"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Так я могу встретиться с Андмором? – спросила Инна.
Ромина метнула на нее злобный взгляд, но кивнула:
– Ладно, я отведу Вас к нему. Будем надеяться, что Вы правы, и он что-то знает о происходящем.
Потом развернулась и, не посмотрев на брата, двинулась к выходу.
  
Глава 4
 
Перспектива очередного полета, да еще и вместе с Роминой, совсем не радовала Инну. Но тюрьма располагалась в окрестностях Женевы и, если она действительно хотела встретиться с Андмором, придется потерпеть. В корабле Инна села как можно дальше от президента и прислонилась щекой к стеклу, пытаясь разглядеть сливающийся в неразборчивое пятно мир.
Но Рене, который тоже не испытывал желания общаться со своей сестрой, сел рядом с ней. Покосившись на Ромину, он понизил голос:
– Тебе что-то известно, верно? И не пытайся отпираться. Я прожил уже сто четыре года, за это время прекрасно научился разбираться в людях, и всегда вижу, когда кто-то врет или не договаривает.
– Сто четыре? – ошарашенно переспросила Инна.
Да что происходит вообще на этой планете? Может, люди больше не люди? Может, они бессмертные? Отвечать на вопрос она не спешила. Во-первых, дурнота мешала думать, а во-вторых, она по-прежнему не была уверена, что Рене можно доверять. Конечно, вроде бы они с сестрой ненавидели друг друга, а значит, если Ромина на одной стороне с ависонами, то он может и не поддерживать их. Но кто знает, может, это такая уловка, чтобы усыпить ее бдительность?
Инна поморщилась:
– А Вас совсем не укачивает, да?
– Вообще-то укачивает, – заметил Рене. – Просто в виду регенерационных процедур наши организмы лучше переносят экстремальные условия.
– Регенерационных процедур? – переспросила девушка.
– Тебе до сих пор никто не объяснил, почему мы все выглядим так, как будто нам чуть за двадцать?
Она покачала головой.
– Приблизительно три века назад русский ученый Светлицкий открыл способ останавливать старение организма. Если подсадить человеку модифицированные стволовые клетки, то можно сохранить молодость и здоровье. Для этого существуют автоматизированные регенерационные кабины, которые сейчас есть практически во всех домах. Даже в твоем, я уверен, есть.
Инна вспомнила о загадочном агрегате, стоящем у нее в гостиной, и кивнула.
– Я думала, это домашний солярий.
– Нет, это регенерационная кабина. Если время от времени вводить в организм новую дозу этих особых клеток, то старение остановится. Я так делаю уже семьдесят пять лет и, как видишь, прекрасно себя чувствую.
– И что, вы теперь будете жить вечно? – недоверчиво спросила Инна.
– Точно не знаю, но до сих пор от старости пока никто не умер. Кроме того, это улучшает сопротивляемость болезням, так что мы почти никогда не болеем. Конечно, несчастные случаи никто не исключал, но, за исключением этого, уровень смертности на Земле еще никогда не был столь низок.
Инна невольно задумалась. Если такая процедура способна излечивать болезни, то почему доктор Вебер не попробует это на Алистере? Если у нее дома стоит эта самая кабина, то и у них наверняка тоже. Хотя, может, Вебер пока не до конца разобрался, как она работает, и не хочет применять неизвестные методы.
– Между прочим, советую тебе тоже попробовать, – тем временем говорил Рене. – Конечно, ты еще молода, и о смерти тебе беспокоиться пока не стоит, но чем позднее начнешь, тем старше в итоге будешь выглядеть.
Инна вяло отмахнулась. У нее сейчас были проблемы и поважнее, чем попытки сохранить молодость.
– И все же, – напомнил Рене. – О чем ты не сказала Ромине?
Инна открыла рот, намереваясь предпринять отчаянную попытку соврать, но в этот момент корабль остановился.
– Мы на месте, – сказал голос переводчика ависона.
Она поспешила встать и направиться к выходу.
Мизуки вошла в здание и первое, что увидела, это группу детей на вид лет четырнадцати-пятнадцати, собравшихся в дальнем углу холла и о чем-то ожесточенно споривших. Девушка невольно замерла, до того умными казались их взгляды. Но так как ее назначили следить за порядком, она подошла к ним и строго произнесла:
 
