Опасные игры с реальностью 2 (СИ)
Помешательство Агаты началось сразу, как она очутилась на кухне. Коша завизжала от восторга, хотя к этому не было никаких причин, и набросилась на меня, желая покрепче обнять и расцеловать. На улице Агатушка вела себя и вовсе неадекватно, настолько, что я несколько раз думал прекратить прогулку и вернуться к чертовой матери на Флагрум. Кеошерийка, вскидывала лапы к небу и издавала вовсе не человеческие звуки, воздавая молитвы кеошерийском богам. Разумеется, прохожие шарахались в стороны: кто-то в ужасе озирался, а кто-то, давясь смехом, снимал это представление на мобильник. Особо нелепо эти сцены выглядели от того, что Агашимая была наряжена в длинное черное платье и никаб, и ее поведение слишком ломало образ скромной мусульманской девушки. Нам с Элиан стоило большого труда, чтобы уговорить ее прикрутить свои эмоции. Еще имелись большие опасения, что на нас обратят внимание не только прохожие, но и полиция. Ведь вероятность того, что меня с Элиан разыскивают после шумной заварухи у отеля «Москвич», была стопроцентной. Если я кое-как изменил свой облик, то шапочка, едва прикрывавшая ушки эльфийки, была хреновой маскировкой — Элиан могли вычислить очень легко.
Из-за этих беспокойных мыслей в первый визит вместе с Элиан и кошей на Гаю, я ходил в состоянии близком к инфарктному, но слава Системе — обошлось без «Стоять! Полиция!». Даже в тот момент, когда, поворачивая за угол, мы совершенно неожиданно столкнулись нос к носу с полицейским патрулем, оба стража порядка обернулись лишь посмеиваясь над странным видом моих дам. А ко второму и третьему визиту коша обвыклась, московские чудеса уже не сносили ей крышу, и уже без особого стеснения мы с ней ходили в торговый центр, даже ездили на метро, чтобы сдать горстку эльфийских монет Илье Яковлевичу. Мне были нужны не столько российские рубли, сколько наполнение «Актива», потому как из-за страсти моих дам к прогулкам по Москве, «Актив» стремился к нулю.
Еще частота наших визитов на Гаю, связана с тем, что я поставил цель, побыстрее отдать долг княгине. Ольга меня об этом не просила. Я даже уверен, что возврат долга может ее обидеть, но все же я решил отдать. Во-первых, не хотелось и дальше «альфонсировать» на моих девочках. А во-вторых, на этом настояла Элиан, когда узнала, что новая квартира снята за счет займа у Ольги Васильевны. Эльфийка была полна решимости отнести во дворец свои деньги, но я ее отговорил, и решил, быстренько заработать нужную сумму, превратившись на пару дней в этакого купца-коробейника, одновременно отрабатывая обещания, данные Уветичу. Бизнес мой выглядел так: мы с Элиан и Агатой шли в «Перекресток», который по соседству, там я набирал десятка три пакетов молотого кофе, для разнообразия кофе растворимого и какао. Попутно эльфийка и Агата носились по магазину, с диким восторгом разглядывая товары на полках и складывая в тележку всякую ерунду, которая привлекла красивой упаковкой. Правда большую часть выбранного ими товара я отбраковывал прямо в магазине, заставляя девочек отнести на прежнее место. При этом стоило большого труда, убедить их, что «это» — полная херня, лишь красивая с виду, а по содержанию в достатке имеющаяся на Флагруме. Ну, например, консервы или творожки с йогуртами — на кой хрен их переть в Вятич?
Затем мы с огромными пакетами топали домой, и там случалась основная часть нашего мистического таинства: перенос товара с Гаи на Флагрум. Я обкладывал пакетами сначала кошу, плотно приматывая ее скотчем, затем такая же участь ждала Элиан. И потом уже Система перемещала нас на Флагрум с опцией «Улучшение параметров перемещаемого субъекта». Хотя даже при «улучшенных параметра» у нас дважды пропадала часть товара — не вписывалась по объему. Первый раз из-за этой оплошности мы изрядно уделали пол в доме Коробова растворимым кофе — коричневый порошок так и посыпался из пакетов, срезанных «неведомой силой».
