"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Шаман, говоришь… С шаманом и впрямь стоит попробовать.
– Расскажете?
И по лицу поняла: нет, не расскажут. Ну и пусть. Эва сама спросит. Потом. После. С этой мыслью она сегодня и проснулась. За нее и держалась, ожидая, когда же пригласят Эдди. И даже почти уже решилась позвать его, но…
Но так и не решилась. А теперь вот еще и записка.
И Мелани Саундворт в бледно-розовом прогулочном платье. Ее волосы зачесаны гладко и собраны в низкий узел, украшенный изящной заколкой с белыми жемчужинками.
– Ах, дорогая, – она всплеснула руками, – я так рада, что тебе стало лучше!
И от фальши на языке стало горько.
Но Эва улыбнулась.
– Мы все так волновались…
А ведь с Мелани они и встречались пару раз. И во время встреч она никогда не обращала на Эву внимания. А теперь вон что!
– Ты еще такая бледненькая…
– Целитель говорит, что это временно.
– Ничего, бледность снова в моде. Ах, это так утомительно! Я ем на завтрак сырую овсянку. И еще пью уксусные капли! Обещали, что кожа станет фарфоровой, но пока не особо…
Чай устроились пить в саду.
И подали его. И Мелани щебетала, щебетала… От этого щебета, от аромата духов ее, от нее самой, такой легкой и восторженной, заболела голова. И еще подумалось, что раньше Эва всенепременно восхитилась бы и даже бы порадовалась, а теперь хотелось взять чайник и опустить на эту гладкую макушку.
Да какая разница, сколько бантов ныне принято оставлять на рукаве и какой формы? В мире ведь такое творится! А она о бантах.
Мелани отставила чашку и сложила руки на коленях.
Поглядела с насмешкой.
– А вот лицо тебе тренировать надо, дорогая. И улыбку тоже. Леди должна всегда улыбаться, что бы ни происходило.
– Я стараюсь.
– Плохо стараешься. Так никто не поверит, что ты полная дура.
– Может, оно мне и не надо?
– Дура, как и я… но я поумнела. – Мелани погладила руку, и только сейчас Эва заметила кольцо. Такое хорошо знакомое серое кольцо. – И ты поумнеешь. Со временем.
Она вздохнула.
И губу чуть прикусила.
– Мне велено передать, что они ждут ответа. И… дорогая, лучше бы тебе согласиться.
– А если… я откажусь?
– Не знаю. Попробуй. Но… ты слышала в прошлом году о скандале с Летицией Горвуд? Вдруг всплыли ее письма… до крайности неприличные. А потом выяснилось, что она вообще ребенка родила. Вне брака. Ее срочно удалили со двора, и потом она скончалась. От несчастного случая.
Стало вдруг холодно.
– А ты… тоже из-за писем?
– Из-за писем, и не только… – Мелани поморщилась. – Не надо обо мне. Тебе стоит активировать заклятье. И тогда все будет хорошо.
Будет ли?
– Меня не просят ни о чем таком, что может поставить под удар мою… репутацию. Напротив. Мне помогают.
– Как?
– Думаешь, – она тронула прическу, – это все родители купили? Не всем так повезло, дорогая, появиться на свет в обеспеченной семье. У меня семеро сестер и трое братьев. Дохода со старого поместья на всех не хватает. И живем-то впроголодь, а уж чтобы в свет выйти – и говорить нечего. Но вдруг нашлась одна пожилая и очень достойная дама, которой я настолько глянулась, что она взяла меня под опеку. И если все будет хорошо… – Мелани наклонилась ближе: – А все обязательно будет хорошо, иначе я тебя сама придушу! Так вот, еще сезон в свете, и мне найдут мужа. Достойного состоятельного мужа.
Она вновь откинулась на спинку кресла.
– Я и без мужа как-нибудь…
– Ну да, тебе он без надобности. Но может, что-то другое? Репутация? Чудесная репутация, которой дорожат все леди? Иначе мало ли что может произойти. Несчастные случаи – они такие… несчастные. Возможно, ты слышала – прошлой зимой Николетта Эберли подошла слишком близко к камину. Платье вспыхнуло моментально! Ее пытались спасти, но увы… А вот Лидия Найтли простудилась. И сгорела так быстро, что целители ничего не смогли поделать. Но ты не бойся. Я просто так рассказываю.
Это не страх.
Это благоразумие.
– Хорошо. – Эва сглотнула. Все-таки взгляд у Мелани холодный.
Страшный.
– Я вечером, – сказала она. – Когда отец уедет, а то вдруг… почувствует.
 
