Читер (СИ)

Я молчал.
— Впрочем, уже не важно. Потому что, как я уже и сказал, проект завершен. Ты опоздал. Скажи, ты не заметил ничего не обычного после Погружения в Длань Бога?
Я покачал головой, на большее мое цифровое тело, парализованное неизвестным плагином, было не способно.
— Давай подскажу: ты ощутил что-то необычное, чего никогда не чувствовал при посещении других игр.
— Да, — вспомнил я. — Мне захотелось остаться в этой игре.
— Верно. А знаешь почему?
— Потому что… вы использовали Умфазенд.
— В точку. Использовали. Два дня назад. И он прекрасно работает. Возмущение системы при этом выдал не сильнее, чем при мелком читерстве. Число игроков уже увеличилось, при этом многие играют сутки напролет, не желая покидать проект.
— Но ведь подобное чревато. Мозги людей могут не выдержать.
— Не делай из нас маньяков, готовых идти на человеческие жертвы ради собственной выгоды. В любом деле главное — не переборщить. Мы все рассчитали, у людей будет вырабатываться зависимость, но не фатальная. Они не станут овощами, не сойдут с ума, но всего-навсего всем сердцем полюбят Длань Бога, а впоследствии и другие наши игры.
— Почему тогда вы не закрыли эту локацию, раз все закончено? Почему по-прежнему находитесь здесь?
— Почему?.. Хороший вопрос. Но я не отвечу тебе на него. Потому что и так многое рассказал.
— Тогда к чему все это? Зачем было посвящать меня в злодейский план?
— О, я вовсе не злодей. — «Цезарь» остановился прямо передо мной. — Я лишь стараюсь выжить в нашем тяжелом мире… Скажи, кто тебя послал?
— Не знаю. Женщина, работает в руководстве Старлайта. Ко мне приходила не сама, а посылала Мэвила. Имени не называла, корпорацию, которую представляла — тоже.
— Занятно. Впрочем, уже не страшно. Теперь поговорим о тебе. Как, наверное, ты уже понял, тебя настигло фиаско. Не трудно догадаться, что в скором времени я тебя сдам службе безопасности.
Мне почему-то вспомнился недавний сон. Неужели он оказался вещим?
— Но… я всегда даю людям второй шанс. Поэтому предлагаю поработать на меня. На бывшую работу тебе вернуться уже не удастся, оставаться в бегах, я думаю, ты тоже не хочешь. Твой заказчик провал не примет и пошлет на все четыре стороны, если не сдаст правосудию. Люди с твоим опытом мне не помешают. Поэтому у тебя остается только один путь — вступить в ряды нашей корпорации. Сильной и процветающей. А возможно даже единственной… в будущем. Решайся.
Так вот чего он хочет. Абсолютную монополию.
— Ты сам сказал, что у меня нет выбора. Я согласен.
— Это правильное решение.
— Теперь отпусти меня.
— Не так быстро. Ты же понимаешь, что я не идиот. Твое согласие еще не означает, что ты по-настоящему принял решение. Как только я тебя освобожу, то ты сразу же или нападешь на меня, или же попытаешься сбежать. Не отвечай, я знаю, что это так. Поэтому… — он снова поднял трость и поднес к моему лицу. — Ты должен принять решение по-настоящему. Осознать его и принять за истину. Понимаешь? Ты. Должен. Принять. Решение.
Его слова действовали убедительно. Трость — это какой-то сильный плагин, действующий на сознание и подавляющий волю. Теперь сомнений в этом не было. Потому что я… я…
Мысли стали путаться, теряться. Я. Должен. Принять. Решение. Только это сейчас имело значение.
Я должен поверить руководителю Старлайта. И я… поверю ему. Наверное, поверю. Потому что его словам хочется верить.
Он предлагает неплохой вариант. Другого пути у меня действительно нет. Очень скоро его корпорация взойдет на Олимп и безраздельно будет править умами миллионов людей. И я буду в числе победителей.
Потому что не хочу быть побежденным.
— Я принял решение, — прозвучал мой голос. Я как будто наблюдал за собой со стороны. Неужели меня выбросило из цифрового тела? Тогда почему я не очнулся в вирткапсуле?
— Вот сейчас я тебе верю. Теперь можно снять оковы. — «Цезарь» махнул тростью, как волшебной палочкой, и тело мое обмякло. Руки опустились, если бы не личностная привязка, Импровизатор выпал бы из рук. Шевелиться я мог, но делать этого совершенно не хотелось. Я как будто потерял все силы. Странное ощущение. Обычно в играх чувствуешь себя чемпионом.
 
