Эркюль Пуаро

– Будет дознание, – сообщила миссис Оливер.
– Естественно.
– Завтра или послезавтра.
– Эта девочка, Джойс, – сколько ей было лет?
– Точно не знаю. Думаю, двенадцать-тринадцать.
– Она выглядела младше своего возраста?
– Нет, нет. Скорее более зрелой. Все было при ней.
– Вы имеете в виду, что она была хорошо развита физически? Выглядела сексуально?
– Да, именно это. Но я не думаю, что это было преступление подобного рода, – в таком случае все было бы... ну, проще.
– О таких преступлениях каждый день читаешь в газетах, – заметил Пуаро. – Нападение на девочку в школе... Правда, на сей раз это случилось в частном доме, но, возможно, разница не так уж велика. Однако я по-прежнему не уверен, что вы рассказали мне все.
– Думаю, вы правы, – согласилась миссис Оливер. – Я не рассказала о причине, по которой пришла к вам.
– Вы хорошо знали эту Джойс?
– Совсем не знала. Пожалуй, лучше объяснить вам, как я там оказалась.
– Где «там»?
– В месте под названием Вудли-Коммон.
– Вудли-Коммон, – задумчиво повторил Пуаро. – Где же я недавно... – Он не договорил.
– Это не слишком далеко от Лондона. Думаю, милях в тридцати-сорока, вблизи Медчестера. Одно из тех мест, где хорошие старые дома соседствуют с новыми. Там есть неплохая школа и постоянное транспортное сообщение с Лондоном и Медчестером. В общем, обычный городишко, где живут люди с приличными доходами.
– Вудли-Коммон... – снова произнес Пуаро.
– Я гостила там у приятельницы, Джудит Батлер. Она вдова. Мы с ней подружились во время круиза в Грецию в этом году. У нее есть дочь Миранда – ей двенадцать или тринадцать лет. Джудит пригласила меня погостить и сказала, что ее подруги готовят детскую вечеринку на Хэллоуин и что у меня могут возникнуть на этот счет какие-нибудь интересные идеи.
– А она не предлагала вам устроить игру в расследование убийства? – осведомился Пуаро.
– Слава богу, нет, – ответила миссис Оливер. – Неужели вы думаете, что я бы снова согласилась на такое?
– Мне это кажется маловероятным.
– Однако случилось то же, что и в тот раз. Возможно, потому, что там была я?
– Едва ли. По крайней мере... Кто-нибудь из присутствовавших на вечеринке знал, кто вы?
– Да, – кивнула миссис Оливер. – Кто-то из детей сказал, что я пишу книги и что ему нравятся убийства. Это и привело к... я имею в виду, к причине, побудившей меня прийти к вам.
– О которой вы все еще мне не рассказали.
– Ну, сначала я об этом не думала. Дети иногда совершают странные поступки. Некоторым из них место в сумасшедшем доме, но в наши дни их отправляют к родителям, чтобы они вели обычную жизнь. В результате такое и происходит...
– А там были подростки постарше?
– Было два мальчика, или юноши, как их именуют в полицейских рапортах, лет от шестнадцати до восемнадцати.
– Полагаю, один из них мог это сделать. Так думает полиция?
– Они не говорят, что думают, – сказала миссис Оливер, – но, судя по их виду, похоже на то.
– Эта Джойс была привлекательной девочкой?
– Едва ли. Вы имеете в виду, привлекательной для мальчиков?
– Нет, – покачал головой Пуаро. – Пожалуй, я имею в виду... ну, просто то, что означает это слово.
– Не думаю, что она была приятной девочкой, с которой вам бы хотелось поболтать, – промолвила миссис Оливер. – Она была из тех, которым нравится хвастаться и обращать на себя внимание. Это довольно утомительный возраст. Конечно, мои слова могут показаться жестокими, но...
– Когда речь идет об убийстве, говорить о том, что представляла собой жертва, не может считаться жестоким, – возразил Пуаро. – Это необходимо. Личность жертвы – причина многих убийств. Сколько людей было тогда в доме?
– На вечеринке? Ну, пять или шесть женщин – матери, школьная учительница, жена или сестра врача, – супружеская пара средних лет, двое юношей, которых я упоминала, девочка лет пятнадцати, две или три лет одиннадцати-двенадцати и так далее. Всего человек двадцать пять – тридцать.
