"фантастика 2023-136". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Петр Борисович, вы еще ждете? — уточнил я у своего собеседника.
— Да-да, одеваюсь и собираю необходимые препараты, — ответил тот.
— Адрес запишите.
В динамике телефона послышалось шуршание, а потом Майнин сказал:
— Так, диктуйте.
— Артефакторный проезд, дом тридцать один, квартира одиннадцатая, — четко произнес я, а потом поспешил добавить: — Второй подъезд и второй этаж.
— Хорошо, за одним исключением, — хмыкнул профессор.
— Что не так?
— Станислав Викторович, вы забыли указать город, сами понимаете, что Артефакторных проездов великое множество, название распространенное!
— Простите, не подумал, — сокрушенно покачал головой, хотя Петр Борисович не может видеть это жеста, — в столице нахожусь.
— Ага! Тогда прибуду через пять-десять минут, в крайнем случае чуть задержусь. Нахожусь не так далеко и даже переход строить не придется, все окажется зависимо от такси.
— Ждем, — ответил я и разорвал связь.
***
Громов, когда вошел в кабинет декана, внимательно посмотрел на Гарцеву. Женщина выглядит измотанной и обессиленной, это после того, как пополнила свой резерв. Страж не раз видел таких людей, да и сам неоднократно вычерпывал свой источник. Последствия знает не понаслышке. Откат всегда проходит болезненно, но Елизавета Матвеевна старается держаться и не подавать вида.
— Смотрю ты славно поразвлеклась, — целуя ручку, заявил Роман Омарович.
— Не все же тебе одному в боевках участвовать, — сдержано ответила та.
— Решила вспомнить молодость, как мы с тобой из передряг выпутывались? — продолжил Громов, не выпуская ладонь женщины и проводя диагностику резерва.
Как он и предполагал, источник заполнен на восемьдесят процентов чистой энергией, бурлящей и не успокаивавшейся. Такое происходит при резком наполнении, словно пустую бочку заполнили одним залповым сбросом, вот волны и не могут улечься. Сравнение так себе, но страж привык его использовать.
— Стояла большей частью статистом, — отмахнулась декан и выставила блок на сканирование своего состояния.
— Я чем-нибудь мог помочь, — покачал головой Громов и выпустил ладонь женщины, которую та настойчиво, но безуспешно выдергивала.
— Дай денег на ремонт! — кивнула та в сторону стола, на котором лежат документы. — Смета уже подготовлена!
— Подай официальное прошение и я бумаги подпишу. Деньги же, сама знаешь, из казны выбить не так просто, побегаешь по чиновникам.
— Знаю, — поморщилась Гарцева. — Ладно, этим меня не испугаешь. Наоборот, уже в казначействе при моем появлении все пытаются спрятаться. За последних два года ни разу без денег не возвращалась из этого финансового учреждения!
— Бахвалишься? — хмыкнул страж. — Молодец, у меня так не получается, но вопросы решаю.
— Ром, сдаюсь! — усмехнулась Гарцева и даже подняла руки вверх. — Нет сил с тобой дискутировать. Ты же пришел не просто так. Говори, чего хочешь!
— Пригласить тебя на ужин, со всеми вытекающими обстоятельствами, — заявил страж, еще секунду назад не собираясь этого произносить.
Елизавета Матвеевна поправила прическу и тяжело вздохнула. С Громовым у них странные отношения, они могут себе позволить заснуть в одной постели, а потом неделями не напоминать о себе. Но сейчас что-то Гарцеву насторожило, как-то торжественно ее в ресторан Роман Омарович приглашает. Или он про домашний ужин намекнул? Нет-нет, она стража слишком хорошо знает. Готова поспорить, что заявился он по другой причине, но пока ее почему-то не озвучил.
— Молчание знак согласия? — поинтересовался страж, присев на край ее письменного стола.
Гарцева задумчиво посмотрела на Громова и пришла к выводу, что тот издевается! Знает же, что она злится, когда он нарушает этикет.
— Так ты пришел, чтобы меня соблазнить? — уточнила декан, обошла своего друга и уселась на свое место сразу став похожей на строгую учительницу.
Елизавета Матвеевна умеет мгновенно менять образы, студенты ее побаиваются, правда, далеко не все.
