Время выбора
– Воистину, тесен мир, – подтвердил я.
– По рукам, – сказал Швецов и сопроводил слова жестом. – Это судьба, а против нее не попрешь.
Сработал мой план. Нет, я положительно молодец!
– Значит, мы точно должны были встретиться, – я уже во второй раз сжал его ладонь.
– Вот только один нюанс, – Швецов не спешил размыкать наши руки. – Это их лес, Александр, волкодлачий. Фамильные владения. Я уверен, что нас учуют и выследят, причем очень быстро. Или доложит кто, наверняка глаз и ушей у Дормидонта там хватает. Да и если не учуют, то потом все одно проведают, что их родовое сокровище попало к нам. Сам же говорил, шило в мешке не утаишь. Ты мужик крепкий, я тоже кое на что способен, но в лесу нам против них в драке не выстоять. Ну а отдельских я вмешивать сюда точно не хочу. Да и ты, думаю, тоже?
– Кажется, понял, о чем ты, – кивнул я. – Хочешь сказать, что доля в треть корня каждому – это лучше, чем, умирая, смотреть на свои кишки, которые веселые волкодлаки станут развешивать на ветвях?
– Именно. – Наши ладони наконец расцепились. – Знаешь, если я чего и усвоил за последние годы, так это то, что жадность никогда никого ни к чему хорошему не приводила. Как ни изощряйся, все равно возьмешь ровно столько, сколько тебе свыше отмерено. И не больше. А если совсем зарвешься, то и того не получишь.
– Резонно, – согласился я. – Ну хорошо, сделаем по-твоему. Так даже лучше, если кто и знает мельчайшие детали, так это именно они. Думаю, мы тогда изрядно сузим круг поисков.
– Да леший еще поможет, – потер подбородок Швецов. – Хороший он там, крепко меня тогда выручил. Ты с ними как, ладишь?
– Вполне, – кивнул я. – Тут все просто: лесу не вреди да не забудь глубокое уважение проявить, тогда зла от них не жди.
– Но с Дормидонтом ты говорить станешь, – предупредил меня Хранитель Кладов. – Расстались мы с ним вроде бы миром, но таким… Не сильно добрым. Мы тогда их крепко с отдельскими нагнули, а волкодлаки, насколько я знаю, такого не забывают. Они как те испанские гранды, на вопросах самоуважения зациклены.
Он замолчал, мне стало ясно, что сейчас он рассматривает ситуацию с другой стороны, с той, которая граничит с вопросами личной безопасности.
– Не беспокойся, – сказал я. – Мы там будем не вдвоем, а четвером. И поверь, два наших спутника станут весомым аргументом в драке, если до нее все же дело дойдет. Ну или как минимум дадут нам возможность смыться живыми и здоровыми. Плюс, если эти клыкастики задумают недоброе, предупредят.
– Кажется, я понял, кого ты имеешь в виду. Это хорошо! – одобрительно глянул на меня Валера, а после чуть посмурнел: – Саш, есть еще один момент, который мы, хотим того или нет, должны проговорить.
– Есть, – согласился с ним я. – И да, должны.
Глава вторая
Должны-то должны, только вот после этих моих слов за столом установилось молчание.
– Мне вражда ни к чему, – наконец нарушил его я, выливая остаток газировки в свой стакан. – Да, есть некая… Э-э-э-э-э… Скажем так, сущность, которая настаивает на том, чтобы я нашел человека, который служит ее давнему недоброжелателю, известному под именем Великий Полоз. Нашел его и с ним, скажем так, разобрался. И да, я знаю, что это ты. Уверен в этом. Но их война – это их война. Не вижу причин для того, чтобы мы с тобой друг другу глотки рвали из-за каких-то давних распрей фольклорных персонажей. Поправь меня, если я неправ.
– Ровно то же самое думаю, – сообщил мне Валера. – Единственное – слово «служишь» ты зря употребил. Да, Полоз меня наградил даром, и по этой причине он считает, что я его слуга, но то, что он думает, – его личное дело. Я никому не служу. Я сам по себе.
– У них вообще бзик на этой теме, – заметил я. – В смысле верноподданничества и всего такого прочего. Морана, которая меня на тебя науськивает, иногда просто бесится оттого, что я не желаю перед ней шапку ломать и «матушкой-повелительницей» не называю. Пару раз прямо ощущалось, что она из последних сил держится, чтобы на меня орать не начать. Не будь я ей нужнее, чем она мне, точно бы сорвалась.
