Кислотой под кожу (СИ)
- Не двигайся, - говорит мужчина.
Он уходит, а я стою, вцепившись в подоконник. Внутри все дрожит от предвкушения, а между ног пульсирует от желания. Хочется свести их вместе, чтобы хоть чуточку унять пульсацию. Но если сведу ноги, нарушу приказ. Поэтому терплю.
Кажется, проходит вечность, прежде чем я слышу, как он возвращается. Именно слышу, потому что глаз не открываю.
- Хорошая Пчёлка, - он отодвигает ткань трусиков и растирает влагу по складочкам. Не выдерживаю, новый стон срывается с губ.
- Пожалуйста... - шепчу, не узнавая свой голос.
- Голодная Пчёлка, - усмехается Лимон и входит в меня.
Медленно, словно издевается. Спешу ему навстречу, сама насаживаюсь на него, за что получаю шлепок.
- Нет, Пчёлка, мой член - мои правила. И я замираю. Боюсь, что он остановится, что оставит меня с этим желанием.
- Умница, - хвалит Лимон, поняв, что я готова играть по его правилам.
Улыбка растягивает мои губы. Его похвала, его руки, что сжимают мои бедра, его движения во мне – всё это словно оживший сон. И я отпускаю себя, все страхи и комплексы, все мысли... Остаётся только он... Во мне. И волна удовольствия, что поднимает меня всё выше... Хочется прикоснуться к нему, прижаться всем телом, чувствовать каждый миллиметр. Но при первой же попытке отпустить подоконник, слышу строгое:
- Руки... - и снова цепляюсь в деревянную поверхность.
Я жажду большего. Его прикосновений, его губ на своем теле, но забываю обо всем, когда одна из его рук перемещается на клитор, а толчки становятся сильнее.
- Давай, Пчёлка, - слышу словно издалека.
Пружина внутри скручена до предела и вот-вот не выдержит. Задыхаюсь, скулю, взрываюсь. Ещё несколько сильных толчков и Лимон с глухим рыком тоже кончает. Упирается лбом мне в спину, старается выровнять дыхание. Как меня ещё держат ноги, не понимаю. Пальцы так сжимают подоконник, что кажется, я его уже никогда не отпущу. В голове пустота, в теле невероятная лёгкость, и все, чего хочется сейчас – это заснуть рядом с Лимоном.
Но уже через минуту меня возвращают на землю.
- Кофе, Пчёлка, я все ещё жду свой кофе.
Он уходит, и я слышу, как начинает шуметь вода в ванной. Ещё несколько глубоких вдохов, и я не без труда разжимаю пальцы. Несколько раз сжимаю и разжимаю кулаки, чувствую, как начинает покалывать кожу от прилива крови. А ещё, как бежит слеза по щеке.
- А чего ты хотела, глупая Пчёлка? - с грустной усмешкой спросила себя. - Ты получила, что хотела, а большего и быть не может.
Варю кофе и покидаю кухню. Не могу оставаться рядом с ним.
26 глава Лимон
Лимон
Сейчас не девяностые, и даже у нас большая часть дохода легальная, а это значит, что и дела вести нужно по всем правилам. Поэтому иногда мне приходится одевать костюм и исполнять роль юриста. Кем я в принципе и являюсь. Вот и сегодня я вернулся после деловой встречи при параде, как говорится. Пчёлку застал на кухне и попросил кофе.
Не нужно быть пророком, чтобы увидеть и понять ее реакцию. Желание. Оно было в каждом взгляде, нервном жесте, в смущении, в неровном дыхании. Сам завелся от такой картинки. Не позволил сбежать. И девочку удовлетворил, и сам напряжение сбросил. Последнее время замотался, даже в клуб некогда зайти было. Ну и ноябрь... Время, когда я чаще бываю у Змея, чем с женщиной. Так что Пчёлка очень кстати оказалась рядом. Главное, чтобы ничего не надумала.
Напоминаю ей про кофе и иду в душ. Там под горячими струями воды стараюсь привести мысли в порядок. Надо признать, девочка меня заводит. И что интересно, мне уже сейчас хочется повторить, но уже медленнее, растянуть удовольствие, и мое, и ее... Умыл лицо, словно это может стереть картинки привязанной к кровати Пчёлки.
