Последний из Братства. Старый Новый Бог (СИ)
Во время боя Женя быстро понял, что раны от кинжалов и его короткого меча не наносят должного эффекта воинам культистов. Выданный кем-то штурмовой нож он потерял в первой же схватке в предместьях, зато там он раздобыл эту штуку.
[ Закаленная в крови булава убийцы]
[ Ранг: необычный]
[ Уровень: 27]
[ Прочность: 20]
[ Вес: 2.5 кг]
[ Состояние: 87\100]
[ Описание способностей: Это оружие было закалено с помощью кровавой магии культа Инарокса. Нанося смертельный удар оружие частично восстанавливает своё первоначальное состояние.]
Удар булавы промял металлические пластины на голове монстра. Голова дернулась в сторону и быстро повернулась обратно. Горящее пламя кровожадности теперь было обращено к Мрачному Клинку. Нежить-воин напряг все ещё держащие оружие руки. Вуду, несмотря на свои габариты и положение, оказался отодвинут наверх и теперь его щит упирался в согнутые в локтях руки врага. Следующим движением тварь сбросила с себя игрока Ордена и одним прыжком оказалась на ногах.
Лесник ударил быстро. В этот раз бил не в голову, а по ладони. Тяжелый наконечник его оружия практически оторвал врагу три пальца на левой руке. Один из мечей с потерянным в окружающем вое звоном упал на землю.
Оставшийся меч метнулся к шее Мрачного Клинка. Варяг принял удар на свой меч, отвел его вниз, под обух топора, чтобы сковать страшное оружие. Нежить двинула бессмертному искалеченной ладонью в лицо и Варяг, оглушенный, рухнул на землю. Следующий удар оказался сильнее предыдущего. Немыми словами мертвый воин прошептал слово силы и клинок покрылся алым сиянием.
В очередной раз от смерти Мрачного Клинка спас поднявший на ноги Вуду. Он принял удар на щит, планируя отвести удар пониже, но пилообразное лезвие просто прорезало металл и вошло в держащее его руку. Монстр провел клинком назад и Вуду почувствовал острую боль в конечности, где вражеское оружие рассекло кость.
Лесник в мощном выпаде пронзил плечо твари, пройдя меж пластинами-лезвиями. Голова монстра повернулась в его сторону и тут же полетела вниз, когда его ноги сошлись вместе и дернулись назад, скованные цепью. Крюк лежал на земле, после того как всем весом навалился на цепь, опутавшую ноги монстра. Даже так ему едва удалось осуществить задуманное. Лесник ударил по правой кисти, не давая использовать меч. Вуду наступил сапогом на лишенную пальцев ладонь, превращая всю кисть в бесполезный ошметок плоти и осколков костей.
Ну а Женя встал у твари над головой и высоко поднял шестопёр. Треск костей под сминающейся короной из лезвий смог прорваться даже через звуки идущего вокруг сражения. По булаве прошло багровое сияние и успевшие деформироваться «перья» вернулись в прежнее состояние. Монстр стих.
Крюк метнулся к трупу чтобы освободить своё главное оружие. Женя помог встать Варягу, пока Лесник и Вуду помогали добивать закованную в металл тварь группе соседних игроков. Тогда на Виталия Павловича напало почти забытое чувство тревоги. Последний раз он чувствовал такое на войне, перед самыми ужасными моментами своей жизни. Только в этот раз он ещё и чувствовал её источник, точнее его силу. Это была как волна горячего воздуха, только вместо тепла он нес обещание боли и ужаса. Старик поднял голову на одну из храмовых башен.
Наверху стоял человек. Одетый в алую рясу, с накинутым поверх рваным по краям плащом, высоко поднял свой посох, навершие которого, искрясь багровой энергией напоминало кричащего от ярости демона. Из-под гладкого серого шлема, со стекающими к плечам бивнями билась того же цвета энергия. Вокруг головы культиста расцвел алый нимб и после чудовищного грохота — звука тысяч рвущихся цепей — с башни вниз сошла волна магии.
