Доза красивого яда (ЛП)

Не то чтобы я ожидала, что он подойдет и поцелует меня на глазах у всех. Черт, да мне даже не нужны объятия. Но когда он даже не смотрит на меня дольше пары секунд, я начинаю сомневаться, что мы когда-нибудь будем чем-то большим, чем просто секретом.
На днях, когда мы провели весь день на лодке Монти, мне показалось, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Как будто он каким-то образом знал о моей маленькой игре в притворство, что мы на самом деле пара, и подыгрывал мне. Хотя я не думаю, что в том вечере, когда он прижимал меня к себе и смотрел в мои глаза, пока трахал меня, было что-то ненастоящее.
Это было больше, чем просто секс, и я чуть не спросила его об этом в ту ночь у него дома. Единственная причина, по которой я этого не сделала, заключалась в том, что я не хотела портить момент. Если бы ответ был не таким, как я надеялась, он бы разрушил тот пузырь фантазий, в который я нас поместила. Однако, даже не услышав его слов, я знала, что видела.
Он определенно что-то почувствовал, так же, как и я.
Но все это ничего не значит, если он всегда будет прятать правду о нас в самые темные уголки своего шкафа.
После окончания мероприятия и вручения призов победителям, занявшим первое, второе и третье места, я подхожу к палатке. Хейс как раз начинает наводить порядок, убирая и складывая все на место, и я, не говоря ни слова, начинаю ему помогать.
— Ты в порядке? — спрашивает он, когда его коллега идет отнести одну из коробок обратно в магазин. — Ты сегодня какая-то не такая.
Я пожимаю плечами. — Я не хочу об этом говорить.
Это не ложь. Я не хочу говорить об этом, потому что это звучит глупо. А я ничего так не ненавижу, как звучать глупо.
Но он не собирается так просто это оставлять.
— Пожалуйста? — Он нахмурился. — Я просто хочу знать, что тебя беспокоит, чтобы я мог это исправить.
Я не должна ему говорить. Разумнее всего было бы держать это в себе. Не факт, что я не переживу это позже. Но если он будет продолжать спрашивать меня, тогда ладно.
Проводя пальцами по волосам, я оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не находится достаточно близко, чтобы услышать меня. — Просто не очень весело видеть, как к тебе пристают весь день, когда все, что я хочу сделать, это сказать им, что ты мой, но я не могу.
Сначала он не отвечает, и когда я наконец набираюсь смелости посмотреть на него, мне хочется поцеловать его и стереть ухмылку с его лица одновременно.
— Кто-нибудь говорил тебе, что ты милая, когда ревнуешь? — поддразнивает он.
Я закатываю глаза, передавая ему коробку с деньгами. — Неважно, по крайней мере, я ничего не поджигаю.
Он откидывает голову назад, смеясь. — Я никогда не переживу этого, не так ли?
— Нет. Нет, не переживешь.
— Похоже, тебе еще год придется иметь дело с моей задницей! — говорит Кэм, подходя к нам, фактически прекращая наш разговор.
Хейс посмеивается и обнимает его, по-братски крепко прижимая к себе. — Поздравляю, чувак. Ты там просто уничтожил всех.
Когда они расходятся, Кэм поворачивается ко мне, и я с готовностью иду в его объятия. — Горжусь тобой, старший брат.
— Спасибо, — говорит он нам обоим. — Теперь я готов повеселиться.
— О чем ты думаешь? — спрашивает Хейс, собирая последние вещи и направляясь к магазину.
Кэм переходит на другую сторону, чтобы помочь ему. — Ну, есть одна девушка, с которой я немного общался, Лейла. Она как раз устраивает вечеринку, так что я думаю, что мы просто пойдем туда.
— Мило, — отвечает Хейс. — Рассчитывай на меня.
— Лей? — Мой брат поворачивается ко мне. — Ты идешь?
Я качаю головой. — Думаю, что я пас. Солнце вымотало меня, и я устала.
Это полная ложь, которую Хейс видит насквозь. Я просто думаю, что и так мучилась весь день, наблюдая, как девушки вешаются на Хейса, словно имеют на это какое-то право. Нет ни одной части меня, которая хотела бы иметь дело с этим и сегодня вечером.
