Точка Экстремума (СИ)

— Ты веришь, что Экстремум все это время правит один и тот же человек? — спросил он у Айрии.
Она пожала плечами.
— Я верю, что нельзя ни в чем быть уверенной на сто процентов. Тайна личности Скинлана всегда останется тайной. У нее много исследователей. Люди сравнивали старые записи с ним, как он говорит и двигается.
— И каковы были результаты?
Айрия внезапно рассмеялась.
— Прямо противоположные.
Ретт ухмыльнулся в ответ.
— Я удивлен, чо Скинлан не пытается покорить космос. Для него это был бы вызов.
— В последний раз, когда он пытался, то все едва не погибло.
— Скинланские войны?
— Да, — подтвердила Айрия.
Ретт знал об этом эпизоде истории города. Серия конфликтов задала вектор всего развития Экстремума. Миллионы тонн ресурсов были потрачены впустую. Скинлан сумел поработить, а затем почти истребить другие разумные расы, вот только победой такой исход назвать было тяжело: слишком дорогую цену пришлось заплатить человечеству.
Пришлось обратиться к тому, чего вокруг было еще вдоволь — биомассе. Для сборки одного робомата нужно много средств, ресурсов и профессионалов. Для производства тысячи андроидов хватает геношаблонов, разработанных много лет назад и с тех пор просто время от времени обновляемых. Спецификацию клона можно прописать в генах, а вырастить организм в любом амниотическом мешке. Для изменения функций робомата понадобится новая сборочная линия. И снова — средства, ресурсы, профессионалы.
— Скинлан теперь выбирает город, — произнесла Айрия, наблюдая за тем, как меняется проекция: теперь беспилотник облетал террасу Иерихона, транслируя экватóра более мелким планом. — В отличие от туманных космических перспектив, Экстремум — вот он, его можно увидеть, услышать, почувствовать. Экватóру просто не нужен космос, а потешить самолюбие он может, просто взглянув на город с балкона своего дворца.
С ней нельзя было несогласиться. Начав когда-то масштабную завоевательную кампанию, Скинлан серьезно ошибся. Экстремум лишился своего космического флота, а на всю звездную систему остался только один корабль — «Генезис», который потом был переименован захватившим его Вергилием.
***
Несколько следующих дней Айрия в резиденции. Объясняла это тем, что устала от крошечной квартиры в высотке. Но Ретт понимал, что она просто хотела понаблюдать за ним.
Он спустился в пустую в гостиную на третье утро и неожиданно ощутил колючую пустоту. Вчера девушка предупредила его, что пора возвращаться в центр, поближе к работе. Обещала выходить на связь.
Ретт скучал по ней. Два минувших дня сейчас казались ему украденными у кого-то другого. У нормального человека. Айрия ничего не знала о его чувствах, ему было все равно. Главное, она рядом, все хорошо и спокойно, и это очень сильно отличалось от того, к чему он привык.
Впрочем, отвлекаться было некогда: сегодня Ретт собирался спуститься в Средний Город. Его ждали тра-цеты в своей бетонной обители.
***
За время своей жизни на Экстремуме Ретт видел улицы Среднего Города всякими. И такими сырыми и мрачными как сегодня — тоже. Похоже, ночью прошел конденсатный дождь. Навстречу андроиду тянулись запаздывавшие работяги. В их сонных глазах и унылых лицах не было ничего примечательного, и Ретт едва ли обращал внимание на этих прохожих. Изредка среди них попадались помятые и уставшие любители ночных развлечений, возвращавшиеся из клубов и баров. Они уже были поинтереснее, выражения на их лицах красноречиво говорили о том, какие приключения они предпочли этой ночью.
Ретт пересек небольшой торговый квартальчик. Здесь было шумно, отовсюду неслись душные запахи какой-то жареной еды и вареных овощей. Топот десятков ног сливался в сплошной звук, а миллионы слов, произносимых сотнями ртов, было не разобрать. Торговый квартал остался позади, и андроид вышел на очередную улицу.
Он прекрасно ориентировался на этом ярусе и практически не задумывался, куда идет, виртуозно проходя сквозь лабиринт сплетенных в тугой серый ком дорог. Ретт остановился под одной из нависающих над яркой площадью эстакад. Он запрокинул голову и посмотрел вверх. Свет ударил по глазам хлыстом — это рекламная голограмма тянулась вдоль всей стены серого небоскреба, уходящего ввысь. Из-за за дверей какого-то клуба доносилась музыка, но вскоре и она затихла: серое мутное утро брало верх над разгульной яркой ночью. Все чаще и громче звучали какие-то объявления и реклама.
 
