Триумф и трагедия императора
В годы войны Тарле завершил большое исследование «Крымская война», удостоенное в 1943 году Государственной премии I степени. По словам академика Н.М. Дружинина, «Крымская война» читалась с одинаковым интересом и в тылу и на фронте.
Последние годы жизни Е.В. Тарле были отданы работе над задуманной им трилогией «Русский народ в борьбе с агрессорами в XVIII–XX веках». Но смерть учёного в 1955 году не позволили ему завершить начатый труд. «Е.В. Тарле прожил большую и, можно сказать, счастливую жизнь, — писал известный историк А.С. Ерусалимский, — он познал радость огромного творческого труда, радость первооткрывателя новых исторических материалов, радость публициста», отдавшего своё перо служению народу.
Счастливая судьба и у многих произведений Тарле, среди которых талантливая книга «Наполеон».
Личность Наполеона привлекала не только учёных. О нём писали государственные и политические деятели, знаменитый писатели и поэты. Многие политики подражали ему, некоторые мечтали повторить его попытку мирового господства. Быть похожим на Наполеона старался Гитлер, поставивший своей целью добиться того, чего не удалось французскому императору. Параллели с Наполеоном импонировали Сталину, у которого на этой почве существовало, можно сказать, некое ревнивое отношение к объекту подражания. Сталин насмехался над наполеоновскими претензиями Гитлера, а в одном из своих выступлений в период Великой Отечественной войны с сарказмом подчеркнул, что фашистский диктатор похож на Наполеона, как котёнок на льва.
Французский поэт Огюст Барбье, обращаясь к образу Наполеона, трактует его как проявление стихийных сил природы. Он сравнивал Францию с дикой и гордой лошадью, которая согласилась нести на себе честолюбивого юношу, совершившего много чудесных и удивительных подвигов. Но маленький корсиканец так укротил благородное животное, что оно забыло о том времени, когда было диким и свободным. А седок между тем, не зная меры, всё погонял и погонял лошадь, пока она не сбросила его и не пала сама.
Трагически противоречивым и монументальным, как гипертрофированное сочетание добра и зла, предстаёт перед нами «могучий баловень побед» в знаменитом стихотворении А.С. Пушкина «Наполеон». «Великий человек» и «тиран» — это одно и то же лицо.
Над урной, где твой прах лежит,
Народов ненависть почила
И луч бессмертия горит.
Пушкинский Наполеон — не каприз природы. Он дитя Великой французской революции, но и её же могильщик. Вот ключевые строки к пониманию образа «великого человека»:
…Тогда в волненье бурь народных
Предвидя чудный свой удел,
В его надеждах благородных
Ты человечество презрел.
В своё погибельное счастье
Ты дерзкой веровал душой,
Тебя пленяло самовластье
Разочарованной красой.
И обновлённого народа
Ты буйность юную смирил…
Великий завоеватель совершил роковую ошибку — «поздно русских разгадал». Суд народной Немезиды свершился, и все обиды тирану были отплачены. Но с христианским смирением поэт предупреждает:
Да будет омрачён позором
Тот малодушный, кто в сей день
Безумным возмутит укором
Его развечанную тень!
Хвала!.. Он русскому народу
Высокий жребий указал
И миру вечную свободу
Из мрака ссылки завещал.
Пушкинское понимание образа Наполеона оказало несомненное влияние на Тарле. И тем не менее у него свой Наполеон.
Стендаль писал: «Одинаково трудно удовлетворить читателей, когда пишешь о предметах либо малоинтересных, либо представляющих слишком большой интерес». Тарле, конечно же, осознавал всю меру возложенной на него ответственности, приступая к описанию жизни человека, который приковал к себе внимание всего мира и о котором у каждого имелось определённое суждение. Позднее учёный делился своими сомнениями на этот счёт: «Такие предшественники! Вальтер Скотт, Стендаль, Толстой… Было над чем задуматься. И всё-таки я решился».
Работу над жизнеописанием Наполеона Тарле начал в 1934 году. Обращение к биографическому жанру было для него делом не новым. Но интерес к этой личности во многом подогревался обострением международной обстановки, когда фашистская пропаганда призывала пойти по стопам Наполеона походом на Восток. Книга «Наполеон» вышла в 1936 году в серии «Жизнь замечательных людей» и сразу же приобрела широкую популярность, а позднее была издана во многих зарубежных странах. Вот как о ней отзывался историк Д.М. Петрушевский: «Вашего „Наполеона“ прочёл с большим увлечением. Это настоящий шедевр исторической науки и искусства, с которым от всей души поздравляю Вас. Это общее мнение всех, кто читал Вашу книгу». Писатель и драматург А.М. Борщаговский отмечал её художественные достоинства: «Для людей моего поколения автор „Наполеона“ всегда будет стоять в ряду крупнейших мастеров слова и тонких художников».
Приступая к книге, Тарле поставил своей целью показать место и роль Наполеона в истории, рассказать о жизни и деятельности выдающегося полководца и государственного деятеля. Талантливый мастер и блестящий стилист, автор с первой же страницы увлекает читателя в драматический мир Французской революции и наполеоновских войн, которые оказали огромное влияние на всю европейскую историю. Тарле объясняет необыкновенные успехи Наполеона не только его личными качествами и достоинствами, которые, несомненно, помогли ему выдвинуться на гребне революционной волны. Автор обращает также внимание на то обстоятельство, что Наполеон объективно стал выразителем интересов буржуазии, перед которой не устоял старый феодальный мир. «Историческая обстановка, — отмечает Тарле, — при которой началась, развивалась и окончилась изумительная карьера Наполеона, была такова, что ему суждено было отчасти в истории Франции, а особенно в истории покорённых им стран играть долгое время определённо прогрессивную роль».
Говоря о прогрессивной стороне в разнообразной деятельности Наполеона, Тарле не забывает и о другой, теневой, его стороне — как человека и как политика. Наполеон — душитель Французской революции. Деспот, изгнавший «даже отдалённое представление о свободе из всего государственного и общественного быта своей империи». Тиран для покорённых народов Европы, Наполеон — это и «звериные меры» в отношении каирского населения, восставшего против завоевателя в 1798 году.
Пробиваясь сквозь толщу лжи и легенд вокруг Наполеона, Тарле пытался объективно подойти к этой сложной и противоречивой фигуре, интересовался не только мотивацией его поступков, но и тем, как он выполнил свою огромную историческую роль, отталкиваясь при этом от ещё одной известной пушкинской характеристики Наполеона — «свершитель роковой безвестного веленья».
И всё же Тарле, как и многие до и после него, не смог избежать идеализации своего героя. Наполеон у него всё время на переднем плане, действует не зная сомнений, словно по заранее составленному плану, подобно актёру, играющему свою роль. Вероятно, Наполеон обладал даром предвидения того, что может произойти. И если верить ему, осознавал эту способность. Но всё-таки не до такой степени, чтобы из множества вероятных решений всегда выбрать единственно правильное.