Я назову твоим именем сына (СИ)

  
Я назову твоим именем сына
   
ПРОЛОГ
 
Солнечный луч осторожно заглянул в комнату сквозь неплотно задёрнутые шторы. Проскользнул на пол, замер как бы раздумывая, куда ему двигаться дальше, вздрогнул и начал не спеша перемещаться, левее-левее и, вот, наконец, добрался до детской кроватки, стоявшей в левом углу комнаты, сначала осветил её нижнюю часть, а затем бессовестно расположился на личике младенца, сладко спавшего в кроватке. Малыш чихнул, оранжевая пустышка выскользнула из крошечных пухленьких губок. Он попытался было найти свою потерю ротиком, смешно чмокая, но пока ему это не удавалось, ещё секунда и детское личико скривилось, младенец заплакал - срочно требовалась помощь, да и вообще, ему захотелось на ручки, прижаться к материнской груди, не помешало бы и подкрепиться молоком. Юная мать метнулась к младенцу, ругая себя: «Надо было пелёнкой укрыть кроватку от солнца!» Она взяла малыша на руки и приложила к налитой молоком груди.
— Не плачь! Чи-чи-чи! — укачивала она малыша, — у тебя есть мама, и она никому-никому не даст тебя в обиду.
Младенец внимательно всмотрелся в лицо матери, как бы оценивая, правду она говорит или нет, впился губами в розовый сосок юной груди и сладко зачмокал. Она прилегла на диван, находящийся напротив детской кроватки, осторожно укладывая малыша рядом с собой. Так они и заснули - юная мать, ещё не полностью освоившаяся с новой ролью матери и сын - младенец трёх месяцев от роду. Во сне она снова увидела его - отца своего ребёнка, он, ласково улыбаясь, смотрел на неё, немного склонив голову вправо. Она улыбнулась ему в ответ.
— Что это у тебя в руках? — удивился он, — ты так бережно держишь этот свёрток, там что-то ценное?
— Да, — отвечала она ему, светло улыбаясь, — очень ценное! — Она многозначительно замолчала, надеясь, что ему захочется уточнений.
Он не уточнял, и тогда она протянула ему свёрток.
— Что это? — он взял свёрток в руки.
— Не что, а кто - улыбаясь, поправила она его, — это наш сын, твой и мой! — уточнила она, на всякий случай.
Он поднял на неё глаза:
— Сын? Мой сын?
— Да! И мой тоже! — Она засмеялась, — можешь посмотреть на него!
Его лицо искривила гримаса брезгливости, он резко, почти небрежно отдал ей свёрток:
— Забирай! — он отвернулся и пошёл прочь, так как будто его это не касалось, совсем.
— Не уходи, — с мольбой прошептала она, — посмотри, как он похож на тебя.
Он не отвечал, спокойным шагом уходил от неё - всё дальше, дальше. Вдруг, Солнце ослепило её и его стало плохо видно, она сделала ладонь козырьком и пристально вглядывалась ему вслед, наверное, пытаясь навсегда зафиксировать его в памяти.
— Максим! Не уходи! — она пыталась остановить его.
Он даже не обернулся.
— Ты даже не хочешь посмотреть на нашего сына? — сделала она последнюю попытку. Он не ответил. Он шёл, его силуэт становился всё более и более зыбким, пока не исчез совсем. Ей стало невыносимо больно, так больно, что захотелось завыть во весь голос, заорать. Может быть, его остановило бы это? Слёзы ручьём хлынули из глаз, она почти захлёбывалась слезами. И тут она проснулась - во сне всё было так жизненно, как наяву. Ребёнок мирно почмокивал у её груди. «Нельзя реветь! Нельзя! — запретила она себе, — ребёнку это вредно, будет нервничать», — и тут же снова залилась слезами. Ей только-только минуло девятнадцать лет, а она уже стала матерью. Мать - одиночка. Ну, как может быть, что она одиночка? Нет, это не правда, у неё, как минимум, есть сын, а ещё мама, её мама - бабушка её малыша. Чтобы она без неё делала? Скоро мама придёт с работы, и они вместе сядут ужинать, она расскажет о малыше - он уже смотрит по сторонам очень осмысленно и начинает проявляться мужской характер - требовательно кричит, если ему что-то не нравится.
А, как всё начиналось красиво и романтично! И не её вина, что произошло, так как произошло. Или её вина? Недолюбила, не смогла удержать, оставила ребёнка без отца. Слёзы снова навернулись на глаза.
 