– Что тут происходит? Почему вы не в классе? Урок скоро начнется.
– Нам сегодня только ко второму, – с нотками презрения заметила одна из девочек с белокурым хвостиком волос на затылке.
– Тогда почему вы встали? – удивилась Мизуки. – Помню, я в ваши годы, если мне выпадала такая возможность, всегда спала до последнего.
– У нас важные дела, – снисходительно произнес мальчик выше нее ростом.
– Какие такие важные дела могут быть у детей, что они решили не пользоваться возможностью выспаться и встали к первому уроку, хотя его у них нет?
– Мы обязаны перед Вами отчитываться? – нахмурилась полноватая девочка.
– Нет, не обязаны. Но вот что вы обязаны делать, так это вести себя потише. Может, у вас и нет урока, зато у других есть, и вы им своими криками мешаете. Идите спорьте в другом месте.
Дети почти синхронно недовольно хмыкнули, развернулись и пошли куда-то подальше от учебного коридора. Мизуки проводила их прищуренным взглядом, а потом покосилась на часы. В интернате только что начался первый урок, все остальные дети либо спали, либо сидели каждый в своих классах. За все то время, что она патрулировала коридоры в этом заведении, она ни разу не натолкнулась на блуждающего прогульщика. Если кто-то из детей и решался не пойти на занятия, ему явно хватало ума не привлекать внимание надзирателя праздным шатанием. Значит, у нее было около сорока пяти минут.
Мизуки выждала несколько секунд и направилась в ту же сторону, что и спорящая компания. Кажется, они вняли ее совету и теперь разговаривали шепотом. Через некоторое время она заметила вдалеке их спины. Дети шли к черному ходу во двор. Странно, почему они не вышли через главный? Мизуки продолжила идти за ними, тихо, медленно и осторожно, словно хищный зверь, крадущийся за добычей. По правде говоря, она и сама не понимала, почему за ними следит. Может, ей было скучно? А может, это неприятное свербящее чувство где-то за грудной клеткой намекало ей на что-то? Как бы то ни было, Мизуки шла дальше, пока дети не повернули за угол. Девушка собиралась дать им немного времени, чтобы отойти подальше, а потом вновь последовать за ними, но в этот момент до нее донесся звенящий голос ависона, и она замерла.
Вскоре электронный переводчик озвучил речь ависона на французском (в основном в интернате говорили на нем). Мизуки немного учила этот язык в школе и даже кое-что до сих пор помнила, а потому смогла понять, о чем они говорят.
– Вы решили задачу? – спросила птица.
– Если ваши данные верны, то распад неминуем, – сообщил один из мальчиков.
– Но есть способ этого избежать, – тут же добавила одна из девочек.
– Какой же? – прозвенел ависон.
– Нужно чем-то заполнить пространство. Чем-то устойчивым.
Мизуки понятия не имела, о чем они говорят. Но суть вопроса не так важна, как тот факт, что ависоны консультируются с детьми. Ведь это была развитая и просвещенная раса. Разве они не могут сами найти решение всех своих проблем? И что это за проблемы такие, в которых разбираются столь юные дети?
– Чем именно? – тем временем спрашивала птица.
– Это должны решать физики.
– Хорошо. А теперь идите.
Мизуки поспешно спряталась за горшком с особо высоким зеленым растением. Вскоре дети протопали мимо него. Задранные вверх головы, прямая осанка… самоуверенные наглецы! Откуда они только взялись такие умные? Когда дети скрылись, Мизуки вышла из-за горшка… и тут же из-за угла появился ависон. Поначалу девушка растерялась, но потом решила не прикидываться, что ничего не слышала и спросила самым наглым голосом, на который только была способна:
– А что, у вас компьютеры сломались? Иначе я не могу понять, почему вы спрашиваете что-то у детей.
Ависон моргнул четырьмя глазами и ответил: