Lvl 3: Двойник. Part 1 (СИ)

— Добро пожаловать, — пропищал чей-то голосочек. — Меня зовут Танигава, могу я узнать ваше имя?
— Мёрдок, а чё? — повернулся я на голос.
Передо мной стояла стрёмная до жути японка. Ей было, наверное, лет пятнадцать — мелкая, видно сразу, — но раскрашенное белой краской лицо накидывало ей лет четыреста-пятьсот, а эта причёска традиционная вообще вымораживала. Я содрогнулся.
— Добро пожаловать в Дом Перевоплощений, Мёрдок-сан.
— Тебя чё, Иствуд отъ**ал? — вырвалось у меня.
— Не понимаю, о чём вы, — прощебетало существо по имени Танигава. — Вы бы хотели изменить внешность?
Я долго-долго смотрел на эту курицу, которую с чувством нарисовал какой-то конченый извращенец, и до меня медленно-медленно доходило.
— А-а-а, — протянул я. — Так оно вона чё. Это, значит, Дон от меня ждёт, что я позорно изменю внешность. Ты видал, Лимузин?
— Возмутительно, хозяин, — отозвался осёл.
— Слышь, Танигава, — почесал я затылок. — А Экси тоже, что ли, тут перешивалась, у тебя? Ну, эта... AxiLess?
— Имена моих клиентов останутся тайной навеки, — гордо и таинственно сказала японка.
— Ну и ладно. Мне всё равно по барабану. Слышь, Танигава, или как там тебя... Я тут пока прилягу, а ты притарань мне одеялко и футон — ну, матрас этот ваш, расовый. И сакэ чашечку. Ну и суши какие-нибудь насуши по-быстренькому, хотя я особо не голодный. На́тебе монетку, доченька.
Мне захотелось сфотографировать эту офигевшую японку, держащую в руке золотой. Но фотографировать было не на что, и я спокойно улёгся на пол. Вот за что японцев уважаю — народ простой. У нас вот как? Купил хату — надо обставляться, да так, чтобы друзья, зайдя в гости, от восторга спускали в трусы. А японцы? Стол высотой по щиколотку поставил, матрас на пол бросил — и ништяк.
— Мёрдок-сан... — нерешительно начала японка. — Это Дом Перевоплощений. Вы бы хотели изменить внешность?
— Я думаю, — зевнул я, пытаясь устроиться поудобнее. — Не могу решиться. Мне нужно время.
Японка заткнулась. Так себя здесь, видимо, никто ещё не вёл. Е**ть неписей, видимо, тоже не пытались — проверено уже долбоклюями, что они, грубо говоря, без дырок. А соответственно, придя сюда, все решали свои вопросы исключительно в рамках предлагаемых услуг. Как следствие, вообще сюда мало кто заходил. Ну, привыкает всё-таки народ к своей роже.
Лимузин, потоптавшись, улёгся рядом со мной и по-ослиному зевнул. А я, воспользовавшись тишиной, попытался впервые за чёрт знает сколько времени привести мысли в порядок.
Так, чё я психанул-то изначально? Инга вышла замуж за моего брата. Казалось бы — и чё тут такого? Ну объективно, я — умер, брат — живой, Инга — тоже живая. Повзрослела, остепенилась, решила выйти замуж. Чё психовать-то?
Федька, конечно, молодец, что не сказал мне, кто она. И его даже вполне можно понять, почему он так старался, чтоб меня на свадьбу не допустить. Чувства мои, значит, берёг. А Доброжелатель, мудень хренов, на чувства мои класть хотел, он, значит, за правду. Вот и показал мне фоточку.
Так-то всё вроде норм. Ну, психанул. Ну, забухал. Логично, нормально. Однако я ж не Мудайкл какой-нибудь, чтобы обосрать себе всю жизнь, онанируя на бабу, которой мне не видать, как своих ушей. Да баб кругом — вагон, на одной свет клином не сошёлся. Рецепт-то Мэйтата верный дал, на все случаи жизни: бухай как можно больше и трахай баб постоянно. С первым я успешно справился, осталось во втором галочку поставить...
Тут я бросил задумчивый взгляд туда, где стояла японка, но обнаружил наличие её полнейшего отсутствия. Да и хрен с ней. Всё равно мелкая. И страшная. И некуда.
— Не сходится, Лимузин, — пожаловался я, глядя в бумажный потолок.
— Что, хозяин?
— Концы с концами не сходятся. Знаешь, почему?
— Нет, хозяин.
