Lvl 1: Благодарные Мертвецы (СИ)
— Расскажешь обо мне — я расскажу о том, что делают другие. Твой брат не отделается увольнением. За то, что он сделал, его посадят — и надолго.
— Слышь...
Но было поздно. Мудень исчез. Я стоял, как обоссанный, и осмысливал новую информацию. Что-то там прогнило, в Штатском королевстве. О чём братан не посчитал нужным мне сообщить? И почему мне не похер? Вот это — ключевой вопрос.
— Ладно, — сказал я Коляну, который, как дисциплинированный ребёнок, тихо-мирно стоял рядом. — Будем считать — отмахались. Пошли уже домой. Дяде Мёрдоку нужно выпить, пожрать и спать. А тебе — пожрать и спать.
— Я не голодный!
— А это никого не колышет, Коль. Ужинать и спать — это, типа, священное писание.
— У-у-у!
— Не гуди! Завтра с дядей Доном в квест пойдём. Там знаешь, скелеты какие? Ты охереешь, какие там скелеты!
— Скелеты? — задумчиво спросил Коля.
— Ну. Страшные такие. Их бить надо. Херак-херак! Во, у тебя топор как раз. Оттянешься!
— Хелак-хелак! — радостно закричал Коля.
Он побежал впереди, круша топором воображаемых скелетов. Я грустно вздохнул:
— Блин... Ну не умею я с детьми. Не у-ме-ю!
TRACK_49
— Да, да, Romul, о, да, ещё, ты такой импозантный!
— Типа чё, поза не та?
— Всё то, продолжай!
Я аккуратно прикрыл дверь и повернулся к Коле. Он стоял на крылечке, позади меня.
— Трахаются, — пояснил я, показав на дверь большим пальцем. — Мне-то пофиг, лишь бы не брызгались. Но с тобой заходить как-то непедагогично, что ли...
Насмотрится ещё... А ему организм-то позволяет, да ещё как. Плюс — Вивьен, девушка не самого тяжёлого поведения. Это уж вообще за гранью педагогичности получится.
— Тлахаюца, — сказал Коля.
— Это ты самую суть ухватил. А-а-а!
Зло меня разобрало. Не на Рому даже — хрен с ним, с Ромой, судя по звукам. На всё и сразу. Что за дерьмо такое вокруг меня происходит? Что значат туманные намёки этого петушка из реала? Как вообще связаны он, я, Сандра, Коля и мой брат? Херня какая-то, ей богу. А меня бесит, когда вокруг меня непонятная херня. Я люблю, чтоб всё просто, как яблоко.
— Коль, ты ж не очень устал, да? — спросил я.
Коля махал топором. Он пока ещё не понимал таких сложных вопросов.
— Пойдём, — сказал я и пошагал прочь от дома.
— Гуять? — спросил Коля и пошёл следом.
— Ага. Типа того. Помахаемся на сон грядущий.
Идти было долго и скучно. Чтобы совсем не заскучать, я начал раскачивать Коляну интеллект.
— Скажи: «гулять».
— Гуять!
— Гу-лять!
— Гу-ять!
— Гулять, б**дь!
— Б**дь!
— Ну вот, можешь ведь «л», когда захочешь. А теперь: «гу-лять».
— Б**дь!
— А ты приятный собеседник, надо заметить.
— Б**дь, б**дь, б**дь! — радостно кричал Коля и размахивал топором.
Что я вообще делаю? На каком языке я его учу? Он — явно не русский пацан, у него какая-то своя локализация стоит. Система мои слова переводит на его родной локальный язык. На нём он и говорит. А я слышу системный перевод, который пытается мне сымитировать акценты и прочие речевые дефекты... Господи, вот жесткач-то где!
— Надо было взять и от**здить этих строителей хреновых. А то ишь — башня им запонадобилась вавилонская, — проворчал я. — Говорили все на русском — нет, блин, взяли, всё испортили... Хотя вряд ли они, конечно, на русском говорили. Скорее — на еврейском. Коляня, ты кто по жизни, а? Вот национальность бы твою понять — уже бы проще стало. Ду ю спик инглиш? Хотя какой ты, нахер, спик... Что английские дети знают? Ну, там... Мамми? Дэдди?
— Папа! — воскликнул Коля.
— Вау! — обрадовался я. — Впрочем, согласен, это был самый очевидный вариант. Так, давай теперь рассуждать логически. Локаль ставится одна. Когда я говорю на русском — ты слышишь английский. Ты говоришь на английском — я слышу русский. Но если я начинаю говорить на английском — гипотетически, ты слышишь именно то, что я говорю. Потому что система не соображает, чего ей и на что переводить, а потому — игнорит. Следовательно что? А следовательно — жопа... Мне надо, получается, тебя учить на английском языке. А май инглиш из бэд...