– А посторонние?
– Думаю, все друг друга знали. Кажется, все девочки были из одной школы. Пара женщин пришла помогать с ужином. Когда вечеринка окончилась, большинство матерей отправились по домам с детьми. Я осталась с Джудит и еще двумя женщинами помочь Ровене Дрейк, которая организовала вечеринку, прибрать немного, чтобы уборщицам на следующее утро было поменьше хлопот. Повсюду была рассыпана мука, валялись пакеты от крекера и тому подобное. Поэтому мы немного подмели и в последнюю очередь пошли в библиотеку. Там... там мы нашли ее. И тогда я вспомнила, что она сказала.
 
– Кто?
– Джойс.
– Ну и что же она сказала? Теперь мы добрались до причины вашего прихода, не так ли?
– Да. Я подумала, что это ничего не значило бы для врача, полицейских и остальных, но, возможно, будет значить кое-что для вас.
– Eh bien, – вздохнул Пуаро. – Рассказывайте. Джойс сказала это на вечеринке?
– Нет, раньше в тот же день – когда мы готовились. Когда они говорили о моих книгах об убийствах, Джойс заявила: «Я однажды видела убийство», а ее мать или кто-то еще сказал: «Не говори глупости, Джойс», и другая девочка добавила: «Ты все это выдумала». Джойс настаивала: «Говорю вам, я видела, как кто-то совершил убийство», но никто ей не поверил. Все только смеялись, а она очень рассердилась.
– Ну а вы ей поверили?
– Конечно нет.
– Понятно, – протянул Пуаро.
Какое-то время он молчал, барабаня пальцами по столу, потом спросил:
– Она не называла никаких имен или подробностей?
– Нет. Она только настаивала на своем и злилась, потому что другие дети потешались над ней, хотя матери и остальные взрослые, наверное, были недовольны. Но девочки и мальчики только подзуживали ее: «Продолжай, Джойс! Когда это было? Почему ты никогда нам об этом не рассказывала?» А Джойс ответила: «Я все забыла – это произошло так давно».
– Ага! И она сказала, насколько давно?
– Сказала, что несколько лет назад. «Почему же ты не пошла в полицию?» – спросила тогда одна из девочек, кажется, Энн или Беатрис. Она выглядела более взрослой.
– Ну и что же ответила Джойс?
– «Потому что тогда я не знала, что это убийство. Только потом я внезапно это поняла».
– Весьма интересное замечание, – сказал Пуаро, выпрямляясь на стуле.
– По-моему, она слегка запуталась. Пыталась объяснить и злилась, потому что все ее поддразнивали.
– Значит, никто ей не поверил, и вы в том числе. Но когда вы обнаружили ее мертвой, то почувствовали, что она, возможно, говорила правду?
– Да, именно так. Я не знала, что мне делать, а потом подумала о вас.
Пуаро поклонился, выражая признательность.
– Я должен задать вам серьезный вопрос, – заговорил он после паузы, – так что хорошенько подумайте, прежде чем ответить. Вы считаете, что эта девочка действительно видела убийство или что она всего лишь верит, будто видела его?
– Считаю, что действительно видела, – ответила миссис Оливер. – Правда, сначала я думала, что она смутно припоминает то, что видела давно, и превратила это в важное и волнующее событие. Джойс горячо настаивала: «Говорю вам, я это видела!»
– И поэтому...
– И поэтому я пришла к вам, – сказала миссис Оливер. – Ведь ее гибель имеет смысл только в том случае, если она действительно оказалась свидетелем убийства.
– Это означает, что на вечеринке присутствовал тот, кто совершил это убийство, и что этот человек, очевидно, был там и раньше в тот же день и слышал, что говорила Джойс.
– Надеюсь, вы не думаете, что у меня просто разыгралось воображение? – осведомилась миссис Оливер.
– Девочка была убита, – отозвался Пуаро. – Убита тем, кому хватило сил держать ее голову в ведре с водой. Отвратительное преступление, которое совершили, так сказать, не теряя времени. Кто-то почувствовал угрозу и нанес удар так быстро, насколько было возможно.