Ретт тряхнул фиолетовой челкой, выныривая из какофонии звуков улицы, тактильных ощущений сырости и мешанины запахов. Свернув за угол, он очутился на очередном убегающем вдаль проспекте. Он был уже совсем рядом.
Андроид нырнул в тень проулка, не сводя взгляда со стены, которая вчера превратилась в дверь. Он подходил все ближе и уже даже чувствовал холод бетонной стены пирамиды.
Ретт протянул руку, дверь отворилась, приглашая его войти в пустой коридор штаб-квартиры. Андроид шагнул вперед, но никто не вышел ему навстречу. Здесь было мертвенно-тихо, словно во всем здании не осталось ни одной живой души.
Он пошел по коридору к прямоугольнику одной единственной открытой двери, той самой, что вела в зал, где три дня назад он говорил с тра-цетом.
Стол, за которым они сидели, был здесь. Черная щель в его центре так и не ожила. Ретт пошел вокруг стола, ведя ладонью по гладкой поверхности. Внезапно пальцы его в чем-то запутались. Металлическая цепочка. Он поднес ее к глазам. Небольшой кулон квадратной формы с зазубринками на одной стороне. На ощупь он был матовым с темно-синей поверхностью, как будто поглощавшей весь попадавший на нее свет.
Во взгляде Ретта появилось смятение. Вытянув из-под ворота своей одежды цепочку, он приложил найденную вещицу к очень похожему на нее кулону. Зазубринки квадрата не подходили к зазубринкам круглого красного медальона.
Ретт осмотрелся. Отчетливо понял, что тра-цеты сюда больше не вернутся. Зайдя в «синтетику», он увидит, что виртуальное воплощение серого сервера мертво и больше не мерцает. Кто-то выключил его, и случилось это после того, как Ретт побывал здесь и оставил тра-цетам информацию о своем ДНК. Кто-то очень не хотел, чтобы Ретт узнал правду.
Он повесил кулон на шею и спрятал обе подвески под одежду. Покидая комнату, он даже не оглянулся. Вышел на улицу и глубоко вдохнул воздух, пропахший сточными водами.
Последняя ниточка к разгадке тайны его происхождения оборвалась.
  
— 018. Фабрика сломанных людей
 
— Ты чего не в духе?
Айрия вернулась в резиденцию поздно вечером. Она выглядела усталой, но радостно улыбнулась Ретту. Он как раз только что отключил терминал от «синтетики» — вылез ненадолго, взломать одну крошечную базу данных для старого заказчика Атреуса Тора.
Девушка наклонилась к андроиду, заглянула в его глаза. Ему стало не по себе, когда в зеленых глазах он прочел тревогу. Он потер ладонью затылок.
— Что, так заметно?
— Ты скрыть особо и не стараешься. Так что выкладывай.
Ретт вздохнул. Немного помолчал, собираясь с мыслями. Потом выложил Айрии все с самого начала о том, как тщетно пытался найти хоть одну зацепку о том, кто он и с какой целью его создали. Слушая его, она менялась в лице: сначала хмуриась, потом в ее глазах вспыхнули непонятные чувства. Смятение? Беспокойство? Увидев, что Ретт пытается их считать, девушка отвела взгляд. Она делала вид, что наблюдает за прибирающимся в помещении робоматом.
Рассказ Ретта закончился событиями сегодняшнего дня в Среднем Городе. Он дал Айрии время обдумать историю. Возвращаясь в Верхний Город, он отчетливо осознал, что придется оставить попытки узнать о себе больше. Разве что… Он размышлял об этом почти всю дорогу назад.
— Я хочу побывать на фабрике «Гентрикса», — медленно проговорил Ретт. — Посмотреть, как создают таких как я.
Айрия вновь смотрела на него. Теперь с изумлением.
— Зачем? — вопрос прозвучал как-то слишком громко.