Танго с врагом

– Пошли вон!
Щит растворился в воздухе, и у меня дыхание перехватило от холода. Камелия вцепилась в мою руку и рванула прочь из этого морозильника. Снежно-льдистый пол характерно поскрипывал под нашими совершенно домашними туфельками. Выбежав в коридор, мы, не сговариваясь, закрыли дверь в столовую, отрезая путь морозу, а потом бросились в аудиторию, где занятие должно было быть в самом разгаре.
От быстрого бега я согрелась и затормозила перед входом в наш лекторий.
– Слушай, а что нужно тут говорить, когда опаздываешь?
Мой вопрос застал соседку врасплох.
– Ничего не скажем, пока не спросят.
Я возражать не стала и пошла следом за Камелией. Когда мы молча открыли дверь и пошли внутрь, на нас все отвлеклись. Пока мы шли к единственным свободным местам на первом ряду – пауза продолжалась, но как только мы сели, Рей Гралан заправил за ухо упавшую ему на глаза бронзовую прядь и продолжил рассказывать, никак не прокомментировав наше появление.
– Как я говорил ранее, – прохаживаясь вдоль доски, читал лекцию Гралан, –  нет никакой существенной разницы между некромантией, творимой женщиной, и некромантией, творимой мужчиной. Вы будете учиться бок о бок с представителями противоположного пола и наглядно в этом убедитесь.
Дверь распахнулась и впустила Ильмира. Он выглядел безупречно, никаких следов неконтролируемого буйства ледяной стихии. Преподаватель снова прервался. В полной тишине Ильмир уселся на единственное свободное место с краю рядом с Камелией, и сразу лекция продолжилась.
Я ожидала, что подруга стушуется и просидит всю пару, уткнувшись в конспект, но, как оказалось, недооценила её решимость. Девушка стреляла в соседа по парте глазками, как заправская кокетка. Ильмир делал вид, что безмерно увлечён лекцией. Он так явственно переигрывал, что я окончательно убедилась – ох, не устоит парень перед чарами красотки, ох, не устоит. Пропадёт! Так ему и надо! Потому что не фиг! Потому что все мужики – враги и козлы!
Первое занятие прошло прекрасно. Подкачало только его окончание, когда Рей Гралан объявляя о том, что лекция закончена, попросил опоздавших остаться.
Когда я, Камелия и Ильмир подошли к кафедре, то услышали, что мы трое получаем первое предупреждение. Если опоздаем второй раз, то получим отработку, после чего отпустил всех, кроме меня.
– Адептка Фиалкова, мне кажется, вы не совсем ясно понимаете, где оказались, – грозно начал отповедь Гралан. Я отметила, что обращение резало слух. Странно было слышать рядом иномирное слово адептка и мою земную фамилию Фиалкова.
– Отчего же. Понимаю, что теперь оказалась в АТЧ, – я не полезла за словом в карман, – и каждый, кто носит штаны, а не юбку, не упустит возможности насолить мне.
– Именно. И я прошу вас, держитесь подальше от адепта Ильмира Фальшиари.
“А это ещё почему” – мысленно возмутилась я, а Гралан поспешил объяснить:
– Понимаете, его отец, господин Улис Фальшиари, преподаёт в нашей академии. Есть лояльные к нововведениям некроманты, а есть и такие, как Улис. Он не смирился с тем, что некромантии учатся девушки. И ещё он особенно не доверяет иномирянам.
Преподаватель сверлил меня недовольным взглядом синих глаз – похоже, слишком явно на моём лице читался скепсис и желание попробовать, а что будет, если… Он начертил в воздухе руну открытия портала на небольшие расстояния. Его отличали компактные формы: “хвост” был всего на метр. А вот цвет меня удивил. Вместо привычного синего тут присутствовала целая радуга цветов. Она вращалась вокруг плоской зеркальной поверхности с завораживающей неспешностью.
– Адептка Фиалкова, позвольте вам кое-что показать, – Гралан протянул ко мне руку, предлагая вложить в неё свою. – Держитесь, я перенесу вас в преподавательские апартаменты Улиса.
“О! Интересненько, как живут местные преподы? Может, я тоже закончу академию и пойду в АТЧ работать”.
Я без колебаний вложила руку и почувствовала, как перемещаюсь.
