(не)Однофамильцы, или кофе с бывшим (СИ)

А сейчас судьба предлагает мне смотреть на идеальную пару для глянцевого журнала Диму с Витой? Серьезно?
  
Глава 20
 
— Нет, — говорю я резко.
— Что нет? — удивляется Дмитрий.
— Я не поеду, — с ненавистью смотрю ему в глаза.
— Почему? Я обо всем договорился. И там будет классно, там куча народу будет. Я их сто лет не видел, — Шумский растерянно смотрит на меня.
Зато некоторых в своей постели еще утром, наверное, видел.
— Приедешь чуть-чуть попозже, и у тебя будет куча времени со всеми поговорить, — не сдаваюсь я.
— И зачем это делать в душном городе, когда можно сделать на природе. Лен, я пашу как проклятый, мне хочется отдохнуть в нормальных условиях, ты понимаешь?
Ути ты Божи мой, у нас же в мире только один он вкалывает, все остальные ничего не делают.
— Потому что я не смогу настроиться там на работу. Нам надо все сделать за выходные, а среди толпы народа, жаждущей пообщаться это невозможно, — я тоже умею настаивать.
— Я найду тихое место, — мой бывший муж начинает закипать.
— Ты понятия не имеешь как там все устроено, где ты собрался его искать? — у меня даже руки начинают трястись от злости.
— Зато ты там в каждом углу побывала, да? — вдруг взрывается Шумский.
Несколько секунд я в шоке смотрю на него, а потом швыряю на стол купюру и резко поднимаюсь из-за стола, с шумом отодвигая стул:
— Да пошел ты… На своих баб ори.
Я добежала до своей машины и остановилась, опираясь на ее крышу. От слез все расплывалось, и я сейчас не смогу даже найти ключей в сумке. Как же я его ненавижу, гребанный эгоист! Все должно быть только как он хочет.
Но что я наделала⁈ Зачем я сорвалась? Я должна была его заставить, уговорить, убедить. Я не должна была убегать. Но в его присутствии мой хваленный контроль летит к чертям.
Мне становится просто невыносимо от отчаяния. Ведь у меня почти все получилось, все сложилось просто идеально. Это Шумский мне все испортил. От него в моей жизни только зло и неприятности.
В этот момент кто-то кладет мне руки на плечи. От испуга с криком оборачиваюсь и утыкаюсь… ну да, в Дмитрия. Я настолько погрузилась в свои мысли, что не слышала как он подошел. Он хочет мне вытереть слезы, но я отталкиваю его руку.
— Лена, я не хотел… Я не должен был… Прости. Прости, пожалуйста, — он с тревогой заглядывает мне в глаза. Но я отворачиваюсь. Мы молча стоим несколько минут, после чего он продолжает уже более увереннее, — Я сорвался. Я сам не понимаю почему, но это меня не оправдывает. Прости меня.
— В качестве извинений жду тебя завтра в десять у меня в кабинете, — я достаю из сумки свою визитку и вкладываю ее в нагрудный карман пиджака Шумского.
Он с улыбкой смотрит на того, как я это проделываю, усмехается и отрицательно качает головой.
— В качестве извинений я оплатил твой взнос на вечер встреч. Поэтому завтра с десяти утра жду тебя у Васи. Я посмотрел, ребята только часам к двум-трем будут подтягиваться, поработаем в спокойной обстановке, — нахально заявляет он.
— Что⁈ Это уже слишком! Ты кто такой, чтоб за меня что-то оплачивать? — слезы высохли от моей ярости, — Я не приеду.
— Ну как хочешь, — он разводит руками, разворачивается и уходит к своей машине. Проезжая меня он притормаживает и опускает стекло, — Реши сама, нужно тебе это соглашение или нет. Если нужно, приезжай.
— Ты не понимаешь, — топаю я ногой, — там все нам будут мешать.
— Я вырою нам землянку в лесу, и там точно никто не помешает. Главное, приезжай, — смеется он и уезжает.
Гнусный мерзавец!
Я в совершенно расстроенных чувствах еду обратно в офис, когда мне звонит мама. Она сочувственно охает и ахает, слушая мой рассказ, а в конце неожиданно заявляет:
— Ты просто обязана туда поехать.
  
