Голубой экспресс делает 13 остановок (Сборник рассказов)
Югенэн вынимает из ящика чековые книжки, заполняет, передает Мерюзу. Тот быстро проверяет.
— Поскольку я не могу пешком возвращаться в Лион, то позволю себе одолжить у вас машину; вы найдете ее потом на площади Терро.
Мерюз делает два шага к двери, оборачивается.
— Да, последнее. Вы должны дать мне слово, слово честного человека, что не станете разглашать нашу сделку, ну, скажем, до полудня.
Югенэн слишком поспешно отвечает:
— Даю вам слово.
— Не торопитесь, — заявляет Мерюз. — Мне не нужны сиюминутные обещания. Вы действительно обещаете?..
— Я обещаю вам, — твердо говорит Югенэн.
— Я верю… Хочу верить, что, если вдруг вам придет в голову мысль предать меня, вас остановит то обстоятельство, что я мог застрелить вас, получив свои чеки. Ибо, согласитесь, сейчас меня уже ничто не сдерживает… Хотя нет, кое-что держит. Эта гербовая бумага, которую вы подписали. Эта бумага священная!.. Я даже не буду вас связывать… К чему эти грубые методы?.. Я дал слово и сдержал его… Вы дали слово… Честность в делах — вот мой девиз. Всего хорошего, мсье.
Мерюз выходит. Наблюдая через окно, Югенэн видит, как он входит в гараж и через мгновение уезжает на «DS».
…И только тогда Югенэн приходит в себя. Он бросается к записной книжке, лихорадочно листает ее.
— Так, Лионский депозитный банк… Вот!
Он быстро набирает номер.
— Алло, мадемуазель, соедините меня с номером 37–33–56 в Лионе, мой номер 94 в Сен-Фортунате… Это очень важно… Да, спасибо.
Он что-то бормочет в ожидании связи, его переполняет злоба.
— Алло… Ах, занято?! Черт!.. Мадемуазель, тогда соедините меня с… — он листает свою книжку, — номером 24-31-89 в Лионе… Да… Алло… Алло… «Сосьете женераль»? Говорит Шарль Югенэн, счет № 12 304… Сейчас к вам обратится один человек… с чеком на предъявителя на пять миллионов… ну, пятьдесят тысяч, если вам так больше нравится… Не оплачивайте!.. Это — мошенник… Сейчас нет времени объяснять… Мне еще нужно позвонить в полицию…
Он вешает трубку и снова набирает номер.
— Мадемуазель! Попробуйте еще раз номер 37-33-56 в Лионе для 94-го в Сен-Фортунате… Да… Алло… Ах, все еще занято… Нет-нет, не разъединяйте, только не разъединяйте… Дайте мне другой номер. — Он снова листает книжку. — Вот. Соедините меня с…
— Так-так! — раздается знакомый голос.
Югенэн, вздрогнув, поворачивается. Трубка безвольно падает из его руки на кипу бумаг. На пороге, по- прежнему в маске, стоит Мерюз. Пистолет его направлен на Югенэна.
— Вот оно, слово честного человека! — восклицает он. — А я-то еще колебался — возвращаться или нет… И все повторял себе: «Невозможно, чтобы мсье Югенэн так поступил, ведь он не похож на неблагодарное чудовище. Сейчас он наверняка думает, что я мог его убить, получив чеки. Он, очевидно, думает, что я мог потребовать больше… Ну, и потом, он ведь подписал…
Подписал!» Я провел опыт, — продолжает Мерюз. — И обошелся он мне в один чек, то есть в пятьдесят тысяч франков. Недорого. Подобные опыты для меня бесценны… Зато теперь я знаю. Уверен, что господин Шарль Югенэн не выполняет принятых на себя обязательств, и прихожу к выводу, что свое состояние он сколотил, обманывая других людей…
Мерюз вплотную придвинулся к столу.
— Господин Югенэн, вы, наверное, помните, что недавно говорили своему клиенту? «Вы читали. Подписали. Были согласны. Контракт есть контракт». Это ваши собственные слова. Еще вы добавили: «Или вы заплатите, или вернете участок, потеряв залог». Я ничего не перепутал?
— Это были пустые угрозы. Вы же понимаете, что…
— Нет, мсье. Я вас знаю. И сейчас применю к вам ваш же прием. Вы мне все возместите. Иначе говоря, господин Югенэн, я заберу у вас ту жизнь, которую продал вам. Я вас убью.
Мерюз снимает ставшую ненужной маску.
— Мерюз! — восклицает Югенэн.