Выйдя из портала, я оказалась в просторной спальне, одна из стен которой была украшена двумя портретами: моим и моей подруги Аси. Последний было сложно узнать из-за множества круглых отверстий, как от дротиков. У моего изображения тоже имелись такие пробития, только меньше.
 
– Перед сном господин Фальшиари тренируется тут меткости в бросании ледяных игл, – окончательно лишил меня сомнений в том, что меня тут не любят, Гралан.
Я хотела ответить, но внезапно была схвачена за талию преподавателем, который, словно я ничего не весила, перенёс меня к чистой стене, и зажав между ней и своим напряжённым телом, приказал:
– Улис только что вышел из телепорта в гостиной. Я прикрыл нас отводом глаз, но его хватит на двоих, только если мы будем стоять близко. Тихо.
Я замерла мышкой. Сердце колотилось в горле, мысли испуганно юркнули в такие укромные уголки, откуда их было не достать. Такое тесное соприкосновение с Реем выбило у меня почву из-под ног, и сейчас вместо того, чтобы бояться или думать, я плавилась от тепла сильного тела и трепетала от ярких ощущений. Нужно запретить прижимать девушек к стене, потому что это так прекрасно, так невообразимо хорошо и приятно, что я могла бы простоять тут целую вечность. Надо запомнить, и когда я увижусь с принцем, попробовать зажать его у стены.
От последней мысли стало тоскливо. Кому я вру? Хеэл больше месяца не вспоминает о моём существовании. Не будет больше никаких встреч с ним.
Я увидела, как папаша Фальшиари прошёл в спальню и вызвал кого-то по артефакту связи.
– Хмурого дня. Слушай, продажные девки совсем одолели Ильмира, – устало жаловался он невидимому собеседнику, – вот в моё время приличные леди даже говорить стеснялись в присутствии мужчин. Да-да, наш сын должен жениться  на Бесиль Тронье, – он помолчал некоторое время, слушая ответ и сказав: – Ну ничего, я решу вопрос, – отключил артефакт.
Улис развалился в кресле, изучая шикарную люстру. Он, похоже, уже представлял, как его сын ведёт какую-то там Бесиль под венец. Я радовалась, что смогу подготовить Камелию к появлению у нашей будущей жертвы невесты, но продумать, как преподнести новость, мешал отвлекающий фактор в виде Рея Гралана. Взгляд сам собой прилип к сильной шее и струящимся прямым волосам, отливающим бронзой. Гралан был большой и сильный. Страшно сильный, как какой-нибудь боксёр. Я таких тренированных раньше только по телевизору видела. И сейчас вот стояла, распластанная его жарким телом. Тут же прохладно, отчего тогда он такой горячий? И почему это тепло проникает внутрь меня, минуя все преграды из одежды, собирается внизу живота и с каждым ударом моего гулко бьющегося сердца разносится по телу? Вот так выглядит желание, особенно когда не хотела и не планировала, а оно раз, и я уже прямо хочу, хочу, хочу!.. И так приятно, что гадство, да и только!
Гралан прерывисто выдохнул. Хм, похоже, не одна я тут прибалдела от столь тесного контакта тел. Подняла глаза, чтобы подтвердить или опровергнуть догадку, и увидела, что Рей смотрит на меня диким, полным желания взглядом. Эм, я как бы и раньше возбуждённых мужиков видела, но такого голода в чёрных от расширенных зрачков глаз – ни разу. Преподаватель пугал сейчас так, что хотелось кинуться к Улису с криками: “Спасите от маньяка!” Почему-то отец Ильмира сейчас казался намного безобиднее, чем тот, кто прятал меня от него.
– Не бойся, – прошептал мне препод-маньяк обалденно сексуальным низким бархатистым голосом, – сейчас открою обратный телепорт.
“Да я, как бы, и не Улиса боюсь”, – подумала я, но, естественно, не произнесла ни слова.
Мы беспрепятственно покинули апартаменты Улиса. Причём, портал у Рея был такой же радужный, как и в первый раз и растягивался под отводом глаз, пока мы входили в него. Рей пояснил, что кратковременно может это сделать с пологом невидимости. Затем мужчина извинился, сказал, что спешит и не сможет меня проводить. А я этому была только рада, потому что присутствие преподавателя по общей некромантии нервировало.