Безусловный рефлекс (СИ)
Это… странно. Без истинной тяги, бушевания гормонов и запахов. Без отключения здравого рассудка, помутнения в глазах. Это… по-обычному. Почти никак.
И только мысль, что это с ним делает Эд, заставляет задышать чаще и ощутить, как кровь приливает к лицу. И не только к лицу. Внизу живота тоже теплеет, разгорается снова. На мгновение он даже забывается, издавая приглушенный звук. Эд же поворачивает его лицо, по щеке рукой и в волосы.
– Смотри на меня, – еле разборчиво говорит альфа. Тяжело дышащий, встрепанный, опьяненный совсем. Взглядом туда-сюда, будто высматривает что-то.
Джей укладывается поудобнее, руки затекли – и все смотрит ему в потемневшие глаза. Эд наклоняется ближе, придавливая своим весом. Ощущать его близость – непередаваемо. Пульсация нарастает и Джей шевелит губами, но беззвучно. Говорить… что говорить? Что ему только что сказал Эдди? Смотреть на него… Джей смотрит.
Альфа же обдает его губы дыханием. Носом в щеку утыкается и ведет к виску. Что делает? Джей чувствует его губы на скуле, оставляющие влажный след и именно в этот момент ему хочется прижать Эдди так близко, как это вообще возможно. Он дергает руки, но вспоминает, что тогда он развяжет узел. Нет… пусть будет. Пусть Эд думает, что он полностью в его власти.
Наблюдать за тем, как Эдди так сильно желает его – вот наивысшее наслаждение.
Кислорода все меньше, вдохи-выдохи глубже и неровные. В один момент Эд прекращает ласки и замирает, глаза в глаза. Джей знает, чего ожидать, но не напрягается: альфа слишком расслабил его. Разогрел.
Он ощущает, как Эд прижимается ближе, а после – проникновение. Джей застывает в ожидании боли… но боли нет. Легкий дискомфорт сразу же проходит. Это… приятно.
Он не выдерживает. Дергает руки, и с нескольких попыток освобождает, обвивая шею альфы и прижимая к себе, как хотелось. Вдыхать его запах – неимоверно яркий, и настолько же острый – дышать им. Вдох-выдох, раз за разом, успокаиваясь, привыкая к распирающей наполненности.
Эдди снова говорит что-то. И снова невнятно. Кажется, Эду хорошо. Джей перемещает одну руку в его волосы, вплетает, сжимает пряди между пальцев. Задирает голову, неровно выдыхая, когда ощущает первый толчок, несильный. Эд же касается губами его губ, вовлекая в глубокий поцелуй. Дышать теперь еще сложнее.
Новый толчок приносит больше остроты. Так, что по телу волна импульсов проходит и в голове стучит. Быстро. Это ощущение ошеломляет на миг, но Джей не успевает к нему привыкнуть, получая все новые и новые.
…Он смог.
Смог.
Это последний шаг, самый важный, самый ответственный. Теперь между ними нет преград, и тайн нет тоже. Теперь они настоящая пара. Их связь ближе истинной. Ибо их связь не врожденные рефлексы, она – доверие, уважение и любовь.
***
«Так-так-так, взяли себя в руки», – мысленно успокаивает себя Джей, расхаживая по крохотной кухоньке туда-обратно. – «Ну в конце-концов, не может же он воспринять это негативно. Или может? Что, если он посчитает, что рано? Мы первый курс едва оканчиваем, экзамены на носу, какое там… Сначала, по-хорошему, дом бы доремонтировать, обрести стабильный доход, а потом уже, все остальное».
Второй день он не находит себе ни места, ни пристанища, эмоции через верх – сначала не верил, перепроверял по сотне раз. Да разве поверишь в такое? После радовался. Сильно радовался, в подушку пищал от переизбытка чувств. Его мечта сбылась… но так рано. Он был не готов к этому.
Джей останавливается, решительно направляясь в другую комнату. Видит Эда, сидящего там же, где и раньше. На полу, опираясь спиной на кровать. А вокруг – куча тетрадей и книг. Послезавтра важная контрольная. Тот даже выходной взял, чтобы подготовиться, как следует. Эд стал ответственнее относиться к учебе. Да и ко всему остальному тоже.
За окном солнечный день. Гулять и гулять бы, но главный любитель гулянок сейчас сидит с зубрит материал. Жарко нынче – триада Цветения подходит к концу. А там экзамены, каникулы, дальше второй курс… А теперь к планам на будущее добавляется еще один пунктик. Существенный такой.
