Счастливчики (ЛП)

Своим парнем? Нет, но в тот момент ей показалось, что Роланд был ее парнем. Эллисон любила его. Она любила его и доктора Капелло. Она любила Тору и Дикона и даже глупого старого Картофеля О'Брайена, крепко спящего на койке. Даже дом, который любила Эллисон, и тихий прилив, и дружелюбный океан, и целующий ветерок, и успокаивающие облака, и яркие и смеющиеся звезды, скрытые за ними. Если бы можно было выйти замуж на мгновение, она вышла бы замуж. В тот момент, когда звезды смеялись вместе с ней, а не над ней. В тот момент, когда песок в песочных часах был на ее стороне, и дом снова стал ее домом.
Они с Роландом прокрались вниз по лестнице в ее спальню, забрались под одеяло и обнялись, и не расставались до самого рассвета.
Глава 19
Еще одна почти идеальная неделя пришла и закончилась. Если бы доктор Капелло был здоров, то она бы была идеальной. Эллисон довольно быстро вписалась в привычный режим семьи, прежнюю рутину. По утрам она завтракала с Торой и Диконом, пока Роланд помогал отцу принять душ и переодеться. Тора и Дикон шли на работу, а доктор Капелло садился у стола в своем кабинете и играл на компьютере, пока Роланд спал. Во время дневного сна доктора Капелло, Роланд забирал ее к ней в комнату. Детьми они блаженно проводили летние дни за просмотром фильмов или дремали на пляже. Став взрослыми, они нашли лучшие способы проводить свои ленивые полудни вместе. Она так легко и быстро вплелась в жизнь в «Драконе», что даже не заметила, как это произошло. Никто не обратил на это внимания. Никто не обращался с ней как с гостьей. Возможно, связь между ними никогда и не прерывалась. Возможно, нужен был всего один рывок, один быстрый стежок, чтобы она стала частью этой жизни. Эллисон даже взяла на себя старые обязанности. Ее работой было мытье посуды после завтрака, которую она выполняла без жалоб и даже раздумий. Другой ее обязанностью было убираться в комнате с игрушками. Но поскольку такой комнаты больше не было, она заменила эту обязанность стиркой.
На восьмое утро в «Драконе» она складывала полотенца, как вдруг зазвонил телефон. От вибрации диван затрясся, из-за чего проснулся Брайен, который был так измотан игрой с ее бельем, с которым она позволила ему поиграть, что уснул рядом с ней. Эллисон этот звонок тоже напугал. Она и забыла, что ждет его, пока не увидела, кто звонит.
— МакКуин, — сказала она. — Ты забыл обо мне?
— Нет, — сказал он. — Просто это заняло немного больше времени, чем я ожидал.
Никаких шуток. Никакого флирта. Никакой пьяной болтовни. Что-то было не так.
— Но ты ведь нашел номер Оливера, не так ли? — спросила она, внезапно обеспокоенная его серьезным тоном.
— Я нашел кое-какую контактную информацию. Я пришлю ее тебе по электронной почте.
— Спасибо.
— Это из-за его родителей, — сказал он. — Его мать — Кэти Коллинз. Мужчина, за которым она сейчас замужем, — ее второй муж, не отец Оливера. Она оставила свою фамилию.
— Нет номера Оливера? Он примерно моего возраста. Я думаю, что он уже должен жить отдельно.
— Эллисон… — начал Маккуин, и по тону его голоса Эллисон сразу поняла, что новости плохие, очень плохие. — Не знаю, как тебе сказать, но… милая, Оливер мертв.
Эллисон чуть не выронила телефон.
— Что? Как?
— Сразу после того, как ему исполнилось четырнадцать, — сказал МакКуин, — он застрелился.
— Четырнадцать? Не может быть. Получается, это случилось сразу после того, как он отсюда уехал.
— Мне очень жаль. — Теперь МакКуин говорил как отец, а не как ее раздражающий бывший любовник. — Когда Сью рассказала мне, что нашла, я заставил ее дважды и трижды проверить, прежде чем позвонить тебе с новостями. Но это правда. Я могу дать тебе телефон его матери и ее адрес, если ты захочешь навестить ее и отдать дань уважения.
— Конечно, — сказала она. — Это… Да, пришли мне контакты. — Она сделала паузу. — Ты не знаешь, оставил ли он записку или что-нибудь еще? Или назвал причину?
