Не сердите толстяка

И вот я весь такой красивый, вернулся домой, спасибо бабуле – не пришлось ходить по городу в том старье, в котором в армию уходил. Прикупила вещичек. Целый месяц рожу наесть пытался. Но не срослось. Даже похудел на пару кило, бабка травой какой-то травила. Горькая!!! Вот и мне запас дала, говорит:
– Пей, внучек, регулярно. Каждый день.
Да ну его! Я лучше спортом займусь, скинул же пятнадцать кило перед уходом в армию и сейчас скину.
Эх! Как меня встречали! Конечно, всё было более скромно, чем проводины. И проснулся я на диване, а не как в прошлый раз – в детской кроватке. Есть у нас такая, в летней кухне стоит. Металлическая панцирная кровать для детей. Метра полтора всего. Когда-то моя, потом младшего брата. Вот там я и уснул… вместе с друганом моим – Лёхой. Как поместились – не ясно. Говорят, ещё и танцевали лёжа… Кое-как разогнулся в тот раз. А ведь даже Лёшке тесно было, когда похмелившись, решили проверить…
Вообще-то я непьющий, ну там пивка немного, но тут такой повод был. В армию ухожу! Лёха, кстати, тоже не любитель, а тут раззадорился батю моего перепить. Угу… Чем всё закончилось – уже знаете…
И вот вчера меня встречали. Опять повод, и опять Лёха! Убеждённо заявивший, что это хорошо, что меня вернули, так как он там был и ничего хорошего не нашёл. Так что надо выпить. Кроватку мы предварительно завалили вещами… На всякий случай…
Однако день начинался тяжело. В смысле голова была тяжёлая и не хотела подниматься. Трудно мне трудно, не унять эту злую бо-о-о-оль… Но надо собраться, надо подняться…
Батя сидит в обнимку с банкой огурцов и морщится:
– Будешь? – протягивает огурец.
Беру и, съев, с тоской смотрю на пустую тару.
– Надо в подпол лезть, это с вчерашнего осталось, – папка с надеждой смотрит на меня.
– Я не могу…
– А я могу?
– А где малой?
– Свалил.
– А чего ты его за огурцами не загнал?
– Башка не варит, – батя с тоской смотрит на пустую тару.
– Тогда жребий?
– Давай. Орёл – ты лезешь, решка – я крышку подпола подержу.
Вернувшаяся откуда-то мамка застала нас в компании трёх пустых трёхлитровых банок.
 
ГЛАВА ВТОРАЯ
 
На семейном совете было решено отправить меня к бабуле. Чего мне тут делать? Каждый должен заниматься своим делом. Если быть точным, то я уже всех достал. Хотя бабушка обязательно возьмётся «травить» меня какой-нибудь горечью… Но это можно пережить (а то у неё наверняка цветочки в палисаднике в рост попёрли, пора поливать). Самое главное – в городе веселее. И там есть девчонки, в деревне-то с этим туго. Точнее никак. Есть, конечно, но мне не нравятся. Ну или я… И такое возможно.
А тут вроде как можно подготовиться к поступлению в институт. Нифига же не помню уже. А ведь в математике волок, мама не горюй. Ну да ладно, почти год впереди, вспомню (вот делать мне больше нечего). Да и бабулю я люблю, хорошая она, вот только лечить всё время пытается. Но и учит кое-чему интересному. Но об этом позже.
И вот он, стольный град Краснобайск. Здравствуй! Я приехал! Сейчас к бабке, а вечером с парнями в кабак. Не бухать! Девок искать. Что тоже не так просто, не всем нравятся пусть и жутко симпатичные, но всё же толстые парни.
Слава богу, благодаря росту и широким плечам на колобка не похожу. Просто на очень здорового пузатого парня. Но это всё лирика, главное языком зацепиться. Девушки любят ушами, а уж поговорить за жизнь – это я могу.
Сделав пару пересадок, на автобусе добираюсь до бабушкиного дома. Живёт она хоть и в черте города, но в своём доме. В этом плане Краснобайск интересный город. По данным последней переписи населения более миллиона жителей, но здесь могут рядом стоять и многоэтажки и целый посёлок деревянных домов. Причём цена такого дома… У-у-у…
Прежде чем войти во двор, захожу в небольшой магазинчик. Купить две порции сливочного мороженого. Одно шоколадное, другое простое.
И вот открываю калитку в двухметровом кирпичном заборе, снабжённом сверху металлическими штырями. Надпись «Осторожно злая собака» игнорирую. Не для меня написано.
 
