Наемники бродячих островов. Том 5 (СИ)
Однако ни первый, ни последние, факта поражения вторженцев пока не осознали. Никто не спешил с благодарностями.
Шериф явился лишь когда на улице было уже темно:
— Зергиус! Ну ты! Ну вы! Ну вообще!!!
— Ага. — кратко ответствовал Батя, затянувшись из трубки.
— Мы трупы до сих пор разгребаем! Со всего города гражданских привлекли, даже премию денежную пообещать пришлось!
— Премию⁈ — наёмник вскинул брови.
— Ну да… Но ты не подумай только! Там чиф из хаупт кранкенхаус затребовал. С этим гадом даже кардинал спорить не рискует!
— Шо-о-о⁈ — не понял командир бригады. На помощь пришёл Даджой:
— Главврач.
— Ну да, точно! Врач! Главный! — спохватился и законник. — Говорит, что нужно эпидемию предотвратить. Мол трупов много, если гнить начнут…
Райнер запнулся, вспомнив, что недавно началась зима и стоит мороз.
— От улик они избавляются, а не от трупов. — расставил всё на свои места Батя, совершенно забыв о конспирации. — если переписка какая и сохранилась, то народ щас быстренько всё в бездну побросает.
— О! Зергиус! Пущай бросают. Мы правду знаем, а больше и не надо! — лениво отмахнулся Райнер и привёл главный аргумент для обеих сторон, — Жаловаться то всё равно некому.
* * *Победа!
Хотя, будет правильнее написать — победа…
Чем бы там не занимались церковники на самом деле, но в первую очередь, они озаботились своими павшими.
Ополченцев насчитали почти пол тысячи. Бригадных — всего двадцать человек. Большая часть местных погибли в ближнем бою. Что же до чёрных залётчиков, то они пополам стали жертвами ружейного огня и подрывов самоубийц.
И это всё против многослойного кладбища на площади. Первый слой так и остался стоять вертикально, давка сделала своё дело. А выше — тела лежали слишком уж беспорядочно, чтобы сосчитать линии. Но до второго этажа они таки доставали.
Относительно раненных — их была почти половина островитян и сорок восемь человек бригадных. Из последних — лишь четверть тяжёлых и пятеро стали инвалидами.
И все пострадавшие — исключительно вокруг площади.
Ещё, вроде как из человеческой свалки достали парочку выживших бедави. Но этих паразитов церковь даже показывать не стала. Официально — чтобы избежать линчевания, а на самом деле… Так кто ж скажет?
* * *Сразу после битвы, чёрная бригада удалилась в своё расположения. Для солдат — победы как ни бывало: командиры сразу же определили наблюдателей и выставили часовых на все окна.
Расчёт по контракту пока не произвели, а значит — и расслабляться пока рано!
Торопить нанимателей тоже не рисковали. Как-никак, а траур никто не отменял. Следовательно, оставалось только ждать.
Как уже было сказано ранее — вечером заглядывал Райнер. Но он не принёс никаких звонких новостей. Лишь обещаний надавал и благодарностями осыпал.
К утру таки пришёл посланец от городского головы. Наёмников приглашали в ратушу для сверок. В кои-то веки — хорошие новости!
Однако, долго иллюзии испытывать не пришлось. Буквально с порога кабинета, бургомистр с епископом одарили воинов красноречивыми взглядами. Шериф тоже выглядел напряжённым. Кроме них в помещении присутствовали ещё и городской врач с зодчим. Последний, учитывая разрушения, явно не к добру…
Как бы там ни было, а Батя с Даджоем тоже подготовились. За ночь рассмотрели разные расклады, вплоть до силового решения проблемы. Для этой цели с собой приволокли сводный взвод из самых отмороженных бойцов. Мужики остались дежурить у входа.
— Гутен таг, уважаемые херы! — Батя козырнул рукой к забралу и сходу шлёпнул на столешницу несколько листов бумаги.
— И что это? — закатив глаза уточнил Фридрих. Приветствием церковник себя не утрудил.
— Рапорта. По погибшим, раненым, увечным, по расходу боекомплекта и ставшему непригодным снаряжению и вооружению. Также лист пересчёта стоимости услуг чёрной бригады. Последняя страница — это предложение встречного взаиморасчёта по компенсации трофеев. Но это ещё сами трофеи посчитать надобно.
— И к чему такая щедрость?
