Опасные игры с реальностью 2 (СИ)
Самый короткий путь к храму Аолис лежал мимо миссии «Око Наирлесс», и у меня еще возникла мысль, подойти к воротам и спросить у воина порядка, не заходила ли недавно в миссию госпожа Элиан. Ведь она вполне могла сначала заглянуть сюда, например, взять деньги — большая часть ее сбережений по-прежнему хранилась здесь в сейфе. И я бы, непременно, подошел к воротам миссии, если бы не паренек лет двадцати пяти, спешно идущий мне навстречу. Паренек явно запыхался после недавнего бега, но не это привлекло мое внимание, а кроссовки Reebok на его ногах. Хотя он двигался мне навстречу, направлялся явно не ко мне: все это время с каким-то нездоровым интересом поглядывал то на здание и ворота эльфийской миссии, то опасливо озирался, будто опасаясь погони. Он явно был из наших, даже без кроссовок на его физиономии проступала типичная гаянская ухоженность. И у меня возникло подозрение, что паренек имеет отношение к Сынам Велеса и Лесовскому. Спросить его напрямую, означало бы выдать себя, поэтому, когда мы сблизились до нескольких шагов, я спросил так:
— Здравия тебе! Не подскажешь, как пройти к порту? Не туда меня направили какие-то недобрые людишки.
— ДЖиПиЭс включи, мудак еще! — паренек сердито зыркнул на меня, бросил взгляд на ворота миссии и воинов порядка, стоявших там.
Когда я уже хотел ответить ему взаимной грубостью, он обернулся еще раз и вдруг побежал. «А в самом деле мудак! Тупо было вообще обращать на себя внимание», — пронеслось в голове. — «Разумнее было проследить за ним, ведь он мог вывести к Сынам Велеса. С другой стороны, у меня на это нет времени — нужно поторопиться к храму за Элиан».
И тут я увидел саму Элиан: она шла по тому пустынному проулку, на который озирался мой земляк в Reebok. И что-то с ней было не так. Почти бегом я направился к эльфийке. Уже издали заметил, что блуза ее разорвана, и любовница моя как-то неестественно прижимает к себе правую руку.
— Дорогая, случилось что⁈ — я подбежал, хотел ее обнять, но не решился: на правой руке эльфийки от локтя до запястья багровел глубокий порез, и разорванная блуза ниже груди была мокрой от крови. — Давай скорее в миссию! Давай я тебя понесу!
— Нет, Серж! Нет! Подожди! — она остановила меня резкой отмашкой левой руки. — В миссию не пойдем! Какие сволочи! Я не смогла его догнать. Сандалии порвались невовремя.
Я опустил взгляд и увидел, что левая нога ее босая.
— Черт с ним! Наирлесс покарает его! Авий заберет! — грозно прокричала она. — В миссию не надо идти! Не хочу, чтобы меня видели такой!
— Что все-таки случилось? — я повернулся в сторону улицы, по которой сбежал парень в кроссовках, понимая, что он замешан в бедах Элиан, но время упущено и его уже не догнать.
— Серж, я его убила. Одного сожгла. Идем сюда… — она повернулась, чтобы пойти в сторону храма Аолис.
Две эльфийки, в сопровождении аштума в широких шароварах, наверное, служившего носильщиком, мигом посторонились, отступая к железной ограде особняка. Вид Элиан явно напугал их. Одна из эльфиек что-то спросила Элиан на южно-леадорском диалекте — я не понял ее и не понял, что ответила Элиан.
— Уверенна, что нам нужно вернуться? — спросил я, пропуская незнакомых эльфиек. — Ты серьезно ранена. Нужно остановить кровь, скорее перевязать руку. У тебя здесь тоже рана? — я осторожно коснулся ее руки, питаясь заглянуть в разрыв ее окровавленной блузы.
— Да, у него был нож. Очень больно! Серж, идем сюда, — она все же направилась к храму леадорской богини Любви и Возрождения, и через несколько шагов пояснила: — Там есть лавка целебных зелий. Может, знаешь «Божественный дар»? У тебя есть с собой деньги? У меня всего 20 лекр и 15 рублей. В миссию заходить очень не хочу.
— Примерно рублей 40 было, — я прикинул, сколько осталось в кошельке со вчерашнего ужина. — А сколько нужно? И расскажи мне, что все-таки произошло.
