Как песок сквозь пальцы (СИ)

— Так это тебя налоги так возбудили? — Ясмин засмеялся. — Иди учиться на экономиста, на Сабахе экономист пока один — Алан. А у него порой мозги набекрень бывают, такого напридумывает, как фокусник из ничего, раз, и золото в сундуках!
— Помнишь, у него присказка была, когда он у тебя на коврике спал и работу искал: «Не тяжкий труд, а мыслей ход, определяют ваш доход!». А потом выкупил у соседей квартиру, жутко переплатив им.
— Угу, — Ясмин улыбнулся своим воспоминаниям, — он тогда сказал, что хорошие партнеры в преферанс ему дорого обошлись. Ты лучше скажи, где задержался? Я уже волноваться начал!
— Ко мне в парники Айюб прискакал на своем бешенном жеребце, чуть всю посадку не вытоптал своей зверюгой! — Сашши улыбнулся и покраснел. — Он хотел поговорить… о садах, оазисах, можно ли в оазисах посадить больше пальм, чтобы увеличить урожай, — Сашши смутился и закончил шепотом, — я не знаю, надо посмотреть на месте. Если посадить очень много, то оазис может и пересохнуть. Может, просто другие пальмы посадить, более урожайные? — Сашши совсем стушевался и замолк.
— Я тоже хочу посмотреть на оазисы! — Ясмин с надеждой посмотрел на Салаха. — Я, кроме этих стен, ничего не видел! Пожалуйста, покажи мне оазисы, — Салах улыбнулся и кивнул. — Только я в этих паланкинах ужасных не поеду! Скажу Алану, пусть из грузового багги сделает омеговозку! Не хочу сидеть, скрючившись! Пусть занавесит стенки, чем угодно непрозрачным, и будет хорошо! А внутри подушек накидаем, будет удобно. Этакий шатер на колесах!
— И меня возьмите! — Вилен вытянулся как суслик. — Я тоже хочу увидеть интересное! Ну, пожалуйста!
— Я поговорю с отцом, — Салах улыбался, глядя на Ясмина. — Узнаю, что он задумал, и что-нибудь придумаю, чтобы все сделать так, как хочешь ты, любовь моя!
Комментарий к Экономика это искусство или …
https://vk.com/photo265570678_375650276
https://vk.com/photo265570678_375650302
https://vk.com/photo265570678_375650308
https://vk.com/photo265570678_375650312
Сашши https://vk.com/photo265570678_375831659
========== То ли еще будет… ==========
В день приезда туристов город с утра стоял на ушах. Накануне его вымыли и вычистили так тщательно, будто это были не улицы, а комнаты в домах. Жители разоделись в праздничные одежды. У каждой лавки, переминаясь с ноги на ногу, стоял зазывала. Все, что успели подготовить, красиво разложили на столах перед лавками и, боясь лишний раз вздохнуть, уселись у входа в ожидании. Когда появился первый автобус, город словно очнулся и загалдел.
Лошадки из соломы, тряпичные куклы в красивых платьях, с глазами из бирюзы и губами из граната. Маленькие медные чайники, отделанные чеканкой, глиняная посуда расписанная замысловатыми узорами, ювелирные украшения и поделки из полудрагоценных камней в виде всевозможных бус, в которых камни перемежались серебряными перышками и ажурными вставками. Каждый ремесленник старался показать свои работы во всей красе.
Довольные туристы фотографировались на фоне городских стен, покупали поделки и хвастались друг перед другом тем, как дешево им все досталось. Местные с улыбкой слушали и кивали головой, соглашаясь. В этот раз отличились продавцы ковров. Старик, торговавший коврами, когда к нему пришел турист был готов назвать цену вдвое от привычной цены. Но турист внимательно посмотрел на пять ковров и спросил, сколько это будет стоить. Старик решил что разговор идет о всех пяти и назвал цену. Турист обрадовался и заплатил. Но как выяснилось, он хотел только один ковер, его-то он свернул и забрал! А старику стало плохо, он решил, что нарушил закон шариата и обворовал человека! Он бросился следом за покупателем, крича, что тот слишком много заплатил. Старик кричал на арабском и пытался вернуть покупателю деньги. Но владельцы соседних лавок, остановили незадачливого продавца и успокоили. Они извинились перед испуганным туристом, который решил, что обсчитал старика, и уверили его, что все в порядке! А потом долго втолковывали старику-соседу, что этот человек не мусульманин, а неверный, более того, он турист, а Аллах совсем не против того, чтобы брать с туристов больше денег.
