Тайное Погружение (ЛП)

— Ты был вчера в Нью-Йорке? С моей дочерью? Так вот почему ты хотел отдохнуть?
— Да.
Его глаза прищуриваются, и я не виню его. Все это кажется невероятно странным с точки зрения постороннего человека.
Мое дыхание вырывается быстрее, чем мне бы хотелось, но сейчас я здесь, и мне нужно покончить с этим.
— Послушай, тренер. Я познакомился с Харпер на Новый год в Нью-Йорке. Я понятия не имел, кто она такая. Я узнал об этом только прошлой ночью.
Шэрон шипит на мой комментарий, и мы с Биллом смотрим в ее сторону.
Билл вопросительно смотрит на свою жену.
— Ты знала об этом?
— Я видела видео ранее, если ты это имеешь в виду. — Она сосредотачивается на своих коленях и играет пальцами. — Я также кое-что заподозрила во время ее визита в январе, но поскольку я не была уверена, не хотела мешать, если ничего не происходит. Не говоря уже о том, что Харпер взрослая и заслуживает кого-то хорошего после… ну, ты понимаешь.
Билл хмыкает.
— Я не хочу говорить о нем. Он никогда не был достаточно хорош для Харпер.
Шэрон кивает, и они оба поворачиваются ко мне.
Билл наклоняется вперед и кладет локти на колени — жест, который я слишком хорошо знаю.
— И ты сказал, что Бен был на видео? Как это произошло?
— Мы пошли в бар после нашего ужина, и он случайно оказался там. Харпер пошла в уборную, и он загнал ее в угол. Когда я пошел проведать ее, он узнал меня и рассказал о тебе. Вот как я об этом узнал. Потом мы ушли. Он также посылал ей текстовые сообщения и цветы на этой неделе.
Билл вскакивает со стула.
— Что он сделал? Я сверну шею этому проныре, если он еще раз хотя бы взглянет на нее. Я не хочу, чтобы он приближался к ней.
Я киваю.
— Полностью согласен.
На мгновение все замолкают, пока краснота с лица Билла не исчезает.
— И она не сказала тебе, что я ее отец?
Я качаю головой.
— Нет.
То, что она лгала мне все это время, все еще горькая пилюля, которую нужно проглотить, и это определенно то, о чем нам нужно поговорить. Но для этого мне нужно сначала связаться с ней.
— О чем она думала?
— Не спрашивай меня. — Я провожу рукой по лицу, усталость от всего, лишь нескольких часов сна и весь стресс начинают одолевать мое тело.
Шэрон прочищает горло.
— Но ты сказал, что с ней все в порядке, когда уходил посреди ночи, верно?
Взгляд Билла перемещается с Шэрон на меня.
— Что? Ты оставил ее посреди ночи?
Вот дерьмо. Я рассказываю им обо всем, что произошло с моим братом, и к концу они оба смотрят на меня с одинаковым выражением лица. Широко раскрытые глаза, слегка приоткрытый рот и пальцы, впивающиеся в какую-то часть стула.
Билл приходит в себя первым.
— Ну и черт. Хотя бы с Зейном все в порядке?
Я киваю.
— Я так думаю. Я буду присматривать за ним повнимательнее, просто чтобы быть уверенным.
— Я думаю, мне тоже нужно присесть. — Шэрон обходит стул, который занимает Билл, и садится на маленький диванчик. — Однако многое может произойти менее чем за двадцать четыре часа.
Я не могу не согласиться с этим.
Ее взгляд находит мой.
— Это было все, или есть еще что-то? Возможно, мне понадобится выпить, чтобы пережить это.
Она хихикает, но я не могу сказать, серьезно она или нет.
Есть ли что-то еще?
Ха, уморительно. Есть целый ребенок, о котором я им не рассказал, но это потому, что я не знаю, мое ли это право, рассказывать. Это отец Харпер, ее семья. Это ее первый ребенок, и они впервые станут бабушкой и дедушкой. Я не хочу портить объявление о беременности и отнимать этот момент у кого-то из них.
Шэрон вытирает руки о штаны.
— Боже мой, это еще не все, не так ли?
Я морщусь и киваю.
— Есть еще, но это то, что Харпер должна сказать сама.
Она замирает на середине движения и моргает, глядя на меня.
— Хорошо, вау.
— Что происходит? — Глубокий голос Билла потрескивает в воздухе, когда он сосредотачивается на своей жене.
Она наклоняет голову набок и пристально смотрит на него.
— Харпер расскажет нам о том, что еще происходит. Но для этого нам нужно поговорить с ней, и мы с Райаном пытались дозвониться до нее, но ее телефон сразу переключается на голосовую почту.
 