— В целом, это не зона ответственности Сью, — сказал МакКуин. — Мы не хотели беспокоить его родителей своим звонком. Похоже на то, что отец ушел, когда Оливеру было восемь или девять, поэтому надежда на его маму.
— Да, имеет смысл попробовать, — сказала она, все еще шокированная.
Дюжина воспоминаний об Оливере тут же заполнили ее сознание. Вместо того, чтобы играть в салочки с остальными, Оливер часами сидел на солнце, доставая ракушки из песка. И она помнила, как забавно он высовывал язык, пытаясь сконцентрироваться, пока рисовал. То, как он стоял на руках, потому что был ребенком и мог это делать.
— Жаль, что у меня нет хороших новостей, — сказал он.
— Я просила помочь.
— Могу ли я еще что-то сделать?
Она покачала головой, словно МакКуин мог ее видеть. Она была слишком ошеломлена, чтобы рассуждать здраво. Хотя, у нее была еще одна просьба к нему.
— МакКуин, могу я попросить тебя о еще одном одолжении?
— О каком?
— Еще два имени, — сказала она. — Можешь достать информацию по ним?
— Как их зовут?
— Кендра Тейт, — сказала она. — И Антонио Руссо.
— Другие братья и сестры?
— Кендра приехала в этот дом за пару месяцев до моего отъезда. Антонио… Я никогда его не видела. Он приехал и уехал прямо передо мной, но я все равно хочу с ним поговорить. Дикон сказал, что Антонио был одним из тех детей, которым доктор Капелло не мог помочь.
— Я посмотрю, что смогу найти для тебя.
— Спасибо. Действительно, спасибо,
— Конечно. Но Эллисон?
— Да?
— Мне это не нравится.
— Ты не обязан мне помогать, если не хочешь, — сказала она.
— Нет, я имею в виду, мне не нравится слышать, что подросток покончил с собой через несколько месяцев после того, как покинул дом, в котором ты живешь.
— Ты думаешь, мне приятно это слышать? — спросила она.
— Сначала ты, а теперь этот мальчик? У меня сильное желание пригласить туда полицию.
— Это безумие, МакКуин.
— Безумие? Кто-то пытался убить тебя, а этот парень покончил с собой через пару месяцев после того, как покинул этот дом, — сказал МакКуин.
— Я всего лишь пытаюсь выяснить, что случилось. И что бы ни случилось, в этом были замешаны дети. Маленькие дети, которые, вероятно, не понимали, что делают. Я не собираюсь никого сажать в тюрьму, — сказала она. — Я просто хочу знать правду, чтобы перестать гадать, что случилось. Только и всего. И я действительно не хочу, чтобы кто-то беспокоил доктора Капелло. В любом случае у него осталось не так уж много времени.
— Из-за тебя я потеряю сон по ночам, — сказал МакКуин. — И не по тем причинам, которые имели место в прошлом.
Эллисон тяжело вздохнула.
— Послушай, — сказал МакКуин, вздыхая, — Я не прошу тебя уехать. Я не посмею приказывать тебе, что делать. Но не бывает дыма без огня, и на твоем месте я был бы осторожнее.
Эллисон хотела поспорить с ним, но боялась, что он прав.
— Со мной все будет в порядке, — сказала она.
— Лучше, чтобы так и было.
Она повесила трубку и через минуту ей на почту пришло письмо. Она нашла Роланда на дворе, снова рубящего дрова. День был теплым, на удивление тепло для октября на побережье, и Роланд был только в джинсах и футболке. Несколько минут она стояла в стороне и просто наблюдала, как он работает. Ее удивляло, как легко он поднимал топор, затем опускал его и разрубал дерево пополам. Его хватка была сильной, а размах — плавным и бесстрашным. Этот мужчина не боялся отрубить себе палец. Она находила большое утешение в силе Роланда. Он был из тех людей, к которым инстинктивно бежишь, когда боишься или попадаешь в беду. Живой зонтик, дышащее укрытие от дождя. МакКуин никогда не делал ничего более физически утомительного, чем поднятие тяжестей в спортзале три раза в неделю под руководством личного тренера. Если бы он мог видеть Роланда прямо сейчас, то не стал бы о ней беспокоиться. Пока у нее есть Роланд, она в безопасности.
Роланд наконец заметил ее присутствие. Он снял защитные очки и отложил топор в сторону.