Танго с врагом
Любовь Чаро
Танго с врагом
Пролог
Я продиралась к своей комнате в женском общежитии Академии Темнейшего Черепа сквозь беснующийся снегопад. Снег был мерзкий и колючий, как бывает и в Москве в сильный мороз. Вот только в моём родном мире я не сталкивалась с тем, что при этом он ещё и метёт, как в последний месяц зимы. Если к сильному морозу добавить снегопад и ураган, то получится метель этого мира.
Все считали, что к созданию непогоды причастен преподаватель физической подготовки Улис Фальшиари. Он, будучи ледяным магом, мог расстроиться так, что по спинам пробегал холод, но не нервный, а самый что ни на есть натуральный. А повод для плохого настроения у него был. Да ещё какой…
Тем не менее, преподаватели сочли меня жертвой, а Улиса – злодеем. И, между прочим, зря. Потому что именно из-за меня в нашем общежитии сейчас царила лютая зима.
Именно я расстроила Ильмира Фальшиари, который приходился сыном этому самому преподавателю.
Ветер сменил направление и принёс с собой запах дыма. Теперь он подталкивал в спину, и я прибавила шагу. Хотя ноги в полуботинках по-прежнему утопали в снегу по колено, идти стало значительно легче.
Прокладывая тропинку сквозь снежные заносы, я бежала от чувства вины и сожалений. Увы, как бы не мчалась сквозь метель, скрыться от незваных переживаний-спутников не удавалось.
Ах, если бы я только знала о том, к каким последствиям приведёт моё решение помочь Камелии, являвшейся моей соседкой по комнате, отомстить неверному возлюбленному, то ни за что бы не стала вмешиваться в их отношения.
Когда мне оставалось догрести до двери всего пару шагов, ветер внезапно сменил направление.
Я склонилась пониже, чтобы дуло не так сильно в, должно быть, красную, как помидор, физиономию, и сделала последнее усилие, за что была вознаграждена блаженным теплом и тишиной, окутавшей меня, когда я захлопнула за собой тяжёлую дверь, отрезавшую меня от непогоды, вызванной переживаниями ледяного мага.
В комнату входила на цыпочках, чтобы не разбудить соседку.
– Милли, это ты? – раздался в темноте её сонный голос. – Как там у вас принято говорить? С лёгкой обжаркой?
Я хихикнула. Камелия Тихенсу была из этого мира и наши выражения узнавала от меня, но не всегда верно запоминала.
– С лёгким паром, – поправила я её, стягивая шапку и стуча ей об себя, стряхивая снег. – Извини, что разбудила. Спи дальше.
Тихенсу отвернулась к стенке.
– Милли, ну что ты. Ничего страшного, я легко засну снова.
В подтверждение своих слов, Камелия через пару минут засопела. Я к этому времени только успела раздеться и налить себе из магоподогревателя горячего какао, вернее, светло-зелёной жидкости, которая в этом мире мне его заменяла.
Ноги, уши и щёки до сих пор были холодными, а ведь я всего ничего прошла от бани до общаги. Ну и мороз, нужно где-то добыть тёплую одежду. Хотя, почему где-то? У меня тут есть подруга, Ася. Мы с ней дружили ещё в Москве, да и сейчас она меня частенько выручает. Поэтому, думаю, если попрошу её об одолжении, она не откажет.
Обхватив чашку руками, благо, хоть они в меховых варежках не замёрзли, я устроилась на подоконнике. Глядя на мечущиеся в беспорядке мелкие снежинки, я вспоминала, где впервые совершила ошибку, где и в какой момент времени ступила на неверную дорожку.
Глава 1
Ведро с тем, чем облегчаются лошадки, было тяжёлым, но обида придавала Камелии сил. Она кралась, прикрывшись пологом отвода глаз, к намеченной и ничего не подозревающей цели: вальяжно раскинувшемуся на стуле парню – ледяному магу Ильмиру Фальшиари. Его тонкие губы кривились в улыбке, выражая презрение ко всему миру в целом и к рассказывающей сплетни русоволосой красавице в частности. Выражение его надменного, словно высеченного из камня, лица выдавало избалованность и пресыщенность всеми благами этого мира. Похоже, что за столом академического общепита он оказался не для того, чтобы усладить своё чрево, а чтобы показать себя народу.
