Со всей силой страсти
Тут его встретила Сэди в своей чудовищной шляпке. Она стояла рядом, с маленьким столиком, задрапированным тканью. Не глядя, он уже знал, что там находится чайник и чаща, до половины наполненная использованной заваркой.
Она гадала на чайной заварке. Какая нелепость! И все это происходило в том самом месте, где он рассчитывал заниматься легальным бизнесом! А у нее хватало смелости смотреть так, словно в этом не было ничего особенного! Она просто стояла и разглядывала его с выражением безмятежности на окаянном лице. Ей даже не было ничуточки стыдно. Когда‑то ей хватало совести смущаться, но теперь – нет.
На память Джеку пришел один случай десятилетней давности. Тогда возникла такая же ситуация, правда, не в такой роскошной обстановке, как сейчас. И Сэди выглядела смущенной донельзя, когда мужчина стал обвинять ее в мошенничестве и грозить, что пожалуется властям…
Явно она ничему не научилась с того времени. Глупая!
Виенна, судя по всему, не заметила повисшего в воздухе напряжения, когда Джек и Сэди напряженно уставились друг на друга.
– Месье Фрайди, я рада представить вас моей хорошей подруге Сэди Мун. Она обладает бесценным даром превращать простую чайную заварку в фунтовые банкноты. – Под широкими полями шляпки было видно, как гадалка вздрогнула. Джек изо всех сил постарался, чтобы его рот не скривился в язвительной усмешке. – Хотите узнать свое будущее?
Виенна выглядела такой довольной, предлагая ему услугу, что у него язык не повернулся бы отказать ей. Но одного взгляда на лицо Сэди было достаточно, чтобы он тут же пришел в себя.
– Нет, спасибо. Я не верю предсказаниям. – Он посмотрел в глаза девушке, которую когда‑то любил, и ничего не нашел от нее прежней. Усмехнувшись, он процедил: – Я считаю, что мы сами творим нашу судьбу.
Сэди безразлично улыбнулась. Его слова, вероятно, не произвели на нее никакого впечатления.
– Нисколько не сомневаюсь в этом, мистер… э… Фрайди? Я не ошиблась?
Он заиграл желваками.
– Нет‑нет, мисс… Или миссис Мун?
– Именно, – ответила та и стиснула зубы.
– Интересное имя! – подхватил он с энтузиазмом. – Ваш супруг сегодня здесь, на балу?
Теперь Виенна сообразила, что происходит что‑то не то. У нее залегла складка между бровями. Нахмурившись, она повернулась к Сэди, которая неохотно процедила:
– Мой муж умер.
Джек сокрушенно покачал головой:
– Правда? Какое несчастье!
Сэди застыла, но ответила ему прямым взглядом.
– Напротив, сэр. У меня иная точка зрения.
– Ну что ж, мне очень жаль бедолагу. – Он горько усмехнулся, а потом, прежде чем добавить что‑нибудь еще, что повергло бы в ужас Виенну или заставило Сэди побледнеть еще больше, повернулся и вышел вон из шатра.
Каким‑то образом Сэди удалось выдержать два следующих бесконечных часа. Но когда пробило полночь, она попросила Индару отправить по домам всех остававшихся в очереди. Голова раскалывалась, сил не оставалось совсем, и ей было все равно, начнут клиенты возмущаться или разойдутся, затаив злобу. Никто не заставит ее разглядывать дно еще хоть одной чертовой чашки.
Она принялась собирать свои вещи, но помощница остановила ее.
– Я все сделаю сама. Отправляйся домой. Ты неважно выглядишь.
Сэди рассмеялась бы, если бы не боялась, что ее хихиканье перерастет в сумасшедший гогот. Разумеется, она плохо смотрится в эту минуту. Господь знает, как ей худо. Она похлопала подругу по плечу.
– Спасибо! Думаю, я так и сделаю. – Они вдвоем делили миленький оштукатуренный домик в модном, но приемлемом по ценам районе Пимлико в центре Лондона. Там было тихо и спокойно. А в распоряжении Сэди даже имелась роскошная ванная комната. Единственным ее желанием сейчас было залечь в горячую воду и не вылезать до тех пор, пока полностью не придет в себя.
Подруга с сочувствием посмотрела на нее.
– Виенна не даст тебе ускользнуть просто так. Она явно сбита с толку.
