Честная игра

— Наверное, имеет, — согласился Джонни. — Ну что ж, по крайней мере, все повеселились.
Браун начал собирать со стола свой выигрыш.
Но собрать все деньги он так и не успел. В комнате появился Карл Шинн. За ним шел загорелый человек в рабочей одежде. В руках у обоих было по револьверу.
— Вы все, спокойно, — зловеще произнес Карл Шинн.
— Пайпер! — воскликнул Чатсворт.
— Уж извините, босс, — ухмыльнулся пастух.
  
Глава 22
 
Пейдж, владелец соседнего ранчо, отодвинул свой стул от стола.
— Ограбление! — проревел он. — Да чтоб вас…
Карл Шинн выстрелил в Пейджа. Хозяин ранчо вскрикнул и уставился на свою правую руку. Из дырочки в рукаве между плечом и локтем хлынула кровь.
— Будешь знать, — сказал Шинн.
Неожиданно Джонни Флетчер весело рассмеялся. Шинн злобно посмотрел на него:
— Смешно?
— Ты даже не представляешь, как смешно, Карл, старичок. Я только что проиграл все, что у меня было. — Джонни подмигнул Райли Брауну. — Не повезло вам, мистер Браун…
— Я — Райли Браун, — обратился к Шинну игрок с холодными глазами. — Это имя вам что-нибудь говорит?
— Наслышан, — ответил Шинн. — Но нам это без разницы.
Он сделал шаг вперед и оказался в пределах досягаемости Сэма Крэгга. Сэм выбросил вперед правую руку и железной хваткой вцепился в левую руку Шинна. Шинн закричал и замахнулся на Сэма револьвером. Сэм дернул руку, Шинн перелетел чуть ли не через всю комнату и врезался в бильярдный стол.
Сэм был уже на ногах. Подхватив одной рукой стул, он швырнул его в ковбоя с револьвером в тот самый момент, когда ковбой выстрелил. Пуля оторвала от стула несколько щепок и слегка изменила траекторию его полета, так что ножка стула лишь чуть-чуть оцарапала ковбоя. Но револьвер он все-таки уронил.
Джонни тоже вскочил на ноги. А Райли Браун сунул руку за отворот пиджака.
Чарльз Холтон выхватил автоматический пистолет 32-го калибра и отскочил в сторону. Он повел пистолетом, целясь по очереди в Сэма, Джонни и Райли Брауна.
— Стоять! — рявкнул он.
Рука Райли Брауна застыла, едва коснувшись рукоятки револьвера в наплечной кобуре. Джонни замер на месте. Только Сэм продолжал двигаться, теперь уже по направлению к Холтону.
— Ах ты, сопляк недоделанный!
Холтон отступил еще на шаг и оказался рядом с Карлом Шинном, который медленно поднимался с пола.
— Давай иди сюда, — пригласил Холтон Сэма.
— Сэм! — заорал Джонни.
Сэм остановился.
Холтон обошел вокруг него и приблизился к Джонни:
— Флетчер, отдавай карты…
— А-а, — протянул Джонни, — так вот оно что… наш дурачок с беспроигрышной системой игры в кости…
— Выигрывать можно по-разному, — угрюмо сказал Холтон.
— Ну разумеется, — ответил Джонни. — Можно, например, купить крупье, чтобы выигрывать в блэк-джек, а можно пометить ногтем карты, чтобы выигрывать в покер. А чтобы выиграть уж совсем наверняка, можно ограбить друзей, с которыми играешь. Есть только одна вещь, которую тебе никак не обойти, Холтон, — убийство. — Он вынул из кармана карты Блосса и швырнул их на стол. — Вот они, Холтон. Ради этих карт ты заставил Джима Лэнгфорда убить Гарри Блосса, а потом убил Лэнгфорда, потому что думал, что он скрывает их от тебя…
— И все это время они были у тебя?
— Нет, — воскликнула Джейн Лэнгфорд, — они были у меня!
— Так ты переметнулась к ним? — зло усмехнулся Холтон.
— Я не была ни на чьей стороне, — холодно ответила Джейн.
— Твой дядюшка тоже был не на моей стороне, но он спер все денежки, которые мы заработали. Он всю жизнь играл по-честному, пока не подвернулись две сотни кусков, и тогда он стал уже не таким честным.
Холтон положил револьвер на уголок стола, чтобы его в любой момент можно было схватить, и взял в руки карты Блосса. Развернул их веером и принялся сортировать по мастям и достоинству: туз пик, король, дама, валет и так далее, потом другие масти.
Рассортировав карты, он сложил их вместе и выровнял колоду. Наклонившись вперед, Джонни Флетчер увидел, что на боковой стороне колоды появилась надпись. Он прочел: «Домик 23. Под кафелем в ванной».
 