— Какая-такая щедрость? Мы там брони и оружия набили столько, сколько даже просто унести не сможем. А вам ещё понадобятся. Штат стражи увеличите, а обеспечение им уже готово. Пустынники то ещё прибудут, это как пить дать.
— Всецело поддерживаю! — рявкнул Райнер. — Именно мои люди понесли наибольшие потери в процентном соотношении, так как занимали первые линии впереди фольксштурма.
— Во-о-от… — протянул Батя. — Вы нам покажите всё это добро, а мы себе заберём, шо посчитаем нужным. Остальное — господину шерифу. Его бойцы сражались как львы! Знаете, кто такие львы? Лев — это как кот, только с корову размером. И мышей таких же ловит!
— Во-во! — поддакнул Лайонел.
— Ну а соответствующий док у мент уже подготовил наш юрист. О! — старый вояка достал из-под панциря ещё одну бумажку. — Тут и варианты оплаты, и кому идёт излишек, и даже скидка! Всё — в три раза ниже от местной рыночной стоимости.
Райнер кивал как заведённый, а Батя усердно вытирал пот со лба. Тирада терминов далась ему явно нелегко!
Услышав про скидку, сановник сделал правильный вывод — решил не упускать выгоду.
— Хорошо, договорились. Где тут подписать?
— Вот тут, где подчёркнуто. И печать пожалуйста. И вторые экземпляры подмахните.
На стол легла ещё одна кипа бумаг. Но, увы, дураков не нашлось! Епископ подписал только трофейные листы. Грамоты по компенсациям он изучал и рассматривал словно собственный портрет.
И самое неприятное, что он даже не попытался придираться. Просто вычитывал.
— Угу. Угу-угу… Справедливо. Но а лечить раненых вы как будете? А инвалидов куда денете?
— В смысле? — к такому повороту разговора наёмники не подготовились.
— Сейчас, все страждущие воины вашей банды… Ох! Простите, гер Зергиус! Вашей бригадэ! Они сейчас в храмах и в столичной лечебнице. Причём — на лучших местах! Но ведь если мы их здоровье оплатим, то придётся и обратно за услуги нашего врача платить. Или вы думаете, что сможете им серебром раны позатыкать? А тех, кто конечности утратил — вы с собой заберёте? Или оставите на пансионате в нашем славном Шварцштайне?
Батя замялся и бросил взгляд на Даджоя. Тот едва заметно кивнул.
— И что же вы предлагаете, хер? В смысле, уважаемый хер. — ехидно исправился наёмник.
Епископ на миг скривился, но таки взял себя в руки. Хорошему торгу — эмоции не нужны, только — аргументы.
И торг начался. Словно за кусок тухлого мяса в лавке мясника:
Епископ стоял на том, что не будет компенсировать оторванный палец как увечье.
Батя, в ответ, грозился припомнить каждый синяк и царапину!
Первый, при упоминании царапин, покрыл выбраковкой сильно повреждённых доспехов.
Второй пообещал самолично выбраковать чуть ли не половину и затем распродать неликвид населению острова без скидки!
Тогда церковник достал и стал сотрясать воздух собственными бумагами. Якобы с обсуждением компенсации за ущерб наследию древних. Припомнил и подрывы на стенах, и разрушенные наухнарь врата. Даже лес приплёл!
Что примечательно, ознакомиться с документами не предложил. Видать, боялся взгляда опытного юриста.
К слову, у Джоя и у самого уже глаза на лоб лезли…
Финальным аргументом стал вопрос — «А посетили ли вы своих раненных, содержащихся в ближайшем храме?». Мягко говоря, прозвучало как упрёк…
Батя закинул ногу на ногу и достал из поясной сумки трубку, но, вспомнив, где находится, сплюнул на пол.
— Вот как раз после вас и собирался. Видите? Выше своих людей ваш трындёж поставил. Да толку только? Никакого уважения!
— Будет вам, Зергиус. Пока поправятся — ещё много раз сходить успеете. — на сей раз, в голосе епископа проклёвывалась угроза. И что имел ввиду, шельмец?
— Да только есть одна беда, герте геррен. — продолжил стелить Фридрих. — Сумма шибко большая выходит. А мы и так потратились. И на материалы для вашего «коридора смерти», и на железки, что под ноги врагу сыпали… А уж компенсаций семьям бойцов фольксштурма сколько! Или вы думаете, что мы такое войско за просто так собрали⁈ Мы ещё даже не поспели разобраться со своими ранеными! Кто не сильно пострадал, а кто недееспособный останется.