– Пережитки прошлого, думаю, – предположил Валера. – Раньше они имели огромную власть, а она разъедает любого хуже, чем ржа. Что человека, что бога. Времена изменились, с ними и все остальное, а они с этим смириться не могут. Или не хотят.
– Моя вообще в наш мир, мне кажется, не верит как в таковой. Умом понимает, что он есть и реален, а душой принять не в состоянии. Она же в Нави дрыхла бог весть сколько столетий, сейчас пробудилась, а тут такой нежданчик – про нее все забыли, кроме отдельных преподов в гуманитарных вузах и дзен-блогеров, которые выбрали своей тематикой байки о славянском прошлом.
– Полоз хоть и не дрых, все равно не лучше, – отмахнулся Швецов. – Да еще и на золоте повернут на всю башку. Видел бы ты, сколько он его в свой курган, что в Нави находится, натащил.
– Не хочу, – отказался я. – Больно мрачное место. Нет, с той стороны Смородины, где Морана проживает, еще ничего, но вот с другой… Я недавно туда наведался на пару минут, второй раз такого себе не пожелаю. Очень жутко. Одни туманы чего стоят.
– Я только в кургане несколько раз бывал, наверх не высовывался. Знаешь, привык доверять своей чуйке, а она просто орала: «Не делай этого!»
– Правильно орала, – поежился я, вспомнив серое марево, окутавшее меня со всех сторон, и скрежет чешуи огромного змея. – Там реально жесть. Если бы не особенная надобность, сроду бы на такое не отважился. А сейчас, когда знаю, что там к чему… Короче, пропади все пропадом, ни за какие коврижки туда больше не сунусь.
«Даже за мечом кого-то из ведьмаков прошлого», – добавил я про себя. Наверное, это очень хорошая и полезная вещь, но жизнь и рассудок мне дороже.
– Я рад, что мы мыслим одинаково, – очень серьезно произнес Валера. – Теперь главное, чтобы эта парочка про наши договоренности не проведала.
– Да если и пронюхают, то что? – фыркнул я. – Они нас отшлепают? Зарплаты лишат? В суд подадут? Что они могут сделать? Ну, по крайней мере, моя. Повторюсь, я ей нужнее, чем она мне. Да и твой, полагаю, приблизительно в том же положении пребывает.
– В моем случае все немного сложнее, у нас скорее некий симбиоз, – поморщился Валера. – Но, скажем так, принудить меня тебя убить он не в состоянии. Если бы подобное было возможно, он бы не стал меня материально заинтересовывать.
– А чего за мою голову обещано? – заинтересовался я. – Во что Полоз меня оценил? Надеюсь, не поскупился?
– Не-а, – мотнул головой Валера. – У него в кургане среди остального хлама есть фляга с соком самого первого дуба на Земле, того, на котором Род сидел, когда этот мир творил. Хлебнул того сока – и загадывай любое желание. Хочешь – сто девяносто шестой мерс с максимальным фаршем, хочешь – свидание с Марго Робби или, к примеру, вечную жизнь. Исполнится сразу, в полной мере и без каких-либо подводных камней или ограничений. Главное – сформулировать все верно. Вот один глоток эдакой благодати он мне за твою голову и посулил.
– Круто, – проникся я. – Нет, на самом деле круто. Достойная цена. Слушай, а у тебя внятный работодатель! Не то что некоторые. Моя отчего-то считает, что я должен твою жизнь взять на бескорыстной основе, только потому что ей этого хочется.
– В самом деле свинство, – согласился со мной Хранитель Кладов. – Ей бы курс правильной мотивации сотрудников пройти, хотя бы в онлайн-режиме. Слушай, а чего ты ее вообще не пошлешь, раз условия никакие? Плюс, насколько я понимаю, твой дар – он не от нее? Тебя им кое-кто другой наградил.
– Другая, – поправил его я. – Чего не пошлю? Да не знаю. Привык, наверное. Я с Мораной познакомился, когда вообще не очень понимал, что вокруг меня творится. Да и помогла она мне пару раз, по мелочам, но все же. Ну и жалко немного. Она так-то баба неплохая – не сильно злая, неглупая, красивая, просто тараканов в голове много. Опять же личная жизнь у бедолаги не сложилась. Она Кощея любила, с родней из-за него поругалась намертво, а он от нее налево ходить начал.