— Он оставил эти деньги тебе, Джейн, — тихо сказал Джонни.
Холтон презрительно засмеялся:
— А ты и не допер, да? Когда карты перемешаны, кажется, что у них просто грязные края. А как сложишь их по порядку, появляются слова… У тебя в руках было двести тысяч долларов, Флетчер, а ты по дурости их проворонил.
— Ага, — сказал Джонни, — а как ты думаешь, долго ли эти деньги пробудут у тебя?
— Как-нибудь успею их потратить.
— Подумай получше. Отсюда ты уйдешь, но сколько пройдет времени, прежде чем за тобой погонятся человек двадцать шерифов? И полиция штата?
— За пятнадцать минут успею уйти далеко, им меня в жизни не поймать. В горах места много… и в пустыне тоже…
Снаружи послышался выстрел, потом еще и еще.
Холтон схватил револьвер, запихнул карты в карман и, подскочив к Чатсворту, ткнул миллионера дулом в спину.
— Пошли, Чатсворт; если кто-то из твоих людей ко мне сунется, получишь полный заряд. Ты лучше предупреди их об этом, когда будем выходить…
Дверь с треском распахнулась, и в комнату вошел Маллиган Поймать Живьем. В руке он держал тупоносый револьвер.
Холтон отнял свое оружие от спины Чатсворта и направил на Маллигана. Он опоздал на десятую долю секунды. Пуля Маллигана попала ему в лоб.
Карл Шинн бросил свой револьвер на пол.
— Не стреляйте! — завопил он.
Пастух Пайпер был сделан из более прочного материала… но Райли Браун оказался быстрее. Пайпер умер.
Джонни тихонько сказал:
— А я подумал, у тебя тоже есть своя цена, Маллиган!
Поймать Живьем посмотрел на него.
— Я и сам так думал, но потом пораскинул мозгами… Какого черта, у меня когда-то уже было сто тысяч баксов. Я не знал, что с ними делать.
Гилберт Хонсинджер подошел к стойке регистрации:
— Значит, вы нас покидаете, Флетчер?
— Это еще как сказать. Полиция не имеет ко мне претензий, но по счету с меня причитается тридцать два пятьдесят, а у меня всего-то — этот фиолетовый жетон. Я всегда думал, что он чего-нибудь да стоит. Так и оказалось — он стоит двадцать пять долларов. Мистер Бишоп говорит, я не смогу уехать, пока не наскребу еще семь пятьдесят… А мне неоткуда их взять.
— Что ж, — сказал Хонсинджер, — это, конечно, не в наших правилах, но, учитывая, э-э… все, что произошло, полагаю, мне придется вас отпустить.
— Хороший вы человек, мистер Хонсинджер, — сказал Джонни насмешливо.
Хонсинджер протянул руку, но Джонни притворился, будто не замечает ее. Он подошел к коридорному Нику.
— Ник, дружище, у тебя, случайно, не найдется лишнего доллара или двух?
— Ох, мистер Флетчер, — сказал Ник, — я вчера как раз сложил в копилку все медяки, какие у меня были.
— Молодец, Никки. Продолжай в том же духе, и когда-нибудь ты сам станешь владельцем вот такого же заведения. — Джонни улыбнулся и потрепал Ника по щеке. — Ну, пока. — Он помахал рукой портье, мистеру Бишопу: — И вам до свидания, мистер Бишоп!
Джонни вышел из отеля и сел в машину, где его уже ждал Сэм. Тот не произнес ни слова, пока они не свернули на юг по Фремонт-стрит и не выехали из Лас-Вегаса.
Тут его прорвало:
— Выходит, мы опять разорились!
— Не совсем, — ответил Джонни и вытащил из кармана серебряный доллар. — Я его придержал.
— Один доллар, — сказал Сэм с горечью. — А ведь еще вчера у нас было двадцать тысяч… Мы проиграли двадцать тысяч баксов…
— Да нет, Сэм. Начали-то мы с одного доллара. И теперь у нас один доллар. — Он засмеялся. — Мы остались при своих!
  
Послесловие
 
Мало кто из писателей пользовался у читающей публики таким постоянным успехом, как Фрэнк Грубер — автор множества нашумевших произведений в жанре остросюжетной криминальной прозы. Около половины его рассказов, романов, кино- и телевизионных сценариев связаны с преступлениями и расследованиями. Его истории об Оливере Куэйде — герое с энциклопедическими познаниями, — наряду со многими прочими, регулярно печатались в массовых журналах. Что же касается романов, то нередко за год появлялось по три-четыре его детектива, не говоря уже о рассказах и вестернах, количество которых не поддается исчислению.