Наследница долины Рейн (СИ)
— А ночью будем жечь костёр и рассказывать страшные истории? — тут же поинтересовался Дарен, давно ожидающий нас у двери.
— Обязательно, какие приключения без страшных историй, — пообещал Кип, забирая приготовленную Хлоей корзинку.
И вскоре, помахав из окна кареты Лудо и Барни, мы покатились по мостовой. С нами отправились в это маленькое праздничное путешествие Аманда, Глен и, конечно же, Роско, который единолично занял больше половины сиденья. И согнать его оказалось не так-то просто, пришлось сманить вкусным кусочком буженины.
— А там будет лес? А на лошади покатаемся? А стрелять меня научишь? — засыпал вопросами Дарен, который впервые за все свои шесть с половиной лет не будет ночевать в поместье.
Кип терпеливо отвечал ребёнку, Глен что-то дополнял. Из их рассказов я поняла, что мы едем в какую-то деревушку, где на её окраине, у самого леса возле излучины реки стоял небольшой домик. Там всего две комнаты, одна была кухней, а вот вторая была жилой, и спать нам там придётся всем вместе. Меня и Аманду это не напугало, но и не воодушевило, а вот ребёнок пришёл в полный восторг.
Дорога до места прошла незаметно. Возбуждённый переменами ребёнок без умолку болтал, Роско норовил выбраться из кареты, бодая её дверь. Глен воспитывал одновременно щенка и своего подопечного. Я пыталась отвлечь сына, но сегодня для него героем дня стал Кип, вот он и отдувался больше всех.
Украдкой бросив взгляд на Аманду, я с трудом скрыла расползающуюся улыбку, заметив, с каким мечтательным взором она смотрела на смеющихся Кипа и Дарена. Глен тоже, судя по всему, заметил перемены в паре, лукаво мне улыбнувшись.
— В доме тепло и чисто, — командовал Кип, выгружая наш табор у ворот небольшого, но будто сошедшего с детской иллюстрации домика, — Дарен, бери мешок! Глен, корзину и бутыль! Дамы, проходите, не путайтесь под ногами!
— Раскомандовался, — одновременно проговорили я и Аманда и, прыснув от такой слаженной синхронности, направились к домику, чтобы и правда не мешать мужчинам заниматься делом.
Дом был действительно небольшим. Кухня двенадцать квадратов с огромной печкой у стены, широким столом, лавками, приземистым буфетом и домоткаными полосатыми дорожками, которыми был устлан весь пол.
Вторая комната была ненамного больше. Там, кроме двух узких кроватей, шкафа и сундука, ничего не было, а окно было плотно закрыто ставнями, которые вскоре распахнул Дарен. Его личико при этом было таким серьёзным, а вид таким важным, что мы с Амандой невольно улыбнулись.
— Обед будет через час! — объявил Кип, ворвавшийся в дом. Следом за ним прошли: Роско — налегке; Глен тащил корзину полную снеди; Дарен, преисполненный ответственностью порученного задания, нёс мешок.
— Вам помочь?
— Нет, — отказался мужчина, вручив мне увесистую сумку, — здесь одежда, вы можете сменить ваши платья на удобные штаны и погулять по лесу. Или поставить уды на реке с дедом Натаном.
— Хм… — снова слаженно пробормотали с Амандой и рванули в комнату, на ходу прокричав, — сначала лес, потом уды!
Сегодня погода нам благоволила. Голубое безоблачное небо, высокое яркое солнце, бескрайний простор леса манили нас своей первозданной красотой. Неподвижный воздух был густо насыщен запахами: прелой травы, терпкой хвои, дождя и грибов.
Гуляя между высоких вековых деревьев, среди пышных зарослей кустарников, я и Аманда незаметно разошлись в разные стороны. Нам обеим нужно было побыть наедине с природой и хорошенько подумать. Но сегодня в моей голове звенело от пустоты, и ни одна мысль не задерживалась больше секунды. Лес очищал… угрюмый, шумный, он дарил умиротворение и возвращал утраченные в беготне силы.
Поддавшись лёгкости и простоте, гуляя среди оголённых берёз и бородатых елей, я не заметила, как добралась до болота и, вздрогнув от неожиданно звонкого клича кукушки, торопливо повернула назад. Отчего-то неясная тревога тяжёлой ношей сдавила грудь, не позволяя свободно вдохнуть, а безотчётный страх сжал моё сердце в предчувствии неминуемости…
С притихшей и задумчивой Амандой мы встретились у кромки леса. Неловко улыбнувшись друг другу, будто у каждой здесь было тайное свидание, мы, перебравшись через небольшой овражек, направились к домику. И вскоре спешили к пылающему костру, откуда доносился соблазнительный аромат жареного мяса.