Последний наш визит на Гаю состоялся, знаете с кем? С Уветичем! Рыжебородый аферист все-таки упросил Элиан заменить ее. Поскольку Уветич в союзе с Коробовым озаботились открыть первую на Флагруме кофейню, я решил поводить его с Агатой по московским забегаловкам. Самым разным, имевшимся в округе: заходили и в узбекскую чайхану, и в «Шоколадницу» и даже в KFC, когда путешествовали по торговому центру. Разумеется, глазки у купца разбегались. Даже очень наслышанный о чудесах Гаи от Агаты, Марсим восторженно топырил бороду и приговаривал:
— Ну, да, ну, да! Вот это дела! Вот это бизнес! — последнее слово он подхватил от меня, и теперь вставлял его не в тему очень часто.
Агата на свою голову научила его фотографировать на смартфон, и, гуляя по Москве, Уветич постоянно выпрашивал у нее мобильник, снимал на право и налево всякую ерунду. Особое внимание он уделил съемкам интерьеров кафе. Но это вообще-то правильно, если Марсим вместе с Коробовым решили открыть в Вятиче кофейню в гаянском стиле, то такой визуальный материал будет вполне полезен. Уже на основе этих фото можно создать действительно необычное для княжества заведение не только по содержанию меню, но и по оформлению и самим сервисом.
А вот коша в наш четвертый вояж преподнесла мне очень нервный сюрприз. Вышло так что, нагулявшись вволю по торговому центру, накупив всякого милого Марсиму товара, мы поднялись на четвертый этаж, перекусить в фуд-корте. В этот раз я выбрал KFC, потому как Агата влюбилась в их острые крылышки. Ножки и нагетсы тоже оказались ей по вкусу, настолько, что мне казалось, она не против пустить в ход баллоки, чтобы заполучить их. Пока я ходил за Колой возле нашего столика что-то произошло — об этом я догадался по возгласам и маленькой суматохе за спиной. Когда повернулся, сам едва не издал вопль негодования: Агашимая нахально грызла куриную ножку, сняв с головы никаб, ухмыляясь и с исключительным удовольствием зыркая по сторонам хищными зелеными глазищами. Уветич, как ни в чем не бывало тоже лопал ножку, не совсем понимая причин переполоха за соседними столиками. А народу было из-за чего всполошиться: московская публика весьма непривычна к явлению существ с головой, сочетающий кошачьи и человеческие черты сразу. Какая бы симпатичная мордашка у коши не была, она весьма всполошила гаянцев. А лапы кеошерийки, выпустившие длинные коготки, в куриную ножку — тоже, знаете, явление не слишком ожидаемое. Пожилая женщина, держа мальчишку за руку попятилась к эскалатору. Девушка за столиком низко висящим светильником от удивления пролила на себя кофе. Ее соседка взвизгнула. Парень вскочил и начал отчаянно фотографировать кеошерийку, а Агатушка, выхватив из картонной корзины еще одну куриную ножку, мило улыбалась ему, то подмаргивая, то демонстрируя свирепый оскал.
— Твою мать! — подбегая, вспылил я, и тут же рассудил, что правильнее будет сгладить ситуацию. Я повернулся и громко вопросил: — Ну что за нездоровый интерес? Мы из Мосфильма. Актриса в гриме вживется в роль. Не надо так пялиться! Дайте возможность ей поесть! Целый день мучили на съемках!
— Да она с Флагрума! — крикнул паренек из группы за длинным столиком у края террасы. И пояснил: — Игра есть такая.
— Именно! — согласился я. — Фильм как раз снимаем по мотивам игры.
После чего я подошел к коше и демонстративно натянул ей на морду никаб и сердито произнес:
— Агатушка, какого хрена ты творишь⁈ Зачем же ты меня, подставляешь⁈ Ты понимаешь, что я могу из-за этого стать сначала героем очень скверных новостей, а потом предметом интереса полиции и еще более опасных структур?
— Серж, ну прости. Жрать захотелось, а в этих тряпках неудобно, — начала объясняться кеошерийка.
Как ее не простить? Моя самая сердечная подруга. Ради нее все могу перетерпеть. В общем доели мы содержимое баскета, попили Колы. Кстати, я не люблю эту химическую гадость, а Уветичу, и Элиан, и даже Агате это пойло нравится. В общем, попили, поели и пошли ко мне домой, с тяжелыми пакетами всевозможных покупок, чтобы сразу перенестись на Флагрум.
А на Флагруме меня ждал сюрприз, не так чтобы слишком, но все же: минут через двадцать после нашего возвращения в наш дом — тот самый, выделенный добрейшим господином Коробовым — явилась Латея вместе с Радигором. Зашла так неожиданно, что я даже опешил. Прошлась по гостиной, все оглядывая с задумчивой улыбкой и констатировала: