Наследница по кривой (СИ)

- О, нет! Мне нужно мнение элегантной дамы, а не молоденьких недоучек, - стрельнул в неё «паук» убийственным комплиментом.
Будь на месте «принца» с обворожительной улыбкой худосочный прыщавый очкарик Кира тут же начала бы искренне помогать ему, но горький опыт общения с другим сероглазым «принцем» навсегда отбил у нее желание общаться с красивыми мужчинами.
Пресыщенный красавец – нестерпим, желаньем победить в один присест.
Мужчина – это ли не тяжкий крест, когда он мнит себя неотразимым…
Красавицы, не лейте слёз, коль скоро судьба у вас отнимет ухажёра.
Вам служит ваша красота судьбой.
А слепота – опасней нет напасти!
Когда мужчина обещает счастье – несчастье нависает над тобой.
«- Прав Лопе де Вега, – подумала Кира. – Пусть этот самовлюблённый красавец поищет какую-нибудь другую дурочку».
- Простите, я спешу, - холодно произнесла она вслух и снова шагнула в сторону, чуть не упираясь в манекены.
Но, не тут, то было!
- Как можно отказывать человеку в столь ничтожной просьбе? – укоризненно произнёс молодой человек и решительно взялся за Кирины пакеты. – Всего одну минутку, умоляю вас, а потом я угощу вас отличным кофе…
- Я не пью кофе, - машинально произнесла Кира и оглянулась на продавщиц, завистливо следящих за ними во все глаза. - «Ну, не драться же мне с ним, в самом деле!»
Нет, помощи от них ждать не приходилось – вряд ли они поверят, что такой красавец может представлять угрозу для женщины.
- Отпустите, пожалуйста, - продолжала настаивать Кира и потянула свои пакеты с удвоенной силой.
Но мужчина не слушал и не отпускал пакеты, заинтересованно заглядывая за вырез платья понравившейся собеседницы.
Это было уже слишком!
Кира не на шутку рассердилась.
Она шагнула назад и со всей силы дёрнула к себе свои пленённые пакеты. Ручки одного пакета оборвались, и, теряя равновесие, Кира схватилась за чью-то вовремя протянутую ей руку.
Рука оказалась чёрной и безжизненной!
В испуге Кира отдёрнула свою руку и прытко отскочила в сторону, но опора, не выдержав приложенного к ней человеческого усилия, наклонилась и стала медленно заваливаться на ничего не подозревающего красавца, очень элегантно поднимающего с пола разорвавшийся пакет.
- Осторожно! – закричала Кира, инстинктивно предупреждая человека об опасности.
Но было поздно! Чернокожая дама – проще говоря, манекен – задрапированная ярко зелёной сверкающей тканью, рухнула прямо в объятия выпрямляющегося «прынца».
От неожиданности красавец выронил злополучный пакет и, прижимая к груди безволосый манекен, с удивлением воззрился на неожиданно материализовавшуюся в его руках чернокожую даму.
- Вы чудесная пара, - съязвила Кира, подняла с пола свой пакет и, гордо вскинув подбородок, пошла к лестнице.
«Кавалер» зашипел ей в след и попытался водворить «чернокожую даму» на место, но булавки, скрепляющие сверкающую ткань, тут же впились ему в ладони. Он отдёрнул руки от манекена, и тот с грохотом упал на пол.
На шум Кира обернулась.
Несколько секунд «прекрасный принц» разглядывал кровавые точки на своих ладонях, потом перевёл взгляд на виновницу его фиаско и разразился такой непристойной бранью, что спешившие к нему на помощь продавщицы в нерешительности остановились.
С ненавистью глядя на обидчицу почему-то разными глазами: голубым и карим, красавец перешагнул через манекен и двинулся к Кире. Ненависть перекосила его красивое лицо, и оно, как в кривом зеркале, искривилось и наружу полезло его настоящее обличие злобного тролля.
От мгновенного, мистического перевоплощения и исходящей от этого существа угрозы, Кира попятилась и буквально скатилась с крутой лестницы, попав в объятия встревоженного шумом охранника.
- Грабят, - сама не зная почему, выдохнула она и поспешила к дверям бутика, а охранник дорогого салона, на ходу выхватывая оружие, побежал вверх по лестнице.
  
10
 
10
- Пожалуйста, поехали отсюда, - распахнув дверь машины, поторопила Кира водителя, закидывая на заднее сиденье пакеты с вещами и забираясь следом.
 
Арсен, не спеша, отложил раскрытый журнал на соседнее сиденье и включил зажигание. Мотор тихо заурчал, и бронированная «Ауди» стала осторожно выбираться на проезжую часть.
Неожиданно передняя дверь машины открылась и в салон головой вперёд, коленями на сиденье, ввалилась какая-то взъерошенная женщина.
- Э! Астарожна, жэнщина! - вскрикнул водитель с ужасным кавказским акцентом и резко нажал на тормоз.
Послушная машина замерла поперек проезжей части, загораживая дорогу другим водителям. Сзади испуганно засигналили.
От резкого торможения незнакомая женщина ткнулась в лобовое стекло и негромко выругалась.
- Мать твою так… Чичерина, ты что спятила? – проворчала она, потирая ушибленное плечо. - Смерти моей хочешь?
- Гражданочка, - набросился на неё Арсен, примеряясь как бы половчее выпихнуть женщину из салона, - немедленно покиньте машину…
- Подождите, пожалуйста, - остановила его Кира, внимательно вглядываясь в незнакомку. – Мы с вами знакомы?
Насколько позволяли габариты салона, женщина выпрямилась и, откинув с лица чёрные до плеч волосы, посмотрела на Киру.
Всё те же резкие черты лица, тонкий упрямый рот и совершенно не гармонирующие с напористым характером «коровьи» глаза с печальной поволокой.
«- Галка Бутырина», - узнала Кира женщину, но встрече не обрадовалась.
- Всё в порядке, поезжайте, пожалуйста, - обратилась она к водителю, и Арсен, ворча под нос, осторожно выехал на проезжую часть. Кира откинулась на спинку сиденья, выдержала паузу и довольно холодно спросила незваную гостью: - Что тебе надо? Только не говори, что ты искренне рада видеть меня живой и здоровой.
Галина Бутырина, и правда, искренне обрадовалась, когда из дверей дорогого бутика, мимо которого она проходила, неожиданно с кучей пакетов буквально вывалилась Кира Чичерина – в прошлом её главная соперница на соревнованиях по конкуру – и побежала к машине.
Галина раздумывала всего несколько секунд, прежде чем броситься вдогонку. Машина уже тронулась, когда она в отчаянном порыве схватилась за ручку и потянула её на себя.
Галина делала многое в своей жизни, что считала неправильным. Чувство неуверенности мешало ей стать лидером и толкало в средину, чтобы на этом фоне раствориться. Вот зазнайка Чичерина никогда не задумывалась, как выглядит со стороны – она просто жила: отдавала все силы на тренировках, стараясь быть первой, и, если не получалось, со слезами на глазах всё же поздравляла победительницу - за это Галина её ненавидела, считала лицемеркой и «везунчиком» - по мнению Галины, слишком легко той всё давалось. Ей же приходилось на тренировках сдерживать лошадь и свой азарт, а на соревнованиях выкладываться, «рвать жилы» и делать всё возможное (и, даже, невозможное), чтобы победить…
Устроившись на переднем сиденье, Галина вытащила из-под себя развалившийся журнал и, не поворачивая головы, попросила:
- Дай денег, Чичерина.
Тон её был далёк от просительного, но Кира дрогнула.
- Сколько? – тоскливо спросила она и крепко сжала кулаки, чтобы побороть всколыхнувшуюся обиду и сгоряча, не разобравшись, не отказать в просьбе.
- А сколько не жалко, я ведь отдавать не собираюсь, - нахально улыбнулась Галина и повернула голову. В её печальных коровьих глазах горело отчаяние. – Не жмись, Чичерина, муженёк и «не заметит потери бойца».
Ах, как жалко Кире было своих денег, ах как жалко! - но ничего объяснять она не стала, молча открыла сумочку, отсчитала из похудевшей пачки тысячу долларов и протянула их Галине.
Та изогнулась на сиденье, жадно схватила деньги и быстро пересчитала.
- Щедра, ты мать, - с долей ехидства прокомментировала Галина, пряча полученные деньги в объёмистую потрепанную сумку.
- Я тебе не мать, а ты мне не дочь. И давай на этом расстанемся.