Мысли еще крутились в голове, но крутились медленно, неохотно. Как такое возможно? Выходит, не только Умфазенд способен влиять на сознание. Есть у руководителя Старлайта и другой мощный плагин с подобной функцией. Эта его трость — все дело в ней.
И тут я заметил, как заблестели в превосходстве глаза «Цезаря». Этот ублюдок привык побеждать. А главное — он любил это делать.
И меня пробрала ярость. Какого черта я ничего не делаю? Я ведь пришел сюда не за тем, чтобы в очередной раз проиграть! Кокон транса, вызванный плагином-тростью, опутывал мое сознание, не давал пробиться истинным мыслям и желаниям. Все, что со мной сейчас происходило, — не мое решение. Мне его навязали. В глубине сознания я понимал это, но нечто потустороннее твердило обратное.
Но я боролся. Не знаю, что сейчас происходило с моим телом в вирткапсуле. Наверное, я испытывал невыносимую боль. Почему? Потому что даже здесь, в виртуале, я начинал ее чувствовать.
Но я все же пересилил это странное нечто, пытающееся подавить волю и приглушить крик сознания. Ярость пробила навязанную искусственную преграду.
Рука с клонером резко подалась вперед и ударила точно в набалдашник трости. На черной поверхности плагина-копировальщика мигнула красная точка. Запись пошла.
— Что ты… ты теперь работаешь на меня! — повысил голос «Цезарь».
Подрагивающей рукой я поднял Импровизатор и направил дуло в лицо руководителю Старлайта. Он попытался вырвать трость, но та словно прилипла к клонеру в моей руке. Красная точка стала зеленой.
— Не порти себе жизнь. Ты. Работаешь. На меня, — вкрадчиво произнес «Цезарь», но тень страха все же промелькнула в его глазах.
— Нет, я работаю только на себя, — покачал головой я и нажал на спусковой крючок.
  
Глава 15
 
Находясь еще в игре, я заметил, что со мной творилось что-то неладное. Когда же вышел в реал, то понял, что это неладное переросло в настоящую беду.
Боль сжимала голову раскаленной короной. Меня мутило и корежило, как конченого наркомана. С усилием альпиниста, в одиночку покоряющего Эверест, я вылез из вирткапсулы и повалился на пол. Кровь фонтаном брызнула из ноздрей, будто кто-то всадил пулю мне в затылок. Худые руки не выдержали вес тела, я и рухнул лицом в скользкую теплую лужу. Глазной имплант был включен, поэтому мир передо мной окрасился в красное. Как бы я хотел его выключить, но сил на это не хватало.
— Твою ж мать! — в ужасе прошептал владелец клуба. — Что с тобой опять?
В голове гремели тысячи колоколов. Боль пульсировала и нарастала.
— Сначала наблевал, теперь все кровью залил! В следующий раз что, под себя сходишь?
Я хотел ему ответить что-нибудь язвительное, но мог лишь беззвучно шамкать губами и стонать. Сердце колотилось с такой силой, что еще чуть-чуть и разорвется. На уши давило изнутри, словно в голове разрастался огромный пузырь, и я б не удивился, если бы узнал, что из них тоже полилась кровь.
Мысли хаотично вертелись в голове, ударялись, сцеплялись и снова отскакивали друг от друга. Постигровой синдром или что-то похуже? Что со мной произошло, я не понимал, но догадывался, что виной всему плагин «Цезаря», та самая трость со сверкающим набалдашником. Код которой я скопировал.
Я оттолкнулся от пола и… поднялся. Начал выпрямляться, пошатнулся и ухватился за борт вирткапсулы, едва снова не рухнув на пол. Голова пошла кругом, правый «глаз» помигивал, в левом заискрили помехи. Владелец клуба подошел ко мне, сказал:
 
— Я вызываю медиков. Не хватало, чтобы ты сдох прямо здесь.
— Не нужно, я сейчас приду в норму, — чуть качнул головой я и пожалел об этом — боль сжала мозг еще сильнее.
С трудом вытащил пи-накопители из вирткапсулы и убрал во внутренний карман плаща. Боль гудела во всем теле, но, казалось, что в голове был ее эпицентр. На губах почувствовал что-то мокрое и теплое, дотронулся и поглядел на пальцы — они были в крови.