Игроки умирали сотнями. Трескучие потоки энергии прорезали поле боя. Магия практически съедала заживо все что попадалось ей на пути. Плоть игроков растворялась, обращалась в пепел, оставляя от пораженных частей только лужи крови. Одних стирало полностью, тем кому не повезло она отрывала конечности, а самым неудачливым ровно столько чтобы жертвы остались живы. А вот все твари на поле боя наоборот, сытились этой магией, вбирали её мощь и из состояния безумной ярости переходили, один за другим, в абсолютное буйство.
В небо с другой башни взмыла фигура в одеждах подобных тем, что носил выпустивший магию жрец, только более пышной и украшенной.
— Приветствую вас, дорогие гости! — прокричал Пакс, — Простите, что не пришел поприветствовать вас сразу! Сегодня дети Инарокса отмечают пришествие своего славного Бога! Возрадуйтесь! В честь этого мы устроили сей пир!
Чудовищный рёв сотен глоток выпущенной нежити и мутантов предвещал скорое уничтожение бессмертных. На раненых игроков набросилась орда получивший ещё большую силу тварей. Повсюду, куда не глянь, началась простая бойня. Лишь небольшие островки сопротивления остались там, где было много клубных игроков.
После обрушившегося на головы игроков кровавого заклятья Варяг не останавливался ни на секунду. Они обрушили стоящее неподалеку здание и часть крыши ведущих к ним дороги. Небольшой отряд игроков — чуть больше двадцати душ — занял позицию на обломках и помогал другим добраться до них, попутно отбивая нападения прущих со всех сторон врагов. Чем дольше они держались, тем больше внимания привлекали. Прямо сейчас он стоял вместе с двумя Дружинниками на обломках и пытался сдержать рвущегося наверх воина. Металлические пластины были наглухо забиты в его тело несколькими слоями. Глаза смотрели на него через проделанные в металле пучки маленьких отверстий. Живой танк снова поднял голову в безумном крике и попер наверх. В этот раз прием Дружинника не сработал. Дважды вводящее в ступор тварь заклинание подвело и монстр, выставив окованную шипами голову врезался тому прямо в живот. От удара игрок согнулся по полам, да с такой скоростью, что разбил себе голову о тянущиеся вдоль позвоночника шипы.
Виталий Павлович банально не представлял, как им остановить такую махину. Даже если они попадут в стыки, плоть под ней явно способна выдержать подобные раны, ведь в неё и без того загнали несколько сотен металлических деталей. Товарищ отправившегося на перерождение игрока бросился на врага, и Варяг последовал его примеру. Оба всадили по копью в тело своей цели, а та и не заметила. Дружинника схватили за руки и с силой дернули на себя. Голова игрока ударилась о покрытую шипами голову монстра и безвольно откинулась назад.
Варяг отпустил копьё, снова взяв в руки меч и топор, совершенно не зная, как их использовать перед лицом закованного в металл неумирающего урода. Он не успел увидеть, только почувствовал пролетающий рядом с головой в предмет. Голова стоящего перед ним существа резко дернулась назад: ей в правый глаз вонзился топор. Монстр схватился за рукоять и попытался достать вонзившееся в тело оружие. Тогда Варяга обогнули ещё несколько летящих предметов. И слово обогнули значило именно это. Два широких, коротких кинжала и три топора просто облетели старика и вонзились в чудовище, влегкую прошивая его защиту.
Виталий Павлович обернулся и увидел стоящего на вершине обломков гнома, одного из товарищей Торбара. Половина его перевязей для оружия были пусты. Он без передышки метал во врагов вокруг топоры, ножи, стилеты и клинья, а те, сделав своё дело, возвращались ему в руки.
Раздавшийся по правую руку рёв заставил его мотнуть головой. На спине у огромной твари, которой руки заменили на цепи с шипастыми ядрами на конце, из последних сил держался Красный Бык. Его меч едва ли наносил врагу весомый урон и парень тратил все силы чтобы не быть скинутым на вниз. Варяг повернулся как раз, когда на эту тварь прыгнул гном. На лице у того был дикий восторг, а из носа шёл дым. Его он уже видел и с трудом мог поверить, что гном курит трубку даже во время боя. И все же топор последнего вошел в голову твари по самую рукоять, а сила удара оказалась такова что почти подняла её в воздух, хоть она была больше гнома в десятки раз.