— Да, Мерюз. Тот самый малыш Мерюз. Олух, как вы называли меня за глаза. Помните, у меня не было никаких способностей к работе продавца, я не умел спорить, убеждать клиента…
Мерюз возбужденно ходит по комнате, переставляя предметы. Он замечает телефонную трубку на кипе бумаг и аккуратно кладет ее на место.
— Я был не прав, указывая на недостатки и вместе с тем отмечая достоинства одной из сделок. В общем, я был слишком скрупулезен… Вы часто твердили мне: «Жизнь вас научит!» И вот результат. Она меня не научила. Я все так же наивен. Для меня подпись — это подпись… Сделка — это сделка.
Он достает из кармана контракт и два чека.
— Я еще могу получить вот по этому в «Лионском кредите», в качестве возмещения убытков. Но теперь уже не хочу. Мне нужно, чтобы вы устыдились. Возьмите свои чеки. А я заберу вашу жизнь.
Звонит телефон, и Югенэн машинально смотрит на часы.
— Должно быть, жена… Она уехала вчера вечером и обещала позвонить, как только приедет.
Мерюз знаком велит ответить и берет параллельную трубку.
— Алло… Это ты?.. Доехали хорошо?.. Ну и отлично… Что ты говоришь?.. Мой голос?.. А что с ним?.. Не такой, как всегда?.. Да нет, уверяю тебя. Со мной все в порядке… Когда приеду?.. Как только смогу… Ну ладно, целую… Целую вас обеих… Да… Да…
Югенэн вешает трубку.
— Вы слышали… Это моя жена… Моя дочь… Вы не можете этого сделать.
Вместо ответа Мерюз смял контракт и швырнул его в корзину.
— Я дам вам в два раза больше… в три… в «Лионском кредите»! — кричит Югенэн. — Они ведь не предупреждены…
Мерюз с упреком смотрит на него.
— Вы пытаетесь меня подкупить?
— Пятьсот тысяч… По-старому — пятьдесят миллионов… Все, что есть на моем счете… В конце концов, нельзя же убить вот так, ни за что!
Мерюз пожимает плечами, поднимает руку и старательно прицеливается.
— Как это ни за что? За принцип. Поверьте, я сам сожалею…
Раздается выстрел, и Мерюз чуть не падает. Он сжимает свою раненую руку, уронив пистолет.
Инспектор Легрен кладет оружие в карман. Два санитара набрасываются на Мерюза и уводят его.
Легрен делает несколько шагов, протягивает пачку сигарет и зажигалку подавленному Югенэну.
— Да… Вовремя вы… — бормочет Югенэн. — Еще бы секунда… Он же сумасшедший.
— На сей раз, — говорит Легрен, — я обещаю, что больше он не сбежит.
— Но как вы узнали, что он здесь?
Легрен улыбается. Он снимает телефонную трубку и кладет на стол.
— От телефонистки, которую вы просили не отключаться. Вам повезло, что здесь нет автоматической связи… Она подождала… а когда услышала, что кто-то собирается вас убить, тут же сообщила нам… Я как раз искал больного, сбежавшего из клиники Фурвьера, сопоставил факты… и, естественно, поторопился.
Легрен берет трубку, подносит к уху.
— Алло… Вы здесь, мадемуазель?.. Вы слышали меня?.. Все произошло именно так, не правда ли?.. Еще раз благодарю за инициативу… и примите благодарность от мсье Югенэна… Что?.. Ему звонят?
Он протягивает трубку Югенэну.
— Вас!
— Алло!
Лицо Шарля Югенэна внезапно смягчается, становится почти добрым.
— Ах, это снова вы, господин Пейроль… Нет-нет. Не извиняйтесь, вы совсем не помешали… Даже очень хорошо, что позвонили… Почему?.. Потому, что я тут подумал… Пересмотрел ваши аргументы. Вы просили у меня отсрочку. Я вам ее предоставляю… Нет-нет. Не благодарите… Что?.. Но ведь я обещал вам… Ну, что вы, господин Пейроль, вы же знаете, если я что-то обещаю…
Ответный удар
Марсель
Марсель-Сен-Шарль.
Выйдя из «Голубого экспресса», пассажир подзывает носильщика и вручает ему пару огромных шикарных чемоданов. Высокий, широкий в плечах, смугловатый, с небольшим шрамом на скуле, он с удовольствием осматривается по сторонам, закуривает сигарету и шагом завоевателя шествует по перрону. Это — Жозеф Бартоли, по прозвищу Большой Джо. Он вернулся домой.
Луи Бергань отодвинул стакан анисовой, достал из портфеля досье и раскрыл его на маленьком мраморном столике.
— Две судимости еще ничего не значат, — произносит он. — Важно, что статьи разные и что осуждали тебя каждый раз не больше чем на год.