Рикэм-бо «Стерегущий берег» (СИ)

Игорь кивнул, но без полной уверенности в душе. Это не укрылось от зорких глаз полицейского, и он предложил не спешить с ответом, попытаться вспомнить, с кем Исмаилов встречался и разговаривал в злополучный вечер и той ночью.
— И вот еще что, Грегори. Можно я буду называть вас так?
— Пожалуйста.
Гуллер отложил в сторону записи, которые вел все время.
— Так вот, Грегори, конечно, это ни в чём тебя не уличает, во всяком случае пока. Тем не менее, впоследствии этот момент может ещё всплыть… Одним словом, нам стало известно, что тебе был рекомендован курс психоанализа.
— Ну и что? Тысячи людей однажды в своей жизни сталкиваются с теми или иными проблемами и обращаются за помощью к психологу или психоаналитику.
Детектив с грустной ноткой в голосе заметил:
— Да, но лишь у одного из тысячи находят дома пару трупов со следами насильственной смерти.
Аргумент действительно выглядел убийственно. Не то, чтобы он сразил Исмаилова наповал, однако на душе сделалось мерзко как тогда в военном госпитале, когда врачи, выслушав его рассказ, признали его невменяемым.
«Скорее всего он уже раскопал жуткую историю с несчастным Руби и пытается решить, не новый ли это вид психической эпидемии, передающийся среди интеллектуалов одного круга, — кисло размышлял Игорь. — Глядит на меня по-доброму, а про себя, наверное, рассуждает так: «У этих чокнутых настроение меняется чаще, чем я передачу в машине переключаю. Сейчас он весь из себя такой цивилизованный, а что на него внезапно нашло в день убийства, это вопрос».
Сыщик предложил ещё кофе и настоятельно посоветовал:
— Я бы на твоём месте, Грегори, всё-таки занялся поисками хорошего адвоката. Это я говорю тебе не как полицейский, ибо появление на твоей стороне опытного крючкотвора-законника лишь осложнит мне работу. Но чисто по человечески мне хочется тебе помочь.
— Хорошо, я подумаю.
— И ещё, я попросил бы тебя: какое-то время воздержись от контактов со своей подругой. Это в первую очередь в твоих же интересах, тогда у следствия, а впоследствии и у суда не возникнет ненужных подозрений, что между вами имел место сговор. Миссис Кологан я уже попросил об этом, и она согласилась.
Не дожидаясь ответа, Гуллер едва заметно кивнул головой и приветливо слегка дотронулся до его плеча.
— Вот и хорошо. А теперь тебе необходима передышка. Я сам позвоню, если появятся какие-нибудь новости или вопросы. Если надумаешь, куда-то уехать, поставь меня в известность по телефону.
Пожимая руку пожилому полицейскому, Игорь отметил, что рука у него ещё крепкая, хотя при этом ладонь мягкая и тёплая.
На прощание Гуллер доверительно сказал:
— Кстати, твоя подруга очень привлекательная женщина.
Исмаилов рассеянно кивнул, задерживаясь у двери. Уйти, не дослушав, было бы невежливо.
— Этот мир всегда был невеселым местом, Грегори, — задумчиво продолжал сыщик. — Женщины делают его немножечко приятней, верно? Да, они обожают бижутерию, модные тряпки и прочую чепуху. Периодически взрывают нам мозг и доводят до экземы своим зудением. Порой мы даже начинаем с ностальгией вспоминать холостяцкие времена. Только без хорошей женщины рядом мужику запросто крышняк может снести. Уж не прими это на свой счёт. И я бы на твоём месте в будущем, когда всё выяснится, сделал этой Кологан предложение.
  
Глава 35 
 
Дома у него всё ещё работала полиция, и Исмаилов временно снял жильё в другой части города. Решение оказалось удачным. Во-первых, здесь его никто не знал и не разглядывал украдкой с опасливым любопытством, да и привлечённые запахом крови газетчики его потеряли. А, во-вторых, просто полезно было сменить обстановку.
Теперь вместо работы каждое утро он отправлялся выгуливать Сократа. Проходя мимо газетного киоска, Исмаилов обратил внимание на свежий номер журнала «Лайф». С его обложки смотрело искажённое ужасом лицо человека, барахтающегося в волнах на фоне перекушенного пополам пассажирского парохода. Иллюстрация цепляла взгляд. Впрочем, и статья оказалась на уровне. Её автором был профессор калифорнийского Института океанографии Уолтера Хиггинса.
 
