"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– А питание и вправду… ты кушай. – Она указала на столик. И сама уселась напротив. Если она будет так смотреть, у меня кусок в горло не полезет.
Хотя вру.
Еще как полезет.
– Ранее церемония представления ко двору была обязательна для юных леди, но сейчас это, скорее, возможность, которая дается не всем.
Я кивнула.
Подали мясную похлебку, щедро сдобренную приправами. А ведь вкусно! Особенно если со свежим хлебом и кусок ветчины сверху.
Прелесть.
– Классическая церемония проходит четыре раза в год. И даты сообщаются заранее. Тогда же начинают составляться списки. Попасть в него желает любая юная леди.
Не я.
Но я ем. Хорошая это вещь – еда. Рот занят и меньше шансов ляпнуть какую-нибудь глупость.
– Вы бы знали, дорогая, какие плетутся интриги, какие сражения разворачиваются в гостиных! Ведь формально любая дама, которая целовала руку его императорскому величеству, может презентовать свою подопечную…
Чувствую, мне там не понравится.
– Но вместе с тем количество мест весьма ограничено, отсюда и некоторые сложности. А уж удостоиться права участвовать в особой церемонии и вовсе знак высочайшего расположения. И потому, когда мне сообщили, что его императорское величество желают вас видеть…
– Это многое изменило?
– Нет. Во всяком случае, не в моем к вам отношении.
– Ага…
Я прикусила язык. Не надо спрашивать, как она ко мне относится. И без того понятно.
– В свое время мне пришлось изрядно постараться, чтобы имя Августы попало в списки, а вы…
– Я не виновата.
– Знаю. Просто удивительно.
– Должно быть, Чарли похлопотал.
– Я тоже так подумала, – согласилась свекровь. – Вы кушайте. Вы когда кушаете, становитесь почти милой.
– Спасибо.
Жареная оленина, приправленная все так же остро. Молочный рис. Что-то еще непонятное, то ли рыба, то ли мясо.
– Главное не это… главное, что на вас будут смотреть.
– Пускай себе.
Глядишь, как-нибудь вусмерть не засмотрят.
– Вам кажется, что это пустяки, но на самом деле все не так просто. Вы теперь – леди Диксон.
– Вторая.
– Что?
– Чарльз какой-то там граф, по счету, а я вторая леди Диксон. Вы же первая. Логично, чтобы не запутаться.
Свекровище неожиданно рассмеялась. Вполне приятным смехом. Во всяком случае, обиженной я себя не ощутила.
– Ваша непосредственность иногда… неважно. Главное, вы будете представлять нашу семью. И все имеет значение. Ваш внешний вид. Ваши манеры, ваши слова. Ваше поведение. Если кто-то узнает, где вы были ночью… с Чарльзом я еще поговорю на эту тему.
Нет, ну вот как так можно-то! Город огроменный, но, кажется, все уже знают, где и зачем я побывала.
– Не знаю, куда он вас водил, но надеюсь, никто не видел вас в этом… наряде.
– Я тоже надеюсь. – Я вздрогнула, вспомнив выбранную матушкой красоту.
– И на будущее: если вдруг понадобится платье, вы всегда можете обратиться ко мне. За советом. Или за платьем…
Кажется, оно поразило свекровь в самое сердце.
– Спасибо.
– Так вот, для представления шьется особый наряд. Презентационный. Он, как и свадебное платье, надевается лишь раз в жизни.
– А потом?
– Хранится.
– Просто хранится?
– Как реликвия. Мое презентационное платье осталось в доме отца. – Леди Диксон погрустнела, а я подумала, что надо бы шепнуть Чарльзу, пусть переговорит с дядюшкой. Тот показался мне человеком адекватным. И не думаю, что им там так уж нужно это самое платье.
А свекрови приятно будет.
– Платье Августы вам не подойдет. Да и видели его многие. Нужно особое…
Расточительно, если подумать. Но я предпочла отправить в рот кусок булки, намазанной нежнейшим паштетом.
– И времени мало. Не представляю, к чему такая спешка. Нам еще реверанс учить.
Я кивнула.
Выучу. Раз такое дело – как-нибудь да справлюсь.
– И шлейф… Боже, если ты наступишь на шлейф, то непременно упадешь, а этого не забудут.
Я думаю.
– Может, тогда без шлейфа? – робко предложила я.