— Не только, — признал начальник отделения стражей за одаренными. — Что там насчет копья, которое неожиданно для всех собрал Жергов?
 
— Оно и в самом деле очень древнее и мощное. Использует стихию холода и воды. Энергию впитывает из окружающего пространства, по мере заполнения накопителя постепенно снижая интенсивность забора магии, — ответила Гарцева, внутренне приготовившись к неудобным вопросам.
— А я об этом почему только сейчас узнаю? — поморщился Громов. — О проведении исследований кому-нибудь сообщалось?
— Данные не полные, окончательного результата нет даже о мощности, — попыталась оправдаться декан. — И, нет, не беспокойся, никому ничего не предоставляли.
— Точно? Даже князю или его брату?
— Официально — нет, если только у генерала есть свой человек в группе, изучающей копье, — осторожно заметила декан.
Громов некоторое время молча смотрел в глаза Гарцевой. Та не отвела взгляд и ни один мускул на дрогнул на ее лице.
— Мощь удара определили? Хотя бы теоретическими выкладками? — уточнил Громов.
— А почему тебя так это копье заинтересовало? Стихия льда не пользуется популярностью, с ней не так-то просто работать, как, впрочем, и с огненной… — Гарцева осеклась, прикрыла глаза и молча хлопнула себя ладонью по лбу.
Страж с улыбкой наблюдает за женщиной, понимая, что та смогла только сейчас сопоставить происшествие на подземном уровне и копье.
— Мы сможем сделать реплики? — задал один из главных вопросов Роман Омарович. — Желательно рассчитать мощность для уничтожения големов врага и не перебарщивать с мощностью. Если же и компактный размер получится, то я выбью у князя отдельный бюджет для оборудования на лабораторию.
— Я тебя услышала, — открыла глаза декан и потянулась к стационарному телефону.
— Подожди! — остановил ее Громов, понимая, что если та погрузится в работу, то на личных планах можно сразу поставить крест. — Что насчет ужина?
— И кофе в постель, — хмыкнула Гарцева, а потом сняла трубку и нажала пару кнопок на корпусе телефона и сказала: — Бергерцева пригласите. Вахтанг Гурамович, простите, не узнала, сейчас к вам подойду, есть очень важное задание.
Громов мысленно ругнулся, отдых накрылся медным тазом. Хотя, если честно, то он на него и не рассчитывал, но попытаться стоило.
— Когда первые результаты предоставишь? — спросил страж.
— Роман Омарович, ты же не отстанешь, — хмыкнула Елизавета Матвеевна. — Как только — так сразу! К утру что-нибудь прояснится.
На этом они распрощались, Громов поспешил на базу, чтобы принять участие в совещании по выработке действий на случай атаки муравьев-големов. Елизавета Матвеевна опять проделала знакомый маршрут и оказалась на все том же подземном уровне, где недавно, стыдно признать, со стороны наблюдала, как питомец Жергова уничтожает голема врага, переданного ей на исследование.
Бергерцев обнаружился в своей лаборатории. В белоснежном халате, на котором несколько прожженных дыр, то ли от огня, то ли от реактивов, Вахтанг Гурамович что-то внимательно рассматривал под мощным микроскопом, постоянно делая пассы рукой. Гарцева остановилась на пороге, чтобы не мешать господину доценту, которому уже под пятьдесят, но защищаться он не собирается. Вообще-то, господин Бергерцев очень занимательная личность, отец у него грузин, мать русская, преподавала в «Артефакторике» курс выживания. Вахтанг высок, красив, нос тонкий и немного длинноват, с горбинкой, волосы черные с сединой. Одевается на работу как на праздник, а вот когда погружается в научную проблему становится совершенно другим человеком. Елизавета Матвеевна не раз себя спрашивала, каким он ей больше симпатичен? Весельчаком, душой компании и обольстителем или деловым, въедливым в проблему, целеустремленным и ничего вокруг не замечающим? Бергерцев может дневать и ночевать в лаборатории, когда проблема его зацепила за живое. Но как только с ней разберется, то выдыхает и отправляется развлекаться с какой-нибудь случайной знакомой. Нет, как ученый он ей больше симпатичен.