Разумеется, у мадам возникли вопросы. Как и у Индары. Еще бы! Обе стали свидетельницами ее чудовищной перепалки с Джеком. Он поступил ужасно, решив сделать вид, что незнаком с ней. При этом был единственным, кто лгал. Сэди сказала, что ее муж умер, не для того чтобы ранить его. Ладно, возможно, и для того, но не это главное. Ведь она давала ему возможность воспользоваться путем к отступлению, а вместо этого он сказал… Противно повторять! И к черту его! До сих пор он способен причинять ей боль, как никто другой.
– Я поговорю с Виенной, – сказала она после короткой паузы. – И на твои вопросы тоже отвечу. Но не сегодня. – Попытайся сейчас ее работодательница хоть что‑нибудь выведать у нее, она ничего не добьется. Виенна умеет быть жесткой, но она в подметки не годится Сэди, если речь зайдет о глубоко запрятанных секретах. Вдобавок ей нужно сейчас побыть одной – необходимо время, чтобы все обдумать и принять решение. И еще, возможно, следует выпить вина и поплакать.
– Хорошо, дорогая! Ступай домой! – скомандовала Индара и крепко ее обняла. – Я прослежу за всем и принесу какой‑нибудь еды. Тебе нужно подкрепиться.
Сэди собралась было сказать подруге, что совсем не голодна, но передумала, потому что в животе внезапно заурчало.
– Спасибо, ты такая заботливая!
Она достала любимую шаль, которую Индара подарила ей на день рождения, и укутала плечи. Потом откинула, полотнище в задней части шатра и вышла через запасной ход, которым пользовалась, чтобы незаметно покидать свое рабочее место. Сэди уже давно поняла, что людям от нее требуется гораздо больше того, что она могла им дать. Почти всегда снаружи ее поджидал кто‑нибудь из клиентов, которому требовались пояснения к тому, что она увидела на дне чашки, а он непременно желал знать, что это означает. На такие вопросы у нее не было ответа. Как она могла рассказать им, куда ведет их судьба, если была не в силах разобраться с собственной жизнью?
В стене позади ее шатра имелась замаскированная дверца, через которую она вышла из бального зала. Дверца вела в небольшую комнату. Ею пользовались музыканты и артисты, участвовавшие в представлениях, которые давали в клубе. Сэди не нравилось относить то, чем она занималась, к развлечениям, хотя так оно отчасти и было. Ей сразу припомнились кое‑какие неприятные моменты из прошлого, и от этого холодок пополз по коже. Она не занималась гаданием с зеркалами и курениями, как те шарлатаны, которые выдают себя за медиумов. У нее был настоящий талант, и в отличие от любителей внешних эффектов Сэди не старалась привлекать к себе лишнее внимание.
С некоторых пор…
Она повернула налево. Подошвы ее туфель утонули в толстом пушистом ковре. Открыла другую дверь. Она вела в коридор, соединявший главный вестибюль клуба с бальным залом. По полированному мрамору вестибюля прогуливались гости. Их голоса отзывались тихим эхом. Тут было прохладнее и не так шумно. Одни ждали, когда подадут их экипажи, чтобы отправиться развлекаться дальше или вернуться домой, но большинству просто нравилось оставаться здесь до конца вечера. Виенна была отличной хозяйкой. У нее подавали лучшие напитки и закуски в городе. Кстати, многие лондонские матроны предпочитали не собирать вечеринки в своих домах, когда в Сейнтс‑Роу устраивали какое‑нибудь торжество.
В клубе постоянно толпился народ, и Виенна всегда была в курсе происходящего. Сэди не понимала, как ей это удается, но не очень удивилась, когда услышала голос подруги, как раз когда подходила к лакею, стоявшему в дверях.
– Куда ты собралась?
Сэди остановилась на полпути. Надо было предвидеть, что ей не удастся так легко ускользнуть. Она повернулась и увидела, как к ней быстро приближается Виенна, поджав губы и сверкая глазами.
– Я пошла домой. Голова страшно разболелась.
На лице мадам сразу появилось выражение заботы.
– Тебе помочь?
Сэди покачала головой.
– Извини, что ухожу немного раньше, но мне… мне надо домой.
Виенна согласно кивнула. В отличие от Индары она держалась на расстоянии и не пыталась лезть в душу. Как будто понимала, что именно такие отношения сплачивают и что, если переступить определенную границу, это может привести к непоправимым последствиям.