 
Когда первый автобус уехал, жители заволновались, а не слишком ли дешево они торгуют? И постановили еще раз удвоить цены. Ну, ведь туристы не идиоты и может хоть сейчас начнут торговаться? А то никакого интереса от торговли нет! Но туристы так и не начали торговаться, они все также улыбались и платили, сколько называли торговцы. Они искренне верили, что такой качественный товар ручной работы не может стоить дешево! Торговцы сами были в шоке от своих цен, но если покупатель согласен платить, то разве можно ему в этом отказать?
Когда уехал последний автобус, жители расслабленно выдохнули. Их всех трясло от эмоций, начать хотя бы с того, что последним туристам просто не хватило товара, жители уже не знали, что снять с себя, чтобы продать и удовлетворить требовательных покупателей. Обменяв деньги у Алана, они испытали шок во второй раз, когда у каждого в руках оказалась просто фантастическая сумма!
Торговцы пересчитывали наличность и с тоской смотрели на голые стены своих лавок. Каждый из них понимал, что изготовить такое же количество товара за две недели просто невозможно. Они сегодня распродали те запасы, которые у них оставались с прошлого раза, а сейчас у них есть только деньги и даже не из чего сделать новый товар. Рассчитывать на караванщиков не приходилось. Мало того, что караванщики появлялись в городе не каждый день, так и не было уверенности, что они привезут именно то, что надо и в достаточном количестве. А где взять время, чтобы успеть все украсить?
Люди пришли со своими тревогами к Алану. Им нужен был совет, как поступить в подобной ситуации. Алан как раз приводил в чувство человека визиря, который в очередной раз впечатлившись полученной суммой, пытался потерять сознание. Алан опять выговаривал визирю, чтобы тот дал ему в помощь человека с более устойчивой психикой и крепкими нервами. Двое альф тащили тяжелый мешок золота в казну, а визирь, сверкая глазками, пообещал в следующий раз предоставить двух помощников, которые будут ему опорой в его тяжелых трудах!
Торговцы, нервно переминаясь с ноги на ногу, поведали о своих проблемах и спросили совета. Алан с улыбкой выслушал их жалостливую историю об успешной торговле и посоветовал съездить за товаром в соседний город, купить у тамошних ремесленников их товар и запасы, а у себя уже просто украсить, как это нравится туристам, и продать! Торговцы на мгновенье замерли, не ожидая подобного решения их проблемы, а потом заголосили с удвоенной силой. У них нет каравана! Как же они попадут в другой город? Ведь дорога туда занимает два дня, и надо нанимать охранников, чтобы те оберегали их от ночных разбойников!
Торговцы кричали друг на друга и на Алана, предложившего такое заманчивое решение. Их истерику прервал смех Алана, который пообещал свозить желающих завтра с утра. Он сказал, что транспорт будет дожидаться всех желающих у склада, отбывают сразу после утреннего намаза. Он пообещал, что привезет их туда и обратно за один день, но за извоз возьмет по серебряному динару с каждого человека. После этого Алан развернулся и ушел. Надо было подготовиться к завтрашней поездке. А торговцы остались стоять, открывая и закрывая рты, как рыбы выброшенные на берег. Серебряный динар! Да раньше надо было отработать неделю, чтобы получить столько денег! Но в то же время, как быть дальше? Ждать караванщиков? Или рискнуть? Съездить в другой город за столь необходимым товаром? Разве можно успеть за день съездить в другой город и вернуться обратно? И отдать серебряный динар за день дороги? Это слишком дорого!
Торговцы, бурча под нос и подсчитывая возможные прибыли или убытки, отправились по домам, а Алан отправился на склад. Надо было подготовить багги к перевозке пассажиров. Он велел работникам прикрутить все имеющиеся сидения в багги. Он посмеивался над нерешительностью своих будущих пассажиров, но был твердо уверен, что торговцы рискнут. И поэтому, подумав, велел готовить и второе багги к дороге. Кроме этого, он сказал присоединить прицепы и принялся думать, чем бы их заполнить. Не везти же пустой прицеп туда? На обратном-то пути его заполнят торговцы своим товаром, Алан был в этом уверен, как в восходе солнца.