 
— Как хочешь, — говорит Кэм.
Он продолжает говорить с Хейсом о чем-то, связанном с хоккеем, но мне совершенно неинтересно слушать, о чем идет речь. Все, на чем я могу сосредоточиться, — это на том, как Хейс при каждом удобном случае бросает на меня взгляд. На его лице написано беспокойство, как будто он молча интересуется, все ли со мной в порядке. Но он не может спросить меня об этом, когда рядом стоит Кэм, и я должна признать, что благодарна ему за это.
26
Домашняя вечеринка, на которую нас привел Кэм, просто сумасшедшая. Там много народу, но не тесно, и все в хорошем настроении. Обычно я был бы в полном восторге — пил бы пиво и праздновал победу Кэма. Но сейчас все, о чем я могу думать, — это выражение лица Лейкин, когда она уходила с пляжа.
Она выглядела искренне расстроенной, и если бы я не сказал Кэму, что приду сегодня вечером, до того, как она сказала, что не пойдет, я бы придумал отговорку, чтобы отвязаться от этого. Я просто предполагал, что она тоже придет, и у нас будет возможность улизнуть вместе, как только Кэм хорошенько оторвется. Но она решила пойти домой, и я не могу отделаться от мысли, что это из-за меня.
Я пытался написать ей пару раз, но она не ответила. Хотя я знаю, что она солгала, когда сказала Кэму, что солнце ее утомило, часть меня все еще надеется, что она спит, а не просто намеренно игнорирует меня.
— Это хорошая вечеринка, — кричит мне Кэм, оглядываясь по сторонам. — Я могу ненадолго исчезнуть с Лейлой, просто чтобы ты знал. Но здесь много горячих девушек. У тебя не должно возникнуть проблем с тем, чтобы найти кого-нибудь, кто развлечет тебя сегодня вечером.
Я выдавливаю смешок, делая глоток пива. — Нет, спасибо, чувак. Я в порядке.
Он удивленно поднимает брови. — Не может быть! Ты все еще спишь с той самой девушкой? Черт! Когда в последний раз кто-то смог так удержать твое внимание?
Этот разговор неловкий, и я его ненавижу. Я чувствую себя мудаком. Врать Кэму — это не то, что мне нравится, поэтому я стараюсь избегать этого. Все, что было с Лейкин, не было откровенной ложью ему в лицо; это было скорее умолчание о правде. Я не говорю ему, что мы не встречаемся, но и не даю ему повода думать, что это так.
— Это было бы впервые, — говорю я, оглядывая вечеринку, чтобы не смотреть на него.
— Что ж, молодец, — говорит он мне. — Похоже, поговорка верна. На каждого найдется свой человек.
Через несколько минут он замечает Лейлу, поднимающуюся по лестнице, и говорит мне, что скоро вернется. Но я все еще не могу забыть его предыдущие слова.
С того дня, как отец ушел, я убеждал себя, что все это было ложью. Вся эта идея о том, что можно найти кого-то, влюбиться и провести остаток жизни вместе, — все это просто обман. Куча химических веществ в мозгу, обманом заставляющих тебя отдать часть себя, которую ты никогда не должен доверять никому другому.
Но пока его слова крутятся у меня в голове, я не могу не задаваться вопросом, прав ли он. И если это так, если действительно есть кто-то для каждого, то я не сомневаюсь, что мой человек — Лейкин.
На следующее утро я проснулся на час раньше, чем обычно, что удивительно, поскольку вчера мне потребовалась целая вечность, чтобы заснуть. Я все ворочался и ворочался, пытаясь придумать что-нибудь приятное для Лейкин. После того, как она выглядела вчера такой искренне расстроенной, я просто хотел вернуть улыбку на ее лицо.
Смирившись с тем, что я не самый опытный человек, когда дело касается романтики, я прибег к помощи всезнайки — Google. Я нашел всевозможные идеи, от экстравагантных, таких как поездка в неожиданное путешествие, до таких маленьких, как отправка милого сообщения с добрым утром. Я выбрал нечто среднее, поэтому сейчас иду в магазин и покупаю цветы, чтобы пробраться на каток, пока она работает, и оставить их рядом с ее сумкой в раздевалке.