  
ГЛАВА 1
 
Последний экзамен сдан, она переведена на второй курс педагогического университета, впереди лето, каникулы и радужные перспективы. Они с подружкой, «чирикая» обо всём и ни о чём, спустились на первый этаж в вестибюль университета и собирались уже выйти на улицу, как, вдруг, их внимание привлекло рекламное объявление: «Требуются помощники воспитателя в пионерский лагерь. Работа засчитывается в счёт практики, зарплата достойная, выплачивается два раза в месяц. Свежий воздух в сосновом бору, речка прозрачная и неглубокая. Все условия для совмещения отдыха и возможности заработать студентам педагогического университета в летние каникулы». Подружки прочитали объявление и переглянулись: «Рванём?»
Пионерский лагерь «Орлёнок» приветливо встретил приехавших подстриженными газонами, клумбами, задорно сверкающими на солнце, чисто вымытыми стёклами окон в корпусах летних домиков. Ритка первая выпрыгнула из дверей автобуса, глубоко, всей грудью, вдохнула молекулы свежего воздуха и прокричала:
— Ребята! Выходим аккуратно, по одному, начиная с передних рядов! Помощника, точнее, помощницу воспитателя никто из ребят не услышал, пихая друг друга, толкаясь, они «вывалились» из автобуса.
— Никуда не расходиться! — изо всех сил напрягая голосовые связки, прокричала она, — всем выстроиться по парам, буду считать по головам!
«Ещё только-только приехали в лагерь, а я уже еле живая! — Ритка шумно выдохнула, — может быть, зря я выбрала эту специальность?» Невесёлые размышления прервали двое разодравшихся мальчишек - не поделили что-то.
— Прекратите, немедленно! — Ритка не ожидала сама от себя, что обладает командным голосом, она оглянулась по сторонам посмотреть, как справляется с детьми её подружка.
Юлька, растерянно озираясь, стояла у соседнего автобуса, она перехватила Риткин взгляд и прокричала, делая испуганное лицо:
— Что мне с ними делать? — она беспомощно обвела вокруг себя полукруг. Её подопечные не реагировали на присутствие помощника вожатого, как будто бы её и не было.
— Стоять здесь! — грозно приказала Ритка ребятам, — с места ни на шаг!
— А что будет, если отойдём? — ехидно поинтересовался паренёк с тёмно-русыми волосами и с очень наглым (по мнению Ритки) выражением лица.
— Расстрел, без объяснения причин!
Парнишка скорчил недоверчивую рожицу, но с места, на всякий случай, не отходил.
Ритка бросилась на помощь к подружке:
— Молчать! Бояться! — она толкнула подружку в бок, как бы призывая следовать её примеру. — Разобраться по парам!
Ребята затихли и послушно выстроились парами.
— Построже с ними! — прошипела она на ухо Юльке, — а то не успеешь оглянуться, как усядутся тебе на шею.
Наконец-то первый суматошный день подошёл к концу, Ритка разогнала мальчишек и девчонок по палатам, страшным голосом (по её мнению) запретила даже нос высовывать за дверь палаты. Она и сама не очень-то верила, что прямо так сразу её все и послушались, но у неё уже не было сил моральных, а не физических, находиться с ребятами в корпусе. Надо было развеяться, ну и, конечно же, обсудить первый рабочий день с другими вожатыми и их помощниками и, в первую очередь, с подружкой. Рита села на качели, только сейчас, она осознала красоту территории пионерского лагеря. Сосны, обнимая землю корнями, мудро покачивали вековыми кронами, Ритка подняла голову вверх, всматриваясь в небо, из-за облаков не было видно ни звёзд, ни луны. Неистово трещали сверчки - соревнуясь, у кого громче получится. Ритка прикрыла глаза, вдыхая аромат леса, свежескошенной травы. Кто-то тихонько тронул её за плечо:
— Марго, пойдём! Все уже в сборе! Только тебя ждём!
Она вздрогнула, резко обернулась - за спиной стоял парень, её ровесник.
Гладкие чёрные волосы, стильная короткая стрижка и пристальный взгляд