— Плохой, — сказал Коля, косвенно подтвердив мою догадку.
— С другой стороны, — продолжал я рассуждать, — я имею Сандру. А она — американка. Допускаю, что на письме она сделает десять ошибок в слове «if», но уж язык-то у неё как надо подвешен, болтать научит. Это один вариант. Другой вариант — интереснее.
Я остановился и призвал меч.
— Зырь, — сказал я Коле и начертал на тропинке: «language». — Видишь такое?
Коля не понимал. Я терпеливо объяснял. Тыкал пальцем в свою голову, в его голову. Потом встал рядом с ним, закрыл глаза, вызвал интерфейс. Показал пальцем вправо и вверх, туда, где у меня раскрывалось меню настроек. Я с ними как-то пьяный наигрался, врубил испанский. И забыл. Подходит ко мне человек. Я ему: «Пошёл на**й!», а слышу: «Ля х*ё-моё», а мне в ответ: «Эль туда-сюда». Думал, крышак уехал, да Сандра надоумила. Вот примерно такими же жестами. Ну, если я с перепою сообразил — то и у Коли шансы есть.
Объяснение затянулось. Пришлось рисовать на дороге шестерёнку. Это Коля понял и, судя по кивку, ткнул мыслью верно. Дети, теоретически, обучаются быстрее взрослых, огромные объёмы информации усваивают.
— Ладно, — сдался я, наконец. — Пошли.
— Мёлдок? — насторожился Коля.
— Идём, говорю, забей, — сказал я громче.
Коля, выпучив глаза, попятился. Потом переспросил:
— За-бей?
— О! — обрадовался я. — Таки переключил язык? Молодца, Колян, дружбанище, шкет пацанский, дай обниму! Чё ты ссыкотишь, сопляк? Не тошни, прорвёмся! Ты теперь русский, ёпт! Послушай, как звучит язык! Музыка просто! Да мы с тобой мир завоюем, Колюнище!
Коля заплакал.
— Тс-тс, — сбавил я обороты. — Всё нормально. Смотри: Мёрдок. — Я положил руку на грудь. — Ага? Мёрдок!
— Мёлдок, — пробормотал Колян.
— Окей, — кивнул я.
— Окей! — заблестели глаза у Коли.
— Ты не шибко-то радуйся, — приземлил я его. — Это я так, чисто успокоить. А вообще — будешь правильный язык учить. Летс гоу, май френд! — Я махнул мечом и пошагал дальше. И русифицированный Колян пошкандыбал следом.
TRACK_50
Пока два скелета (Два! Вы слышали? Два, б**дь!) спускались с лестницы, я подошёл к столу и быстренько собрал всё барахло. Бутылку сразу инвентаризировать не стал — сделал пару хороших глотков. Повышаем градус, всё вроде чётко.
— Окей, Коля, — просипел я, убрав бутылку и покрывшись доспехами. — Летс п**дить эм-м-м... как там... скелетонс? Нет... «и» в закрытом слоге... «скилитонс»? Не шаришь?.. Боунс! Во!
Пока всё было непросто. Слышать-то Колян русскую речь слышал, но знать её — не знал. А английский чутка понимал. Короче, сложную мы херню замутили, но ничего, разгребёмся.
— Кости, — дошло до Коляна.
— Боунс — кости, — подтвердил я. — Ту п**дить. Как тебе это объяснить... Хит. Файт. Страйк. Бэттл. Фак. Нет, блин, фак — не из этой области. Короче — давай за мной. Уррррааааа! За Родину! За Сталина, пидарасы костяные!
С этим воплем я налетел на скелетов. Один шёл чуть первее и быстро махнул молотком. Я уклонился, врезал ему по плечу. Скелету — хоть бы хрен по деревне. Зато у Коли включился триггер.
— Не бей Мёлдока! — заорал он и взлетел по ступенькам вслед за мной...
***
— Не, ну так-то мы молодцы, — сказал я, когда Коля укокошил обоих скелетов.
Они лежали на ступеньках в виде разрозненных желтоватых костей. Шикарный молот одного висел в воздухе, заманчиво вращаясь.
— Твоё, — показал я на молот.
Коля посмотрел на свой топор, потом покачал головой. Ткнул в меня пальцем.
— Ты!
— Не, я не хочу. Добрый ты пацан, Коля. Я тебя больше всех люблю. Бери молот, тебе нужнее. Я — чего? Я — музыкант. Трень-брень, тра-ля-ля.
Коля с серьёзным видом выслушал мои доводы и прихватизировал молот в инвентарь. Я с улыбкой похлопал его по плечу.