Глава 21
 
— Мам, ты вообще слышала, что я говорила? — не могу поверить своим ушам, мама же всегда на моей стороне. Она не могла такого сказать,
— Все я слышала, — мама сопит в трубку, — но ты сама говоришь, другого шанса сделать эти бумаги не будет. А тебе надо отдохнуть, солнышко. Ну ты совсем уже синяя стала без солнца. Только над своими бумажками сидишь, не разгибаясь. Жить ты когда будешь?
 
— Прекрасно я живу, мам. Но я не собираюсь подчиняться его самодурству. Он же меня заставляет в этот отель приехать, — пытаюсь объяснить ей очевидные вещи.
— Да, подумаешь. Меня б кто так заставил. А то отец твой, вон, на дачу заставляет, а в ресторан ни разу не заставил. А я б не отказалась, если б еще в санаторий или на море заставил. И вообще, может Дима и думает, что заставляет. А на самом деле он под твою дудку пляшет и соглашение твое, как миленький, подпишет, — не сдается мама, — так что собирайся. Потанцуй, воздухом подыши, как вы там развлекаетесь сейчас.
Никак! Я мрачно смотрю на дорогу. Я никак не развлекаюсь. Я только работаю как ломовая лошадь. И, конечно, мне хочется в эту красивую сказку, но только там другие принц с принцессой. Поэтому вслух я говорю:
— Я поеду к Лерчику и там развлекусь, мам. А тут с кем мне веселиться? Я уже и не помню их.
— Ну что ты такое говоришь. А Настенька? А Игорек? Он к тебе так всегда хорошо относится, — иногда мне кажется, что во всем мире только моя мама помнит, как на самом деле зовут Васю, — да у вас там много хороших девочек было. Я помню, как на выпускном вы фотографировались.
— Мам, выпускной — это выпускной. Там все фотографируются.
— Ты не права. Там как раз решаешь, о ком хочешь помнить, — а затем мама вкрадчиво добавляет, — Ну а как же твоя цель, золотце мое? Ты же этого все время добивалась, ты столько к этому шла, столько сил потратила.
Я с силой сжимаю руль и закусываю губу чуть ли не до крови. Да уж, мама знает меня лучше всех.
Когда через несколько месяцев после развода бабушка умерла, я погрузилась на дно отчаяния. Я проиграла по всем фронтам. Мой любимый меня бросил, я работала на самой тупой и бесполезной работе, и даже бабушке я ничем не смогла помочь. Я ни на что не способна. Полный ноль.
А потом мама робко попросила у меня совета. Оказалось у бабушки в документах иногда ее фамилия была написана через «а», а иногда через «о». Это легко решается через суд. Мне пришлось собраться, чтобы написать исковое заявление и дальше заниматься этим вопросом.
В суде я и встретила Настю, которая однажды после заседания позвала меня к себе в кабинет выпить чаю. Настя спросила, чем я занимаюсь, а потом предложила работу. В жэу в нашем районе требовался юрист. Правда платят там копейки, чуть больше минималки.
Я истерически рассмеялась. Все к одному. Пока другие катаются на дорогих машинах и отдыхают за границей, мой удел одежда на распродажах и продукты строго по акции.
Настя тогда вся сжалась и дрожащим голосом сказала, что это же только начало. Зато работа у них простая, в основном типовые договоры и иски по взысканию задолженности, будет возможность постепенно все изучить и много времени на подготовку. За такие деньги они согласны взять человека без опыта. Настя и сама в суде мало получала, но у нее есть цель — стать судьей. А значит несколько лет придется потрудится так.
Мне стало очень стыдно. Настя искренне пыталась помочь, и на самом деле это был для меня шанс. Я судорожно ее обняла и прошептала спасибо.
У меня появилась цель, которая помогала мне вставать по утрам. Я добьюсь всего сама. Я сама заработаю на свою красивую жизнь. Я стану лучшей.
Я отработала в жэу год. Пока на одном из заседаний не пересеклась с председателем одной из коллегий адвокатов. Мы сцепились с ней не на жизнь, а на смерть. Я думала, что получила врага на всю жизнь. А через несколько дней она позвонила и предложила перейти к ним, сначала помощником, а потом стать адвокатом. Ей понравилось, как я работаю.
Я шла ступенька за ступенькой к своей цели. И сейчас я была близка к ней как никогда.
— Это же твой шанс показать себя, — демоном-искусителем продолжала мама, — Ты же туда хочешь. Там будут люди с большими деньгами. Дорогие клиенты и большие сделки. Ты же круглые сутки работаешь, что зарекомендовать себя именно перед ними.