— Серьезно?
Она кивает.
Сдвинув брови, он потирает лоб. Жест, который мне очень хорошо знаком, так как он делал это миллион раз раньше, когда был расстроен.
— Насколько я знаю, Лидия все еще где-то за границей. Я постараюсь связаться с ней и посмотреть, сможет ли она помочь. Может быть, она сможет позвонить кому-нибудь из соседей, чтобы проверить Харпер.
Я склоняю голову.
— Спасибо, я был бы вам очень признателен.
Билл пристально смотрит на меня.
— Нам нужно поговорить о твоих намерениях по отношению к моей дочери?
Шэрон издает сдавленный звук в нескольких футах от меня, но ни Билл, ни я не отводим глаз.
Я сглатываю.
— Мне нужно провести с ней долгий разговор обо всем, что произошло, но мои намерения всегда были благими. Она удивительная женщина.
Он кивает.
— Ты немного староват для нее, но, по крайней мере, я знаю, что ты хороший парень.
— Билл. — Спина Шэрон выпрямляется, когда она наклоняется вперед, чтобы шлепнуть его по ноге. — Я не могу поверить, что ты только что сказал это.
Он только пожимает плечами.
— Это правда.
Я фыркаю, но не отступаю.
— Так и есть. Я обещаю, что буду хорошо к ней относиться.
Билл кивает дюжину или больше раз, вероятно, больше себе, чем кому-либо другому, прежде чем встать.
— Позвольте мне сделать несколько звонков. Я дам вам знать, что мне удастся выяснить.
— Спасибо. — Я тоже встаю, чувствуя себя освобожденным. — О, я совсем забыл. Я связался с Тарой, и она тоже пытается как-то связаться с Харпер, так что я дам вам знать, если она что-нибудь услышит.
— Бедняжка. — Шэрон вздыхает, и Билл поворачивается к ней.
— В чем дело?
Ее глаза полны печали.
— Она совсем одна, Билл.
Они долго смотрят друг на друга.
Поза Билла заметно напрягалась.
— Ну и дерьмо.
Я делаю шаг к ним.
— Я попросил ее подумать о том, чтобы переехать сюда, но она еще ничего не сказала. Это ее решение, и я не могу и не хочу принуждать ее к этому. Я просто хочу быть с ней, несмотря ни на что.
Его подбородок приподнимается от моего комментария, и он смотрит на меня так же, как смотрит мой отец, когда я заставляю его гордиться мной. Черт, кстати говоря, мне нужно позвонить родителям и сообщить им, что происходит.
Мы прощаемся, обещая держать друг друга в курсе событий.
Я еду домой, и как только я заглушаю машину в гараже, у меня звонит телефон. Мое сердце бешено колотится, когда я хватаю его с консоли, ворча при виде имени на экране.
Черт возьми.
Это Тара.
Я должен быть счастлив, что она так быстро отзванивается мне. Может быть, это хорошая новость. Но все, на что способно мое тело, — это разочарование, потому что это не Харпер.
Надеюсь, у Тары есть хорошие новости.
  
29
 
О боже мой, что это за стук молотком? У меня такое чувство, что моя голова взорвется в следующую минуту, если этот шум не прекратится. Как только я думаю, что все кончено, все начинается снова. Но теперь это больше, чем просто удары молотком. Это кто-то кричит?
Я перекатываюсь на другую сторону кровати и свешиваю ноги с края. Как только я перестаю чувствовать головокружение, встаю и иду навстречу суматохе. Каждый шаг пробуждает меня все больше, но ничто не может спасти меня от отражения в зеркале, мимо которого я прохожу. Мои веки опухли, а круги под глазами имеют свой собственный почтовый индекс. И давайте не будем забывать о моем носе, который соперничает с носом Рудольфа.