— Я подходила к миссии, смотрю двое каких-то странных, стоят под деревом, показывают на миссию и тихо переговариваются. Я не собиралась заходить в «Око» и пошла дальше. Потом почувствовала, что они догоняют меня, и один еще издали спрашивает… Подожди, — она остановилась и наклонилась, морщась от боли. — Серж, как больно! Мэрэилин, дай мне силы! Кричать хочется! — эльфийка запрокинула голову то ли взывая к богине, то ли творя какой-то лечебный спелл. — В общем, спросил один, где я взяла джинсы. Грубо так спросил. Я сказала, что не их дело, и чтобы они не смели так со мной разговаривать. Один, прыткий такой, неожиданно уцепился за руку и потащил в проход между домами. Угрожал, если не скажу, то убьет. Думал, что я испугаюсь. Я активировала магию и очень захотела его сжечь. Пока я выпускала «Ярость Огня», он успел порезать мою руку и по ребрам прошелся.
— Бок глубоко порезал? — озаботился я.
— Не настолько, чтобы убить. Он здесь, — за кустами олеандра, Элиан свернула к промежутку между домами и указала на что-то черное, лежавшее на земле.
Подойдя чуть ближе, я увидел обугленный труп.
— Второй убежал, — сообщила эльфийка.
— Черт с ними. Идем скорее к той лавке, — решил я.
Вот так: мои мысли, что носить гаянские вещи здесь не всегда полезно, получили подтверждение. Теперь я еще яснее понимал: эти ребята были моими земляками и очень вероятно имели отношение к Сынам Велеса, а значит к нападению на жилище Ставрова. Но сейчас все это не имело большого значения — меня заботила лишь сама Элиан. Я слышал, что в западной части Эльфийского квартала, недалеко от храма Аолис, имелась лавка целебных зелий из Леадора. Зелий очень дорогих и насколько же эффективных. Уж в их силе я убедился, в первый день знакомства с Агашимаей, когда она умирала от чудовищных ран, оставленных троллем. Ранения Элиан — сущие царапины для этих зелий, если они только есть здесь в продаже. Названий я не помнил. Знал лишь, что цена за флакон доходит до 150–200 рублей или 100–130 лекр, если леадорской монетой. И еще эти зелья всегда были в дефиците — их не продавали всем желающим. Как правило, леадорцы продавали только своим.
— Элиан, детка, нам не хватит денег, — заметил я, глядя на нее с огромным сожалением. — Знаешь сколько стоят эльфийские зелья?
— А ты как думаешь, знаю я или нет? — она снова поморщилась от боли, ступая по брусчатке неловко одной босой ногой, другой пока еще в сандалии. — Конечно, нам не хватит даже на один флакон «Небесного Лекаря», но Ирелин меня хорошо знает, он даст в долг сколько я пожелаю. Завтра верну деньги.
— Элиан, пожалуйста прости меня. Хочется тебя обнять, и больно что я не могу этого сделать, — я слегка коснулся ее плеча.
— Я тебя уже простила. В тот момент, когда увидела, что ты бежишь ко мне. Значит, я для тебя в самом деле что-то значу, — она споткнулась о неровность брусчатки и я едва успел подхватить ее за здоровую руку. — Но это вовсе не отменяет разговора о тебе и княгине Славиной — к нему мы потом вернемся. Просто не хочу сейчас терпеть еще одну боль.
Я не стал ее спрашивать, зачем она хотела попасть в храм Любви и Возрождения. Если пожелает, скажет сама. Свернув за угол и пройдя еще шагов сто, мы оказались возле лавки «Божественный дар». Хозяин, имя которого Ирелин, едва не закричал, увидев в дверях окровавленную Элиан. Он замер с широко открытым ртом, набрав в грудь запас воздуха, а потом, словно сдуваясь, выдохнул:
— Светлейшая госпожа Олли Уэсси!.. Что же с вами⁈
— Напали два мерзавца! Пожалуйста, нам нужны самые сильные средства для заживления! — попросил я, провожая эльфийку к табурету возле невысокой этажерки.
— Конечно, конечно! — леадорец тут же зазвенел отмычкой и выдвинул ящик в дальнем шкафу.
— Ирелин, я извиняюсь, но при мне нет денег. Завтра вам занесу, — присаживаясь, сказала эльфийка. — Мне одну склянку «Небесного Лекаря». Или предложишь что-то лучше?
— Есть еще «Саандис», но «Небесный Лекарь» лучше. Тем более у меня партия из Алатара, — лавочник быстрым шагом подошел к Элиан, протягивая ей флакон с густо-синей жидкостью, в которой мерцали, вспыхивали золотистые искры.