Не могу так. Не могу предложить ей ничего, кроме секса. А она зависима... Привяжется, нужно будет брать ответственность. На контракт она не пойдет. Ей нужны отношения, в этом я почему-то уверен. Она из тех, кто верит в единорогов, несмотря ни на что. Так что, нет... Ещё немного подержу и там отпущу... Помог и хватит.
На кухне застаю только чашку кофе, самой девушки уже нет. Ну и хорошо, что бы я ей сказал? Снова о том, чтобы не строила иллюзий? Прикуриваю и делаю глубокую затяжку. Что-то происходит внутри меня. Что-то, чему я никак не могу найти объяснение, потому что не понимаю. Ладно, это просто тяжёлый месяц.
Утром не встаю, пока не слышу, как Пчёлка уходит на работу. Да и потом ещё долго валяюсь в постели. Пока меня не заставляет встать звонок в дверь.
- Здарова, - в квартиру заходит Бык.
Весь его внешний вид оправдывает это прозвище. Бык - что-то типо моей охраны. Если я иду на разборки, он тот, кто прикрывает спину. И, наверное, единственный человек, которого я могу назвать другом.
- Привет, ты какого приперся?
- Вот ты сука, так друзей встречаешь?
- Нехер припираться без приглашения.
Милое общение между нами – это норма. Но этому человеку я доверяю свою жизнь, а это много значит, и он это знает, поэтому не обижается. А ещё он один из немногих, кто знает, а главное – называет меня по имени.
- Пожрать есть?
- А тебя твоя... Как там её? Не накормила? - девушек он меняет часто и каждый раз у него все серьёзно.
- Нинок, - подсказывает Бык. - Она меня бросила.
- И с чего вдруг? - усмехаюсь.
- Че ты ржешь? У меня горе, а ты...
- Горе - это когда пожрать нечего? - снова подначиваю. Но при этом уже достаю еду из холодильника.
Он у меня никогда не пустовал, но с появлением Пчёлки там не просто набор продуктов, там готовая еда, и что самое главное – очень вкусная. Раскладываю по тарелкам и разогреваю.
- Так это правда, - не спрашивает, скорее, просто подмечает.
- Что?
- Кривой и Айс говорили, что у тебя девочка живёт и готовит а***тельно.
- Я этого не скрывал.
- А меня ни разу не позвал...
- У тебя Нинок, - напомнил я приятелю.
Бык любил поесть и девчонок выбирал пухленьких, потому что был уверен, если она пухленькая, то значит, любит поесть, а раз любит поесть, то и готовить любит. Но как оказалось, поесть они любят, но вот готовить – далеко не всегда.
- Все, я опять в поисках, - ответил Бык, уплетая котлету. - Это просто божественно. Она пухленькая? - я ржу.
- Рус, ты не охренел? - спрашиваю приятеля.
- А что? У вас серьезно?
Иногда просто поражаюсь, как в этом громиле вмещается жестокость, с которой он бьёт морды, и наивность, с которой он относится к женщинам и вообще к жизни.
- Нет. Но она худая, все ребра можно пересчитать.
- Пересчитал, значит, уже, - лыбится он. - Похрен, если она так готовит, я могу и откормить.
Промолчал, потому что те слова, что рвались с языка, были совсем не к месту. Потому что послать друга из-за девчонки... Тем более из-за той, кто для тебя никто...
- Бля, как же вкусно.
- Ты ещё тарелку вылижи, - усмехнулся я, но без былого энтузиазма.
Мой телефон ожил. Глянул на номер. Клиент.
- Слушаю, - принимаю вызов.
- Здравствуйте, Лимон. Это Александр Петровский.
- Слушаю вас, Александр.
- Вы говорили звонить, если что, - мужчина на том конце провода явно волновался. - Ко мне приходили люди. Не ваши, - быстро добавил он. - Я сказал, что под вашей защитой. Но они сказали, что вы уже никто и теперь я буду под ними.
- Когда придут?
- Сказали, завтра к трем.
- Вы правильно сделали, что позвонили. Я приеду завтра.
Отключаю звонок и набираю Змея. Описываю ситуацию. Получаю добро и полный карт-бланш.
- Затишье закончилось, - лыбится Бык.
- Не терпится почесать кулаки?
- Я всегда за, ты же знаешь.
- Знаю, собирай людей. Человек десять. Быть готовыми завтра к двенадцати. Полная боевая. Хрен знает, с чем столкнемся.
- Понял, не дурак, - Рус вытирает рот салфеткой. - Девочке своей скажи «спасибо».