– Как ты относишься к детям? – начинает издалека Джей, нависая и садясь ему на ноги. Эд переводит взгляд с книги на него и поднимает бровь.
– К чужим никак, к нашим с обожанием, – в тот же миг черты лица смягчаются и Эд откладывает книгу, обнимая Джея за талию. – Да не парься, не будет своих, то усыновим, – альфа приободряюще гладит по спине. – Пресвятые гуси, пчеленок, только не реви. Мы с тобой молодые, так что…
– Спешу тебя обрадовать, молодой отец, – не выдерживая, Джей улыбается и говорит с придыханием. – Я беременный.
========== Экстра 3. ==========
Комментарий к Экстра 3.
Экстра от лица Иена.
За окнами западное побережье Феродии, омываемое солеными водами Необъятного океана. Где-то там, за ним, родные земли Итаны. Тоже необъятной, как думалось в детстве. А оказалось – слишком тесной, чтобы выдержать его амбиции.
Иен отрывает взгляд от окна, переводит на книгу в руках. Скучно. В этом захолустном городке на побережье, в домишке у самого океана, нечего делать. Хорошо, он хоть обучался языкам других стран, в том числе и феродийскому. Теперь работает переводчиком при посольстве. Дальше – глубже. Он почти подобрался к цели: к начальнику посольства, по совместительству одному из участников местного Совета.
Раньше Иен подбирал разные способы воздействия, тактики, но когда узнал, что тот по совместительству омега… дело стало выглядеть по-другому. С омегами проще. Они думают больше эмоционально и зачастую импульсивны. Что ему стоит привлечь к себе внимание какого-то там омеги? Все они одинаковы. Мыслят схоже, падки на сильных альф и их феромон. Добавить каплю заботы, показать надежность – и любой сдастся.
Место омеги – у ног альфы. Так с рождения твердил отец. И так считает теперь и он, все больше замечая, что идет по стопам отца. Но Тед Фахо – недальновидный и не пользуется своей властью. А ведь в силах отца было поменять мир – а тот разменялся на мелкие реформы и потакания Аори. Аори же хитрец. А так же этот омега – единственный из всех, кто заслуживает уважение.
В детстве Иен называл его папой, зная, что его родной папа погиб. Но Аори уважаем им не так за ум, как за то, что тот не мешал ему плести хитросплетение вокруг Джи, вероятно, догадываясь, кто они друг другу.
А Джи в итоге тоже оказался не промах. Не иначе, гены сыграли роль. Хоть по сообразительности Джи и близко не стоит рядом со своим папочкой… он сумел повернуть все не по планам.
Иену не верится, что Чужаков подорвал именно Джи. В последнюю их встречу, истинный вел себя холодно, но под этой мишурой Иен заметил проблески чувств. Джи омега. И этого не отнять. Как бы тот не старался быть непоколебимым, он такой же эмоционально неуравновешенный, как остальные представители его пола. На этом можно было бы сыграть. Жаль, обстоятельства оказались сильнее. Будь они там вдвоем, без наемников, Иен бы нашел способ растопить этот мнимый «лед» в Джи. Чуть напора, феромона, сладких словечек – и омега бы оттаял.
Но что-то поменялось в Джи тогда. Вырос. И правда повзрослел. Стал еще красивее, настолько, что теперь его образ постоянно снится. Джи стал смелее. И самостоятельнее. Но убить его не смог, а это значит, эмоции снова взяли верх.
«Как бы он не брыкался, в итоге все равно будет моим», – хмыкает Иен.
И его совершенно не волнует запрет показываться в Итане. Не волнует расстояние между ними и то, что у Джи кто-то там есть. Кто-то… жалкое подобие альфы, которое и альфой назвать нельзя. Высокомерный выскочка, а на деле бесхребетный. Таких Иен ломает в три счета. Это же как Джи отчаялся в попытках убежать от него, что кинулся к настолько низкому существу?
А хотя, и тут ясно. Таким «альфой» легко манипулировать. Джи и им пытался управлять когда-то. Только манипулятор из Джи никакой. Омега слишком наивен – как и любой, впрочем – чтобы управлять самому. Их удел – подчиняться.
А то, что Джи противится, зубки показывает, начитавшись что-то там про равенство – глупость та еще. С возрастом, истинный сам поймет, насколько глупы его «правильные» убеждения, и насколько они непрактичны в современном мире.