Ну так и надевай платье, крепкие туфли, в которых на базар ходишь. Они хоть и на грубой подошве, а выглядят достойно. Теперь все твои туфли и наряды выглядят достойно.
– Конечно, ты же половину моих вещей на помойку выкинула, – буркнула Иржин.
– И с этой помойки их никто не забрал, – выразительно произнесла матушка. – Подумай, траарнские нищие побрезговали твоими стоптанными до дыр башмаками.
– У меня размер ноги маленький, – Иржин повеселела. – Осталось решить с едой и водой.
– Твой всевмещающий мешочек. Положишь туда с десяток медовых сухарей и большую флягу воды. Трое суток продержишься, а дома мы тебя откормим.
– Точно, а в воде можно растворить витаминное зелье. Вкус будет отвратным, но зато чувствовать я себя буду бодрой и сытой. – Я порывисто обняла маму. – Ты самая-самая. Но надену я все-таки брючный костюм.
– Парадный, – жестко произнесла леди Дарина. – Иначе из дома не выпущу.
– Хорошо, парадный.
Парадный костюм состоял из шелковых темно-синих брюк, белоснежной блузки с пышным кружевом на груди и узкого жилета в тон брюкам. Брюки были достаточно широкими, чтобы издалека напоминать юбку, а жилет так стягивал ребра, что прекрасно заменял корсет.
– Белые перчатки. – Матушка успела сходить до своей гардеробной и вернуться обратно. – Изумительно сюда подойдут. Как и шляпка.
– Ма-ам, а если это все-таки будет полоса препятствий?
– А что ты сделала с туфлями?
– Сняла.
– Вот и шляпу с перчатками снимешь.
Проводив маму к выходу из комнаты, Иржин проворчала себе под нос:
– Эта женщина могла бы командовать армией. А ведь я просто хотела надеть удобную одежду. Не слишком позорную, но удобную. А в итоге иду как на парад. Магия.
Но позднее Иржин с огромным удовольствием кружилась у зеркала. И вновь поймала себя на мысли, что не может дочь лавочника обладать таким вкусом, как и таким сильным магическим даром. Дарина могла найти себе другого супруга, такого, над которым не висело бы всеобщее неодобрение. Почему она выбрала Тевона? Любовь? Или какая-то страшная тайна? Иржин вздохнула, подмигнула себе и выпорхнула из комнаты. Вряд ли ей удастся узнать эту тайну.
– Ты точно на экзамен? – подозрительно сощурился Тевон дер Томна. – Или мне пора брать отцовский меч и идти караулить твоего ухажера?
– Почему отцовский? – оторопела Иржин. – У тебя же свой есть.
– Так принято, – Тевон гордо приосанился, – защитить дочь дедовым клинком – это особенный шик. Так что?
– Нет, это совершенно точно экзамен.
Иржин поцеловала отца, забрала у матери свой всевмещающий мешочек и поискала взглядом брата. Но Вален не вышел проводить сестру.
– Я с ним поговорила, – небрежно заметила леди Дарина. – И с тобой тоже поговорю.
– Когда ты успела? – поразилась Иржин.
– Так ведь дело-то не в длительности общения, а в его качестве. Удачи, птичка.
Выскочив из дома, Иржин сразу направилась к ближайшей остановке. На которой обнаружила яркое магическое объявление: ночной и вечерний маршруты надземного транспорта отменены. Как же так?!
– Что же делать? – Она оглядела пустынную улицу и сердито нахмурилась. – Как же так?!
Вернуться домой и взять семейный ленвинд? Но ходили слухи, что в Академию нельзя брать свой транспорт.
«Но ведь я еще и не студентка», – сама себе ответила Иржин.
Резко развернувшись, она направилась к своему дому. Два поворота налево и один направо – их дом совсем недалеко, но она вновь вышла к остановке.
– Что происходит? – едва слышно прошептала Иржин.
Происходящее было похоже на сцену из популярной пьесы: поздний вечер, темнеющее небо, белый туман выползает из закоулков, и абсолютная невозможность вернуться домой. Оставалось только появиться главному антагонисту.
Леди дер Томна не стала ждать, пока появится злодей, и бросилась к остановке. Там есть кнопка вызова стражи, уж ее-то никак и ничем нельзя заблокировать. Кто бы это ни подстроил, а магию короля Траарна ему не перешибить.
Но злодеи оказались умней: они дожидались, пока жертва сама к ним придет. Прямо на остановке, подле кнопки вызова стражи, стояли две фигуры, закутанные в темные плащи.
«Не на ту напали», – зло подумала Иржин, и на ее руках расцвело яркое синее пламя. Но первая же фраза неизвестных заставила это пламя погаснуть.
– Добро пожаловать на вступительный экзамен. – Первая фигура шагнула вперед и скинула с себя мантию. – Я Авертин, староста пятого курса.
– Я Гилмор, староста пятого курса.
Авертин явно была оборотнем – поблескивающие желтым глаза, жесткие густые волосы и сильная, спортивная фигура. Гилмор же мог быть эльфом, если судить по изящным чертам лица, но его оттопыренные уши выдавали изрядную примесь человеческой крови.
– Я Иржин, поступаю в этом году, – спокойно представилась леди дер Томна.
Фамилию она привычно опустила. Не стоит сразу дразнить гусей. Вот только эти «гуси» оказались уже кем-то раздраконены: