Измена. Я тебя не отпущу (СИ)

Но почему, оттого что она здесь, сидит со мной под боком, испытываю удовлетворение. Могу её обнимать, касаться… Как же мне хочется поцеловать эту куколку, но если сейчас перегнуть, можно и выхватить.
У нас с ней большущие проблемы, потому что, кажется, я на неё запал.
Это означает, что я буду всюду совать свой нос, я её уже ревную и буду ревновать ещё больше к её недомужу, к тем хмырям на йоге. Так и пялились на её аппетитную задницу и грудь. Нацепила на себя этот костюм, успевай слюни подтирать. Да даже к хозяину этого ресторана, вижу я, как он глаз с неё не сводит. Вон на Тамрико пусть глазеет.
— Яся, так расскажешь, отчего припухла? — веду носом за ушком, у неё по шее россыпью несутся мурашки. Дышит через раз, бедолага, сейчас укушу засранку. Прижимаю её к своему боку.
— Ничего, просто утомилась и спать хочу, — ну хоть руку с плеча не сбрасывает, сидит, делает вид, что не замечает моих притязаний.
В очередной раз отмечаю, что все Ясины эмоции написаны, как правило, на её лице. Сейчас я вижу на нём смятение, она эмоционально подавлена. На меня не смотрит, загородилась вся бронёй блин, как броненосец. Жопой чую, что будет с ней писец как нелегко.
— Ну раз устала, давай домой тебя отвезу, — подаю знак официанту, прошу расчёт.
— Здорово, — буркает себе под нос.
Смотрю на неё, сидящую рядом со мной, на заднем сидении такси. Она смотрит строго перед собой, завёрнутая с головой в свой броненосный панцирь, что-то увлекательное видит на подголовнике водительского сидения не иначе.
Сцепляю зубы и гляжу на дорогу, пролетающие мимо здания, людей.
В голове возникает и долбит в одну точку мысль…
  
Глава 40
 
Глава 40
Бесцветная капля скатывается по стеклу, оставляя после себя дорожку, соединяется с другой каплей, после чего они устремляются вниз общей расплывающейся кляксой.
Провожаю их пристальным взглядом, сосредоточенно наблюдая за жизнью и кончиной капель в природе. Важнее занятия у меня в настоящий момент нет. Как будто по этому гаданию по каплям, я могу определить, когда этот дождь закончится. Пальцами трогаю свои губы, проваливаясь в воспоминания.
Я не знаю, как относится к вечеру, проведённому с Максимом. Я чувствую себя дурой набитой. Сидела, дулась как пятилетка какая-нибудь. Но в своё оправдание могу сказать, я оказалась не готова совершенно, к этой ситуации. По сути, человек встретил знакомую, которую в сто раз дольше знает, чем меня. Он не прятался с ней по углам, ничего предосудительного не совершал.
Мне, как пелена на глаза опустилась и мой мозг сделал неправильные выводы. Я понимаю, так нельзя поддаваться эмоциям. Будь то Макс или кто-то другой в будущем.
Я вижу и чувствую, как он трепетно ко мне относится, рядом с ним я чувствую тепло, защиту, его заинтересованность. Я чувствую себя женщиной. Меня до дрожи прошибают его прикосновения. Меня тянет к нему как к магниту. И когда притянет, боюсь, оторваться будет нереально.
Я так хочу, чтобы он меня обнял и поцеловал…Я так этого хочу. Я хочу прижаться к его сильной груди всем телом. Хочу поцеловать его, потереться лицом о ткань его рубашки, но я чувствую себя не очень уверенно рядом с ним. И не знаю, что могу себе позволить. Я не привыкла ещё к нему.
Он привёз на такси меня домой, проводил до двери, целомудренно поцеловал в губы. Развернулся и ушёл! Ушёл! Как же так?
Я почувствовала себя осиротевшей, лишённой чего-то важного и нужного в данную минуту, здесь и сейчас. Прижав руки к груди, удерживаю своё бедное сердце, трепещущее в груди, как птица в клетке.
Я так и стояла, прижавшись к входной двери, молясь всем богам сразу, не зная молитв. Я хочу жить, любить, доверять, быть сильной, счастливой. Разве я много хочу? Неужели я проживу жизнь и со мной этого не произойдёт?
Стук в дверь вырвал меня из моих мыслей. Я огляделась, пытаясь сообразить, кто это может быть. Сумочка валялась у моих ног. Я подняла её, дрожащими пальцами дёргая замок, пытаясь открыть и достать телефон. Вспыхивает экран, пропущенных нет, сообщений тоже. Никто меня не потерял…
 
Отщёлкиваю замок, распахиваю дверь. На пороге он…
До этой секунды я не понимала, как важно для меня, его увидеть. Он мне никто и я для него тоже. Но почему тогда вся моя сущность тянется к нему с бешеной силой? Я не могу противиться этому очевидному факту.
Делаем синхронно шаг навстречу друг к другу.
Всхлипнув, утыкаясь носом в его рубашку, дышу, просто дышу. Он дышит мне в висок, наклонив голову и прижавшись ко мне щекой. Закрываю глаза, тихо поскуливая. Его запах заполняет мои ноздри. Трусь щекой о его грудь, чувствую его крепкие мышцы и мощный, ритмичный стук сердца. Я бессознательно подстраиваю своё дыхание под его удары, и в настоящий момент мы существуем в унисон.
Большим пальцем Макс гладит мою ладонь, которую прижимает к своей груди. Дышим только мы во целой вселенной. Я и Макс. Дышим и стоим прижатые телами друг к другу, не в состоянии разделиться.
Макс губами сцеловывает мокрые дорожки на моих щеках. Когда его губы добираются до моих, они влажные и солёные от моих слёз. Которые незаметно катятся по щекам. У нас дыхание одно на двоих, своим поцелуем он вдыхает в меня живительную силу. Я наполняюсь энергией до краёв и дарю ему в ответ свою.
По мне прокатывается волна возбуждённости. От самой макушки до кончиков пальцев.
Если бы он не пришёл… я не знаю… нашла бы я его?
  
Глава 41
 
Глава 41
Из динамиков льётся, как нельзя подходящая моему настроению задиристая песня. Всех слов я не знаю, но которые помню, с удовольствием подпеваю за солистом. Макс сидит за рулём арендованного открытого джипа на толстенных колёсах, Марик умостился спереди на пассажирском сидении. А я, усевшись позади, подпрыгивая на ухабах, всю дорогу ловлю на себе смеющийся взгляд Макса. Вот такой лихой компанией мы путешествуем по окрестности.
В этот раз Макс решил свозить нас в горы. Я с удовольствием соглашаюсь, за Марика и говорить не нужно, он за любой кипишь. Ходит за Максом как приклеенный, он оказывается, даёт ему уже какие-то задания и он на полном серьёзе работает.
Сколько здесь нахожусь, к своему стыду, практически нигде не была. Весь сезон одно и то же — уборка, стирка, встретить отдыхающих, заселить, рассчитать, проводить. И так весь сезон. Марик вечно у моих родителей тусит, мы с ним практически и не видимся. Зато сейчас общаемся, наговориться не можем. Я в диком восторге от этих перемен.
У меня пляж под окнами, за всё время раз пять выходила позагорать, а то и того меньше. Поэтому когда выдаётся возможность, мы куда-нибудь едем или идём с Мариком. Когда у Макса есть свободное время, то с ним.
Макс как ходячая энциклопедия, столько всего нам рассказывает увлекательного, мы с Мариком заслушиваемся. Я Максу даже предложила экскурсоводом подрабатывать, если надоест заниматься своей работой. Отчего они с моим сыном переглянулись и дружно заржали.
Едем по серпантину, я строго смотрю вперёд, чтобы мой мозг не закружился и меня не стошнило. Двум моим попутчикам, сидящим впереди, завернутая как пружина дорога, по барабану. Они о чём-то увлечённо разговаривают. Я сижу с серьёзным лицом, притихла, что-то мне невесело. Макс бросает на меня взгляд через зеркало, брови хмурятся.
— Ясь, тебе нехорошо? — Марик тоже обращает на меня внимания, выглядывает между сидениями.
— Мамачиз, воды дать? — протягивает бутылочку с водой
— Пока терпимо, что-то пригрузила меня высота и дорога, — прикладываю прохладную бутылочку к лицу и шее. Делаю пару глотков, уши откладывает и становится легче. Макс шарит рукой в бардачке и достаёт жестяную баночку с леденцами. Протягивает мне, при этом следя за дорогой.
— Леденцы, купил на всякий случай на заправке, рассасывай, будет легче.
— Спасибо, — закидываю в рот сразу пару леденцов. Марик тянется за коробочкой.
— Ма, мне тоже нужно лекарство, поделись, — протягивает руку, отсыпаю ему леденцов. Куда ж его денешь.