– Правильно. Леди пристала осторожность. – Мелани вновь улыбнулась. – Не волнуйся, никто не заставит тебя следить за отцом.
– А за кем?
– Ты ведь имела честь познакомиться с молодой леди Диксон? Более того, можно сказать, ты ей обязана…
Эва осторожно кивнула.
– Напиши ей письмо. Постарайся понравиться. Поплачься, как тебе плохо и страшно. Подружись. Вряд ли это будет сложно, все-таки ей здесь одиноко.
– Леди Диксон? Милисенте Диксон?
– Именно. Скоро она получит одно… интересное предложение. – Мелани откинулась в кресле. – Так вот, ты должна сделать так, чтобы эта самая леди Диксон без тебя и чихнуть не могла.
Это будет сложно.
Но Эва кивнула.
– Вот и умничка, – обрадовалась Мелани. – Я так и скажу, что ты большая-пребольшая умничка…
Эва снова кивнула.
– Главное, не забудь… и ничего не бойся. Так, я читала, что тебя тоже представят императору?
– Это благодаря брату. Наверное.
– Да, да… Неважно, главное, не упусти момента.
Мелани поднялась.
– Все, мне пора.
К отцу Эва пойти не решилась. Почему-то подумалось, что он разозлится. Очень сильно разозлится. Пусть даже не на Эву, но… все равно страшно.
А вот Берт – дело другое.
И он выслушал. Внимательно так. И не стал ругать. И говорить, что Эва сама во всем виновата, тоже не стал. Лишь попросил:
– Покажи.
Эва протянула руку, которая почему-то дрожала.
– Ничего не ощущаю. Спящий артефакт? Скорее всего. – Это он вслух рассуждал. И касаться кольца не рискнул. – Все…
– Плохо?
– Нехорошо, скорее… Я должен рассказать Диксону.
Эва кивнула, с трудом сдерживая слезы. Она ведь и вправду надеялась, что все закончено. А тут вот…
– А мне что делать?
– То, что ты обещала. – Берт ободряюще улыбнулся. – В конце концов, думаю, не будет ничего плохого, если вы с Милисентой подружитесь. Она заодно и присмотрит за тобой.
Раньше Эва всенепременно обиделась бы. Она и сама за собой присмотреть способна. Но это раньше. А теперь кивнула.
И сказала:
– Она…
– Будет в курсе.
– А если…
– Если от тебя захотят чего-то еще, просто скажи. – Он стал серьезнее. – Эва, это важно. Если вдруг ты почувствуешь что-то неладное или увидишь кого-то, кто покажется тебе знакомым… Или просто что примерещится – скажи. Не отговаривай себя, что это ерунда, пустяк.
– Х-хорошо.
– Мы справимся, – заверил брат. – Вот увидишь, мы с ними справимся.
  
Глава 43, где один джентльмен заглядывает в темный-темный подвал
 
За дверью было пыльно.
Темно.
И вонюче. Характерный запах земли, камня и застарелой тайны обволакивал Эдди, манил, уговаривал сделать еще один шаг.
Или два.
Три.
Что толку держаться порога? Что можно увидеть в кромешной тьме, если ты не рискуешь заглянуть в эту самую тьму? То-то и оно.
– Здесь как-то… – Бартон за спиной поежился.
– Стой. – Эдди и сам попятился. Потом хмыкнул и сказал: – А отправь-ка кого-нибудь в мою комнату. Там сумка имеется. Пусть принесут.
Тьма шелестела, катая эхо накопленных звуков. Чьи-то шаги. Осторожные. Крадущиеся. Вздох. Смех, который тает где-то там, в глубинах подземелья. Младенческий лепет.
И время рассыпается.
Время почти исчезает.
И ждать приходится почти бесконечность. А мог бы заранее насчет веревки подумать. Но вот сумку принесли. Эдди услышал шаги на той стороне. Странно, порог сейчас виделся ему границей, что разделяет мир на две части. И близость живого человека будоражила того, кто скрывался во тьме.
– Веревку можно было на кухне найти, – проворчал Бартон, но как-то без энтузиазма.
– Не такую. – Эдди вытащил свою, проверенную, сплетенную из конопляных волокон, конских волос и кое-каких трав. Вымоченную в зелье и бычьей моче. Заговоренную.