Камелия смотрела на золотисто-снежные, идеально собранные в аккуратный хвостик волосы, правильные черты лица, узкий нос, острые скулы и никак не могла определить, что же она сейчас хочет больше: плюнуть в него, показав как презирает, или всё же прибить от избытка обиды и ненависти. Как же его бесстыжей блондинистой морде подходит собственная фамилия – Фальшиари! Он оказался насквозь фальшивым, а она, наивная сельская некромантка, повелась на сладкий дурман, и пока её сверстницы влюблялись и радовались жизни, сходила с ума от любви вдали от возлюбленного. Четыре года её жизни были наполнены ожиданием встречи с ним. Четыре безвозвратно потерянных года.
Внезапно Ильмир насторожился, и первокурсница-некромантка ощутила, как заклинание невидимости развеевается под силой чужой магии. Медлить было нельзя. Она резко подалась вперёд, перегнулась через стол, и сняв заклинания удержания запаха и отвода глаз, опрокинула вонючее содержимое на подлую блондинистую макушку. Из-за брызнувшего во все стороны лошадиного навоза, она не сразу осознала, что произошло, а когда поняла, то чуть не заплакала от досады – в последний момент Ильмир успел выставить физический щит. Весь боезапас отрекошетил от его непроницаемых стенок так, что пострадала и сама Камелия, и пассия блондинистого, а он сам вышел сухим из воды. Ну, не совсем воды, но чистым.
– Да чтоб тебя! – в сердцах выругалась некромантка, с ужасом глядя, как Фальшиари, не сводя с неё злобного взгляда, медленно поднимается, обходит стол и идёт к ней.
– Дура, – зло выплюнул он.
Рука Камелии сама запустила ведро прямо в аристократическую физиономию. Она даже не успела понять, как умудрилась сплести усиливающее полёт заклинание. Не ожидавший такого, противник поймал жестянку руками, и потеряв равновесие, упал спиной на испачканный пол. Судя по всему, он не заметил, что нападавшая использовала магию. Вокруг парня закружился хоровод снежинок, а от его испачканной тушки во все стороны пополз холод, мгновенно замораживая всё, что разлилось из ведра. Ильмир попытался вскочить на ноги, но не смог, поскольку оказался крепко приморожен, и громко выругался:
– Вот же кольгада!
Развеивать собственную магию он отчего-то не торопился. Вместо этого закрыл глаза и, похоже, попытался изобразить расслабленную отрешённость от происходящего.
Камелия собралась дать дёру ровно в тот момент, когда в столовой прозвучал грозный окрик Рея Гралана, преподавателя по основам некромантии:
– Всем стоять! Адепт Фальшиари, адептка Тихенсу, что за хиро вы тут устроили?!
***
Глубокий вздох Камелии выдернул меня из воспоминаний. Соседка перевернулась на спину и снова сладко засопела.
Я хлебнула какао. Нет, не с того я начала, всё пошло наперекосяк ещё раньше. Смотря на не затихающую пургу, я мысленно перенеслась из студенческой столовой в храм Чёрного Дракона.
***
“Ну и где этого архимага черти носят?” – подумала я и прикусила себе язык, чтобы перестать образно выражаться даже в мыслях. У моих фразеологизмов в мире Манжунты с завидным постоянством появлялось буквальное воплощение, стоило мне произнести их вслух. Эта уникальная особенность, возможно, как-то связана с моим родным миром, а может, и локально, с городом, в котором я раньше жила – Москвой. До меня сюда из нашего мира попала всего одна девушка Ася – моя не самая близкая, но всё же хорошая подруга. В этом мире я всецело доверяла только ей и её мужу Рику, архимагу всего Адилийского королевства. Должна была ещё верить собственному жениху – принцу этого самого королевства, но слишком многое нас разделяло.
Вот и сейчас я стояла буквально по колено в снегу возле храма и с замиранием сердца вглядывалась в снежную пургу. Если раньше думала, что некоторые мои друзья чересчур загружены делами, то это я просто ещё не встретила наследника Адилийского королевства – принца Шрисогона ди Кариона Хеелбениса. О! Я долго тренировалось произносить его имя без запинки. Хорошо, что хоть в неофициальной обстановке мы могли называть друг друга сокращёнными именами. Я его Хеэлом, а он меня Милли. Моё полное имя не нравилось мне так же, как и ему его. Мама назвала меня в честь главной героини “Дикого Ангела” – Милагрос. Видимо, любила этот сериал. Точно утверждать не могу, потому что в пять лет она сдала меня в детский дом и больше никогда не навещала.