Дружба народов (СИ)

Но пока приходилось всех смутьянов обходить стороной. Если только я не замечал красный контур вокруг тела…
Тогда мы с Кэт и Славкой подкрадывались, чтобы выбить противника из темноты. К счастью, патронов с собой было достаточно, да и больших групп нам почти не встречалось. Ну а враг куда чаще предпочитал не сражаться, а бежать. Особенно, когда по нему открывали стрельбу, прячась во тьме.
Пока двигались в сторону Второго рынка, умудрились выбить девять «красных» охотников. И даже СИПИН, до этого долго молчавший, снова подал голос:
— Осталось тридцать три человека, Вано. Постарайся побыстрее с ними покончить!
— Нас всего трое! — ворчливо напомнил я.
— Те, кто получил задание, не ходят большими группами! — ответил инструктор.
Подходя ко Второму рынку, мы наткнулись на несколько организованных групп, которые явно удерживали какую-то территорию. Я честно попытался с ними поговорить, но общаться со мной никто не пожелал. А на одном из постов даже выстрелили из арбалета, из-за чего пришлось экстренно укрыться за ближайшей капсулой.
— Эй! Бойцы! Вы там совсем ополоумели? — поинтересовался я.
— Мимо проходи! — ответили мне.
— Вы кто такие? Из какой группы? — попытался я наладить контакт.
— Да пошёл ты! — контакт не наладился.
Я повернулся к Славке и Кэт, сказав уже тише:
— Чего-то мне это надоело… Отходим и бьём из темноты. Но бережно, по ногам!
— Сам стрелять будешь! — Кэт протянула мне винтовку. — Не хочу врагов себе наживать…
— Как скажешь! — не стал я спорить.
Арбалет — хорошая штука, если вокруг все с арбалетами. Но когда появляется кто-то, вооружённый винтовкой, арбалет становится штукой бесполезной. К тому же, наши противники совершенно по-глупому сидели, не прячась, на освещённом пространстве. И когда я начал стрелять, они даже не сразу поняли, что происходит.
Из четырёх дозорных лишь двоим удалось оперативно спрятаться в темноте. И оба они были вооружены не арбалетами. А их товарищи орали, катаясь по земле и держась за простреленные коленки. Когда я вышел в круг света, то сходу схватил одного раненого за ногу и потащил прочь. В этот момент один из дозорных, которые спрятались, попытался кинуться ко мне… И тоже упал с простреленной ногой. На этот раз, судя по всему, помогла мне Кэт.
Оттащив пленника подальше, я присел рядом с ним, достал нож и проговорил:
— Давай всё сразу проясним? Меня зовут Вано. Я глава группы. А ты выстрелил в меня из арбалета! — я внимательно посмотрел в глаза пленнику. — Да, я запомнил, что это был именно ты. Думаю, никто не будет против, если я просто тебя за это прирежу…
— За меня отомстят! — сообщил мне пленник.
— Кто? Твои приятели с арбалетами? — уточнил я.
— Моя группа! — зло сощурив глаза, ответил раненый.
— Итак, возвращаемся к моему предыдущему вопросу… Из какой ты группы?
— Никакой…
— Значит, и мстить за тебя никто не будет! — решил я, подаваясь вперёд.
— Я из группы Вадима Шахова! — сразу же разоткровенничался пленник, дёрнувшись и заскулив от боли в ноге. — Вадим… Знаешь такого?
— А теперь скажи мне, дебила ты кусок… Почему вы сразу мне не ответили, а начали стрелять? — задушевно заглянув ему в глаза, спросил я.
— Ну… Нам сказали никого не пускать. Мы и не пускали… — ответил тот обиженно.
— А сказали бы со скалы прыгать? Прыгнул бы? — поинтересовался я.
Пленник промолчал. На этот вопрос вообще стоит отвечать только, если ответ «да». В любом другом случае лучше промолчать, чтобы не светить своей глупостью.
— Сейчас я дотащу тебя до круга света и дам «лечилку», — сообщил я пленнику. — Ты выползешь к своим и начнёшь кричать, что Вано требует переговоров с лидерами вашей группы. Кто там был? Полкан? Вадим? А если через десять минут переговорщики не объявятся, буду считать, что вы присоединились к «кукушатам». Всё ясно?
— Ясно… А можно аккуратнее меня тащить?
Переговоры прошли относительно гладко. Четыре небольших группы, умудрившихся взять под контроль Второй рынок, не захотели идти на конфликт с нами, а потенциально и с группой Вити. Тем более, им уже успели донести, что у нас с собой огнестрел имеется.
 
Как и сказал Борода, глав групп звали Полкан, Раппопорт, Пепел и Вадим. И само собой, ни к каким «кукушатам» они не присоединялись. После драки в амфитеатре и бегства к своим — почти сразу отправились мстить. Но, натолкнувшись на сопротивление в районе навеса, где обычно проводился Малый Совет, быстро откатились к рынку.
Назвать точное количество противников в той стороне нам не смогли. Поэтому пришлось идти самому и проверять… Бойцы «кукушат» перекрыли три прохода, которые вели от амфитеатра и навесов Малого Совета в сторону их лагеря. На каждом сделали небольшую баррикаду, но защитников там было мало. С этой стороны они никого, похоже, не ждали.
На обратном пути вместе с Кэт и Славкой отклонились от маршрута, следуя за шестью стрелочками. За амфитеатром я обнаружил группу из четырёх мужчин и двух женщин. Мужики сидели в засаде, а девушки стучали в двери какой-нибудь капсулы, прося их пустить и спасти…
Сам собой, как только кто-то сердобольный открывал дверь — на него сразу же нападали мужчины, сидевшие в засаде. Пока мы подкрадывались, успели пронаблюдать весь процесс выманивания…
Я подозревал, что капсулы выбирали по тому же принципу, как я сам выслеживал этих охотников. Затем компания отходила, и мужчины начинали весело гикать, свистеть, хохотать и улюлюкать, а девушки — испуганно кричать. И делали это громко, чтобы внутри капсул их вопли было слышно.
Затем девушки бежали к выбранной капсуле, барабанили в дверь и умоляли пустить их. Причём девчонки были вполне себе симпатичные. Ещё и выглядели безобидно и жалко: порванная майка на одной, кровавая ссадина на лбу у другой. Вокруг никого больше видно не было, и хозяева некоторых капсул поддавались на уговоры. Если не все, то часть уж точно…
У нас на глазах какой-то мужчина открыл свою капсулу и, нервно оглядевшись, показал девушкам, чтобы быстрее заходили внутрь. А те вместо того, чтобы юркнуть в укрытие — наоборот, встали так, чтобы «спаситель» не смог закрыть дверь. И когда их подельники подбежали, мужчина только и мог, что умолять о пощаде…
Именно этой жертве повезло. Пока шестеро «охотников» решали, кому достанутся баллы за убийство, я, Кэт и Славка подошли совсем близко. Не мешкая, я открыл стрельбу из револьвера, а мои спутники страховали меня на случай, если промахнусь. Кэт, правда, не удержалась и подстрелила двух девушек-«охотниц»…
Я её не осуждал. Понимал, что подлость, с которой действовали эти ребята, была запредельная. К тому же, мне самому было сложно заставить себя стрелять по женщине. Даже такой подлой.
Мы ушли, не слушая благодарностей спасённого мужчины. Просто побыстрее затолкнули его обратно в капсулу, сказав больше никому не открывать. Ночь подходила к концу, и надо было спешить.
Дневник Листова И. А.
Сто восьмидесятый день. Кровавый рассвет.
Стихийные бунты часто вспыхивают на закате. И часто заканчиваются утром следующего дня. Уставший после трудового дня человек легче идёт на конфликт. А вот бессонная ночь, даже проведённая на адреналине, нередко заставляет под утро валиться с ног.
За ночь я успел найти многих глав групп, вышедших на тропу войны. С большинством удалось договориться и объединить усилия. Атаковать позиции «кукушат» решили под утро, со стороны амфитеатра.
Почему-то самые жёсткие бои шли на севере города. Именно там сосредоточились почти все бойцы в деревянных касках. А вот с юга их позиции были прикрыты плохо.
Из пяти десятков стрелочек гореть осталось лишь одиннадцать. И все эти «охотники» находились где-то среди врагов.
— Они не двигаются и не выполняют свои задания! — сообщил мне СИПИН, когда я поинтересовался, надо ли заканчивать задачу. — А утром будет уже поздно. Так что, если кто-то из них останется жив — ничего страшного не случится.