— Мама, этот я сам приготовил! — воскликнул сын, с горделивой улыбкой подав мне внушительного размера кусок мяса, — Кип научил.
— Вкусно… очень, — пробормотала сразу как проглотила первый кусочке, только сейчас осознав, как я проголодалась, — теперь я отказываюсь есть другое мясо, Дарен, оно изумительное.
— Держите, — Кип подал нам по бокалу, себе забрал большую кружку и, разместившись на притащенном откуда-то бревне, вонзился зубами в свой стейк.
— Очень вкусно, — проговорила Аманда, смущённо улыбнувшись Кипу, вручив ему ломтик хлеба, — ты прекрасно готовишь.
— И не только мясо, — не смог не похвалиться Кип, довольно щурясь, — так как насчет рыбалки?
— Я пойду! — воскликнул Дарен, вскакивая с лавки, — а Роско с собой возьмём?
— Да, но сначала нужно пообедать, — проговорила, подкладывая сыну овощи, — а то сил не хватит вытянуть большую рыбу.
— Меня Глен тренирует, я вот какой сильный, — возразил ребёнок и тотчас принялся доказывать, какой он силач.
В общем, обед прошёл шумно и в соревновательной форме, но зато было весело, и гнетущие мысли покинули меня, на время оставляя в покое.
А после, наевшись до сытого урчания, мы, быстро скидав в корзину грязную посуду, всей гурьбой отправились на рыбалку.
Я, никогда не любившая это мероприятие и скользкую рыбу, укутавшись в плед, разместилась на кем-то брошенной толстой ветке и со стороны наблюдала за азартными рыбаками. Мелочи в этой маленькой реке было полно, и счастливые участники только и успевали вытягивать блестящих, размером всего с ладонь, рыбёшек.
— Десять! — прокричал довольный сын, продолжив соревнования по силе и умению с Кипом и Гленом, и пока ребёнок в ловле гольянчиков лидировал.
— Седьмая, но зато огромная! — похвастался Глен, показывая рыбу ничуть не больше предыдущих, но спорить с азартными участниками было опасно, и я промолчала.
Только когда солнце спряталось за холмом, мне удалось загнать рыбаков в домик, где они тут же принялись за кровавую расправу над мелочью.
— Бабка моя их яйцами заливала, так вкусно было, — рассказывал Глен, по ходу обучая подопечного чистить рыбу, — жабры убирай, а то горчить будет.
— Так?
— Молодец, — похвалил гувернёр ребёнка, продолжив, — мы с мальчишками наловим таз, там же, у речки почистим и к бабке. Она на улице огромную сковороду нам нажарит.
— А мы сушили их, — подхватил Кип, — наберёшь полные карманы — и на улицу, до вечера не возвращались в дом…
Это был самый лучший день рождения! Такой, как я и мечтала. В кругу семьи, уютно и по-домашнему. Без чопорных и чванливых гостей и постоянного ожидания опасности. Конечно, здесь нам всем очень не хватало Лудо и девчонок, но старый дворецкий всегда держал дистанцию между нами, придерживаясь правила — госпожа и слуга. А Натиша, Нел, Яник и Хлоя отпросились на ярмарку, устраиваемую градоначальником каждую осень и весну…
— Я отнесу его, — прошептал Глен, прерывая мои мысли, нависнув над Дареном.
— Спасибо, — одними губами ответила парню, убирая руку с заснувшего ребёнка. На улице уже давно стемнело, в чернильном небе звёзды озорно перемигивались с хмурой луной, а яркий пылающий костёр сердито шипел на влажные поленья. Их треск, крики ночных птиц, журчание реки и шум ветра, заблудившегося среде макушек вековых деревьев, умиротворяли.
— Дель, идём в дом, — позвала Аманда. Ёжась от холода и кутаясь в одеяло, девушка тоже поднялась с лавки.
После ужина мы отправились посидеть у костра и послушать страшные истории, которые так хотел рассказать нам Дарен. Но перевозбуждённый за день сынишка, укрывшись тяжёлым одеялом и положив голову мне на колени, уснул самым первым. Следом за ним стала дремать Аманда, и спустя полчаса мы решили вернуться в дом.