А что? Вполне себе идея.
– Увы, невозможно. Регламент. Шлейф должен быть. И длина его указана. И ты не представляешь, до чего это непросто – поддерживать шлейф и пятиться. В свое время я только и думала, что обязательно наступлю на этот проклятый шлейф и опозорюсь! Отец мне никогда не простил бы.
 
Она покачала головой и, словно спохватившись, добавила:
– Просто развернуться тоже нельзя! Ни в коем случае! Даже не думай…
Я кивнула. В этот момент я если о чем и думала, так только о том, влезет ли в меня еще одна булочка, или стоит погодить, пока съеденное уляжется.
– Повернуться спиной к его императорскому величеству – оскорбление.
Учту. И спасибо, что предупредила, а то бы с меня сталось.
– Как правило, с барышнями, которые готовятся к представлению, занимается помощник церемониймейстера, потому что домашнее образование бывает не всегда правильным.
Мой случай.
– А потом и подход, и реверанс, и отступление, все это отрабатывается дома. Кто-то нанимает учителей, кто-то сам… хотя все же чаще учителей. Но готовиться начинают еще до того, как составлены списки.
А я вот так пойду.
Без подготовки.
Булочку я все-таки сожрала и решительным образом поднялась.
– Тогда нечего время зря терять, – сказала я свекрови. – Идемте… белый мне не очень к лицу.
– К сожалению, допустимы лишь светлые оттенки, даже для замужних леди. И перья. Обязательно должны быть перья… Боже! Они уже год как вышли из моды, но для презентации обязательны. Но купить сейчас страусовые перья – я не представляю, где…
Я прикрыла глаза.
Было бы проблем… перья? Достанем перья.
Следующий час прошел в молчании. Я стояла, позволяя оборачивать себя то одним, то другим отрезом ткани. Потом кивала с важным видом, когда ко мне обращались, спрашивая мнение. Ну мне все платья казались, мягко говоря, одинаковыми, так что какое выберут, такое и пускай.
И когда модистка с помощницами убралась, я вздохнула с облегчением.
– А теперь, дорогая, – свекровь окинула меня взглядом, – главное, запомни, что ты – леди Диксон. И стоишь выше большинства тех, кто будет на тебя смотреть.
Я снова кивнула.
Кажется, даже начинает получаться. Нет, не кивать, а выражать согласие с одной леди.
– И что бы ни случилось, даже если ты наступишь на этот треклятый шлейф, просто сделай вид, что ничего страшного не произошло. Встань и…
– Плюнь им в морду?
– Не столь радикально, но мысль в целом верная. Хотя плеваться в присутствии его императорского величества тоже не стоит. А теперь смотри…
Леди Диксон прошлась по комнате, затем присела и застыла.
– Реверанс выполняется перед его императорским величеством. И подняться можно лишь с его разрешения.
И главное, застыла намертво, что твоя статуя.
– А когда он разрешает?
– Обычно сразу, но бывает, что его императорское величество хочет выразить свое… недовольство. Не девушкой, а, допустим, поведением ее родных. И тогда может слегка затянуть паузу.
Ага. А стоять врастопырку – еще то удовольствие.
Но киваю.
– Он может о чем-то спросить. Отвечать нужно ясно и громко, но не так, будто ты кричишь. И улыбаться. Обязательно. Потом…
Леди Диксон встала и попятилась.
– Шлейф стоит чуть придержать и отвести в сторону… и не спешить. Повтори.
Повторила.
– Странно, – свекровь нахмурилась.
– Что-то не так?
Ноги у меня ныли, но… оказывается, ничего не забылось.
– Все так. Вот это и странно…
Чего?
– Такое ощущение, что ты… тебя готовили?
Приседать? То есть реверансить… в смысле делать реверансы?
– Мама, – сказала я честно. – Ей очень хотелось сделать из меня настоящую леди.
Но не вышло. Там, где я росла, леди как-то не водились, а одной матушки, чтобы повлиять благотворно, явно было недостаточно.
– А попробуй еще раз и застынь.
Стоять враскорячку я тоже умела, правда пару минут всего, но могу и потренироваться, а то вдруг это их императорское величество вздумает подержать паузу? И я застыла. А потом поднялась и… вот помнится, матушка мне тоже занавеску на плечи накидывала, которая потом по земле волочилась. А я все никак понять не могла, какой в ней смысл.