«Лайф» позиционировал себя не только как развлекательное, но и как образовательное издание. Дорожа высокой репутацией, журнал предоставлял свои страницы лишь признанным экспертам и корифеям, на которых обязательно давалось небольшое досье на полях. Данный материал тоже сопровождался справкой на её автора, согласно которой Хиггинс считался одним из крупнейших в мире специалистом по акулам. В годы войны он возглавлял специальное научно-исследовательское управление ВМС США в Сан-Диего. Год назад опубликовал книгу «Человек и акула», которая мгновенно стала национальным бестселлером. Первый тираж был раскуплен менее чем за месяц, и недавно издательство переиздало заинтересовавший многих труд. Его публичные лекции собирали полные залы, и билеты на них стоили столько же, сколько на выступления «звёзд» эстрады.
При этом Хиггинс был увенчан множеством научных наград и являлся почётным профессором крупнейших университетов, возглавлял или являлся вице-президентом нескольких международных научных обществ.
Тем не менее, в научной среде отношение к нему было неоднозначным. Конечно, чувствовалась зависть и ревность к чужому успеху. Хиггинса обвиняли в чрезмерном популяризаторстве академической науки; и в том, что из серьёзного исследователя он превратился в суперзвезду и легко делает спекулятивные заявления ради достижения ещё большей славы и роста своих гонораров.
В комментарии к статье «Лайф» приводил одну из цитат Хиггинса: «Флоту нашей страны давно пора обратить внимание на акул. Они являются наиболее совершенными обитателями океана, за 400 миллионов лет эволюции эти животные выработали оптимальный алгоритм обнаружения жертвы, преследования её и убийства. Человеческий разум ещё не скоро создаст нечто равное. А пока мы можем взять идеальное оружие прямо из арсеналов природы».
Но никто и никогда ещё не обучал морских животных выполнению команд в открытом море! Тем более, что речь шла не о дельфинах или морских львах, а о смертельно опасном для человека виде. Поэтому многие коллеги-учёные сочли идею бредовой. Но, похоже, самого «акульего профессора» голоса завистников и неудачников волновали мало.
В новой статье Хиггинс шёл ещё дальше. По его мнению, все таинственные происшествия у западного побережья США последнего времени могут быть связаны с появлением в этом районе ещё не зафиксированного наукой доисторического существа. И тут со стороны автора следовал довольно эффектный ход. Хиггинс не стал бы собой, если бы и на этот раз не прибегнул к понятной массовому читателю аллегории:
«Представьте: цирковая арена, в свете прожекторов маршируют мускулистые гиганты, у каждого через плечо лента с множеством медалей. По ходу силачи играючи завязывают узлом кочерги, гнут подковы, рвут толстые цепи. Это самые титулованные борцы мира. Раз в год они собираются здесь, чтобы без всяких цирковых фокусов и подстав выяснить, кто же является самым сильнейшим — «по гамбургскому счёту». Внезапно свет гаснет. Вначале все думают, что это часть шоу, но в наступившей темноте слышен треск ломаемых костей, вопли, стоны и хрипы покалеченных и умирающих. До публики, наконец, доходит, что на арене происходит что-то из ряда вон выходящее. Похоже, там появился некий монстр, который решил показать, кто тут хозяин. Как он пробрался в цирк — никто не знает, но злобный гигант в считанные минуты наводит ужас на всех».
Чтобы не выглядеть фантастом, Хиггинс ссылался на имеющиеся у него объективные данные:
«Специалисты моей лаборатории, которые изучают записи сигналов с высокочувствительных гидрофонов, не раз выделяли на фоне шума, представляющего собой «позывные» различных морских обитателей, некий гораздо более мощный звук, явно издаваемый каким-то существом, живущим в океане. Это началось примерно два-три месяца назад. И насколько мне известно, у военных тоже есть схожие данные, но они по понятным причинам не торопятся ими делиться».