— Потому что это было бы пидорство, Лимузин, вот почему. Но ладно, шутки по боку. Короче, всё логично и правильно, если в мелочах не ковыряться. А дьявол — он, залупа конская, всегда в мелочах. Вот прикинь, Лимузин, мой брат. Он живёт в Сан-Франциско. Инга — кажись, из Иркутска, но я её где-то в Питере бросил, не суть. Прошло лет пять. Я подыхаю в Сан-Франциско, меня там и хоронят. Пусть братан приезжал в Россию за матушкой, возможно. Но матушка-то живёт где? Правильно, в Омске. И, если мой географический кретинизм мне не изменяет, то ни в Питер, ни в Иркутск братан заезжать бы не должен. А даже если заехал по дороге — ну, там, пивка попить, или ещё чего — это ж было бы совершенно нереальное совпадение, чтобы он там Ингу встретил.
 
— Должно быть, хозяин, вы рассуждаете верно, — поддакнул осёл.
— Во-о-от. Не верю я в такие совпадения. Херня какая-то получается. И вот с одной стороны интересно бы понять, как такая херня получилась. А с другой... Ну, пойму я. И чё? У меня ж предложить ей — вообще нечего. Хер — и тот нарисованный.
— У меня тоже, хозяин.
— Да заткнись ты.
Лимузин заткнулся. А в помещение вернулась японка с футоном и плоской подушечкой.
— У-у-у, красавица, да ты радуешь, — приподнялся я. — Кидай сюда.
— Во время процедуры изменения внешности клиенты лежат, — будто извиняясь, сказала Танигава. — Вы бы хотели изменить внешность?
— А член у вас нарастить можно? — спросил я, устроившись на футончике и сложив в два раза подушку — чтоб ощущалась.
Японка с каменным выражением лица присела рядом со мной и через штаны ощупала мой прибор. Я даже пошутить не сообразил на эту тему, настолько немножечко удивился.
— Нет, — сказала Танигава и убрала руку. — Только укоротить.
И встала. Шёлковое кимоно красивой волной расправилось и заколыхалось.
— Тогда не надо. Смыслу нет, — развёл я руками.
— Вы бы хотели изменить внешность?
Бедняжку закоротило основательно. Бля, если я сейчас ещё и этот модуль спалю своим членом — меня уже сами Создатели линчевать придут.
— Да кто ж меня знает, солнышко, — вздохнул я. — Ты дай мне каталог какой, что ли...
И тут же Танигава протянула мне глянцевый журнал. Охереть!
— В каталоге вы можете выбрать предпочитаемый тип лица и телосложения! — прощебетала приободрившаяся девочка. — Изменение лица и волос — сто золотых, телосложения — сто золотых. Изменение при этом половой принадлежности — плюс сто золотых. Выбрав тип, вы можете сделать точечную подгонку параметров за сто золотых!
— Вау. — Я нешуточно заинтересовался, рандомно раскрыв каталог и увидев коротенькую, но многообещающую заметку. — И ник изменить можно?
— Можно. Цена...
— Погоди, я сам угадаю. Сто золотых?
— Вы удивительно проницательны, Мёрдок-сан.
Я заставил интерфейс показать мне всю имеющуюся наличность. Собственно, там было лишь то, что дал мне Дон. Триста девяносто девять монет. Одну я уже отдал девахе.
Ну, логично, чё. Рожу сменить, телосложение сменить — толку мало. Надо ещё обязательно ник менять. Потому что скрывать ник мне пока ещё не по уровню, а если ник останется прежним, то с остальным маскарадом можно и вовсе не заморачиваться.
Но ведь, если подумать, то какой смысл заморачиваться вообще? А голос? А то, что я всех х*ями крою? А то, что я самый лучший музыкант в городе? Нет, Дон, херню ты выдумал. Шила в мешке не утаишь.
Я уже хотел положить каталог себе на лицо, чтобы создать немного темноты, и чутка покемарить на удобном футоне, когда шухернулся осёл. Его зверское ухо раньше моего услышало шум. Но миг спустя и я услышал.
Звук, который ни с чем не спутаешь. Разъярённая толпа несётся по улице, мечтая кого-то найти и жестоко покарать. Кого же, интересно?!
 TRACK_04 
В грёбаном зале не оказалось окон. Вообще. Мягкий рассеянный свет проникал внутрь прямо сквозь бумажные стены, и этого, типа, хватало. Базару нет, хватало, но мне-то теперь надо было посмотреть наружу.
— Хозяин, нет! — загородил мне дорогу Лимузин, когда я ломанул к двери.
— В смысле, «нет»? — возмутился я. — Ты охерел совсем? Там же интересное!