Пленница. Родишь мне ребёнка (СИ)

Задняя дверь была раскрыта, но он предпочёл ту, возле которой всё ещё стояла я. Подошёл и коснулся моей шеи, потом обхватил ладонью затылок и сжал.
— Ты удовлетворила своё любопытство? – спросил, глядя в глаза.
— Это не любопытство.
— Да? А что же?
— Я просто хотела знать, роль кого играю.
— Разве это не любопытство?
Он снисходительно усмехнулся. Отпустил мои волосы, но не просто убрал руку – коснулся шеи, голой кожи, задержал взгляд на губах. Но ничего не сделал – обошёл меня и скрылся в холле.
На столе осталась пустая чашка, на губах – касание взгляда, а вокруг – недосказанность. Он хочет меня. Он хочет ребёнка взамен того, что должен был родиться. Чего он ещё хочет?!
***
Вымыв чашку, поставила её сушиться. Мысли о Захаре не оставляли ни на секунду. Почему он выбрал меня? Таких, как я, тысячи. Средний рост, тёмные волосы, серые глаза. Единственное, чем я отличаюсь – я – жена Юры, а Захар считает, что Юра должен ему.
Заметила движение возле двери заднего входа и, повернувшись, увидела садовника.
Он стоял в тени возле косяка. Понял, что я его заметила.
— Пора, — сказал он, пальцем показал в сторону сада, а сам тут же исчез.
Руки задрожали, и я выронила только что взятое блюдце обратно в раковину. Пора.
Мы снова шли через сад. Я обернулась и в последний раз посмотрела на виднеющийся между деревьев дом и вдруг засомневалась. Всего на секунду мне захотелось вернуться, и это напугало до ужаса.
Да ни за что я не останусь пленницей Захара!
— Поторопитесь, сеньора. Времени мало.
— Да, я… — качнула головой и пошла быстрее.
Старик прищурил тёмные глаза, но ничего не сказал.
Мы дошли до изгороди, и садовник подал мне руку.
— Как вас зовут? – спросила, спохватившись, что не знаю его имени.
— Это не важно. Давайте, сеньора, идите уже к мужу. И будьте счастливы.
— Спасибо, — дала ему ладонь, и он помог мне забраться на парапет. Раздвинул розы, и я оказалась по другую сторону. Адреналин зашкаливал, то, что я делала, самой казалось безумием.
— Вика, — позвал меня Юра.
Он стоял у стены в тени.
Я обернулась к зазору, снова посмотрела на мужа. И опять меня укололо сомнение. Всего на миг я подумала, что ещё могу вернуться. Смяла эту мысль и со всех ног бросилась к мужу.
— Как ты? – он взял меня за локоть. – Всё в порядке? Федерико нормально вывел тебя?
— Как видишь.
— Куда нам?
Он показал на лес и, схватив за руку, потащил меня вперёд.
Ветки хлестали по телу, тонкое платье не спасало. Брату в его горах подобного и не снилось. Запыхавшись, я притормозила и выдернула руку. Оглянулась назад, но вокруг был только лес.
— Что ещё у тебя отобрал Захар? – придерживаясь за занывший бок, спросила я.
Юра нахмурился.
— Он забрал у тебя меня, бизнес. Ещё что? Имя?
— Вик, сейчас не время.
— А когда будет время?
— Позже. Давай выберемся отсюда и поговорим.
Я злилась сильнее и сильнее, сама не знала почему. Муж подал мне раскрытую ладонь, но я проигнорировала её.
— Бизнес мне больше не нужен, — с досадой бросил он. – А имя… Какая разница? Главное, сесть в самолёт.
Он достал из кармана два паспорта. Открыл один и подал мне.
— Возьми сразу. Пусть будет у тебя. Открыв страничку с фото, я пробежалась по строчкам.
— Мария Ионова?
— Да.
Я посмотрела на разворот снова и убрала паспорт в кармашек на молнии. Юра дотронулся до моей спины. Прикосновение было неприятным, меня так и передёрнуло. Другие руки, другие пальцы. Как я могла перепутать Юру с Захаром в самый первый раз? Ответ появился ниоткуда: Юру я перепутала, а Захара с Юрой не перепутала бы никогда. Я бы его вообще ни с кем никогда не перепутала.
— Сюда, — показал Юра на просвет между деревьев.
— Куда мы полетим?
— Вначале в Венгрию, потом в Германию. Там пробудем сутки и на автобусе поедем либо во Францию, либо…
— Это всё из-за тебя. Из-за тебя я должна всё бросить и нестись куда-то! Почему?!
Глаза начало щипать. Истерика подобралась стремительно.
— Тише, пожалуйста. Я же просил – давай выберемся…
 
Я ударила его по руке, едва он хотел коснуться меня.
— Почему ты втянул меня в это?! Ты что, не понимал, кто такой Захар?!Ты… Ты его ребёнка убил, — процедила сквозь зубы со слезами. – Ты не просто сбил его жену. Она была беременна, да? Да?!
Он молчал. Сжал зубы с такой силой, что на скулах проступили желваки. У меня затрясся подбородок. Муж взгляда не отвёл. Крепко схватил меня за руку и поволок к спрятанной на тропинке машине. Открыл дверцу и впихнул внутрь, а сам сел за руль.
Невидящим взглядом я смотрела в лобовое стекло, на удаляющиеся стволы сосен. Юра сдал назад, машину тряхнуло на кочке.
— Была ночь. Почти три часа, — резко сказал он. – Она была вся в чёрном. Проклятье… Да она сама под колёса бросилась!
— Она была беременна, — повторила, как заклинание.
— Она была не в себе, — гаркнул он. – Чёрт подери, Вика, если кто и виноват в её смерти, так это сам Захар.
— Ты её сбил, — просипела я.
— Да! Да, будь она неладна! Но если твоя беременная жена выскакивает ночью на дорогу, то виноват в этом ты, а не тот, кто сидит за рулём!
Он с шумом втянул воздух носом. Я искоса посмотрела на него.
— Этот помешанный ублюдок всё свалил на меня. Но что произошло у них между собой, хрен знает. – Он жёстко усмехнулся. – Об этом знает только Захар. Но, видимо, ему удобнее всё забыть.
Пока я переваривала услышанное от Юры, мы выехали на асфальтированную дорогу. После заточения в доме Захара всё вокруг казалось странным. Как будто я пробыла за увенчанной бутонами роз изгородью не несколько дней, а десятилетие. Достала паспорт и ещё раз перечитала собственные имя и фамилию. Голова пухла, хотелось сжать виски и сильно зажмуриться, чтобы вернуть себя в нормальную жизнь, в день своего рождения.
Тихо и совсем невесело засмеялась.
— В чём дело? – спросил Юра, повернувшись.
— Да так… Смешно.
Смешно не было. Так и получилось: день рождения Маши Ионовой стал днём смерти меня.
— И как теперь мне к тебе обращаться? – спросила у мужа. – Паша? Саша? Может, Жорик? О, да, мне нравится Жорик.
— Вик, хватит…
— Нет, погоди. Жорик. Или лучше Геннадий. Смотри, как звучит. Гена. Генна-а-адий
— Истерики будешь устраивать потом. Сейчас нам нужно выбраться из страны. Ты понимаешь, что на карту поставлены наши жизни? Он что, блядь, тебя накачал чем-то?! Вика, ты меня слышишь? Что он тебе подсовывал?!
Муж тряс меня за колено, а я готова была одновременно рыдать и безумно смеяться.
— Он меня трахал! – закричала я. – Трахал, Юра! И ты знал, что так будет! Тебе нормально сейчас?! Твою жену трахал другой мужчина! Как шлюху, а ты… Это же ты ему позволил! Ты! И не надо мне говорить, что у тебя выбора не было! Да я в жизни не поверю, чтобы Захар отдал свою женщину кому-то! Да он бы… Он бы сдох и её убил, но не дал бы никому притронуться к ней!
— Мне нужно было дать ему тебя убить?!
— Я не знаю! Зачем ты меня спрашиваешь?!
— А кого я должен спрашивать?!
— Себя! Ты меня продал, — понизив голос до свистящего шёпота, прошипела я. – Ты меня предал. Я никогда тебя не прощу. Я тебя ненавижу. Ненавижу! – закричала снова.
Мы гнали всё быстрее, но заметила я это, только когда автомобиль выскочил на трассу. Мимо неслись попутные и встречные машины. Они превращались в цветные смазанные пятна, а я видела только суровое лицо мужчины, которого больше не хотела знать. Схватила паспорт и, глотая слёзы, стала перелистывать страницы. Да плевать, как меня зовут. И как зовут его тоже. Дошла до странички, на которой должен был стоять штамп о регистрации брака. Она оказалась пуста. Абсолютно пуста – ни буквы, ни штриха. Я снова засмеялась.
— Так лучше, — сказал Юра. – Чем меньше совпадений с прошлым, тем лучше.