Теперь главное устоять на ногах. Упс… Удалось. Огромная кавказская овчарка, коричнево-серого окраса, со скромным именем Белочка, пытается зализать меня до смерти. Возможно, ей бы это удалось, но спас меня кот Барсик. Здоровый, матёрый, рыжий котик. Которого даже собаки боятся. А если они догадываются собраться бандой, то он их завлекает домой. К Белочке…
Так вот, эта махина, по недоразумению называемая котом, врезается в Белку, пробегает по ней с жутким мявом, та аж отпрыгивает, почти сбив меня с ног. И вот Барсик пытается доделать то, что не удалось Белочке, то есть зализать меня насмерть. Чтоб осознать всю прелесть данного мероприятия, возьмите кусок наждачной бумаги и потрите себе лицо.
Отрываю от себя кота, и с трудом удерживая на вытянутых руках (меня тянет вперёд: кот плюс пузо – это сила), говорю:
– Тебя чем кормят, бройлер?
Барсик закатывает глаза и повисает тряпкой, хвостик трогательно дрожит. Ну а как же?! С голодухи – совсем никто не кормит животинку.
– Тимошенька, внучек, какая радость!!! – из-за угла сеней появляется бабуля. – Иди сюда, обниму!
Будь я поменьше, на этом бы моя жизнь и закончилась. С таким семейством враги не нужны, сами задушат. Вот у всех бабушки как бабушки, маленькие, сухонькие… А у меня? Нет. Пуза у бабули нету. Она просто в кости широкая.
Точно знаю – её ещё с девяностых все местные бандиты боятся. Как-то пытались с неё деньги вымогать. Ну эти, рэкетиры которые. Кого бабка сразу не прибила, потом на поклон приходили… каялись. Кстати, бабушка это для меня, для остальных Марья Ивановна. Ибо чревато.
– Гав-гав, – о, это Белочка унюхала мороженое в пакете.
– Мяу, – намекает Барсик, на то, что его пора кормить.
– Ах вы, охальники, только что поели же, – всплёскивает руками бабушка.
Барсик аж сел на толстую задницу от такого несправедливого наезда, начав пошатываться с голодухи. Потом с сомнением уставился на Белочку. А вдруг это она всё съела? А его вот почти ветром уносит.
Белка начинает возмущённо крутить головой. Ничего не видела, ничего не ела… Мороженого точно!!! Шоколадного… И мечтательно облизнулась:
– У-у-у-у-у-у…
– Ты что им мороженое притащил? – упирает руки в бока, строго сверля меня взглядом, бабушка.
– Я? – удивлённо тычу пальцем себя в грудь. – Ни боже мой!
В это время Белочка начала загребать пакет лапой, глядя честными глазами на бабулю. Барсик же, подхватив его за ручку, потащил в обход…
– Стоять! – кот замер, удивлённо глядя на бабку. Не видишь, что ли? Играю. Я кот мне положено. – Вы ж скоро в двери проходить перестанете!
Барсик и Белочка с обиженным видом и такой вселенской тоской в глазах, прикрыли пакет собой. Сплошные наветы, сухими корочками питаемся…
– А чтоб вас. Тимошка, тащи тарелки. Не с пола же есть.
– Гав-гав.
– Мяу.
Не привередливые они, если дело касается мороженого!
– Потерпите! Тимоха!
А что Тимоха? Подхватил сумку и пакет и рванул в дом. Добыв из шкафа пару тарелок, выкладываю на них начавшее подтаивать мороженое и, выйдя на улицу, ставлю на лавочку.
Белка и Барсик приступают к процессу. Именно так. Ибо они аккуратно лижут лакомство, жмурясь от удовольствия. Бабуля умилённо смотрит на своих подопечных, улыбаясь самыми краешками губ.
Пожалуй, немного отвлекусь и расскажу о том месте, где мне предстоит жить и работать. Да-да… работать. Зарабатывать денежку. Ибо бабуля ещё та пенсионерка. Один дом чего стоит. Два этажа – в общей сложности метров двести квадратных, правда, из них около сорока-пятидесяти, отведены под рабочие помещения. Вход отдельный, но и из дома можно попасть. Двор тоже не маленький. Поменьше чем в деревне, но для города огромный. Так что живёт моя бабуля исключительно на пенсию… Ага…
Но об этом позже. Бабуля у меня вообще экстравагантная. Например: гоняет на новеньком «Аккорде» с левым рулём, распугивая местную шпану. При этом регулярно бросает машину с незакрытыми дверьми, а то и ключи может оставить: то возле торгового центра, то возле магазина. После одного-двух угонов машина меняется, в прошлом году была «Целика».