Мертвая земля (СИ)

— Больше, чем прыжка в воду?
— Намного больше.
У нас обоих уже стучали зубы, мы высохли. На улице давно не жарко, хотя в Мертвоземье даже в самые теплые дни можно замерзнуть. Некоторое время нас грела мертвая вода, но она исчезла, осталась голая кожа. Мы с принцем вернулись к реке, быстро окунулись и выпили по нескольку пригоршней воды. Стало значительно теплее, но нам еще наверх лезть, а это приключение не из легких прогулок. Водопад высокий, вниз падать намного проще. Хотя Александр всегда считал иначе.
— В обход не получится, мы замерзнем, — дельно заметила я. — Надо лезть ближе к воде, так быстрее согреемся.
— Камни скользкие, — буркнул Александр. — И о чем ты только думала? Лучше бы палкой меня отдубасила, честное слово.
Проигнорировав его замечание, я ткнула пальцем вверх:
— Вон там есть выступ, на нем можно передохнуть и искупаться. Справишься?
Принц промолчал и полез наверх первым. Черные камни блестели от влаги, хвататься за них приходилось с осторожностью. Пальцы то и дело скользили, их сводило от непривычной нагрузки. Хотя Лу учил: опираться на ноги, всю тяжесть переносить на них. Руки служат для баланса, на руках нельзя забраться наверх. Дело пошло легче, когда я это вспомнила. Мы добрались до выступа, облились стекающей вниз водой и сели перевести дух.
— Расскажи мне правду, — попросила я.
— Сейчас? — тяжело дыша, возмутился принц. — Может, доберемся сначала до Возвышенности и постараемся не соскользнуть вниз?
— Расскажи.
— Иначе ты столкнешь меня, Ида? Ладно… что тебя интересует? Девушка? С ней Константин встречался, я мало что могу сказать. Знаю только, что она ему нравилась, по-настоящему нравилась. Он говорил, все дело в ее отношении к нему, девушка была искренне влюблена, интересовалась им, его чувствами…
— Не то, что Хеди, — поддакнула я.
— Вот именно, — не заметив иронии, кивнул принц. — Хеди вообще никакого дела нет до свадьбы и жениха. Она и глазом не моргнула, когда их семьи договорились, сказала, если любви ей не видать, то муж пусть будет хоть кривым-косым, хоть трехсотлетним, ей плевать.
— Хрупкое мужское эго Константина не выдержало, я поняла.
— Разумеется, ты на ее стороне, я и не сомневался.
— О каких сторонах вообще речь? — не поняла я. — Мужчины против женщин? Глупость против идиотизма? Любовь против семейных ценностей? Скельты против здравого смысла?
— Последнее было лишним, — спокойно заметил Александр. — Я имел ввиду, что ты с Хеди дружна, конечно, ты выставишь ее невиновной со всех сторон. Но факт в том, что у них был шанс договориться, изначально она Константину нравилась… могла бы понравиться, если бы постаралась. Но она даже не подумала об этом, сразу обозначила дурацкие границы. Вон он и психанул… он все равно хотел все исправить, хочу отметить. А вот Хеди…
— Не хочу спорить, кто там из них должен был стараться, не о них речь, — перебила я. — К делу давай: Аву убили ядом, у нее нашелся твой перстень, все указало на тебя. А ты не возражал и на голубом глазу приписал девушку себе, взбудоражив всех. Хотя мог шепнуть по секрету, что дергаться и паниковать не стоит.
Принц посмотрел на меня с недоумением:
— Зачем? Убийство все равно произошло, в нем надо разобраться. Согласен, что тебя дергать не стоило, но у матери свои соображения… Храм и его влияние, опять же. Я ведь говорил, что она со скельтами советовалась перед тем, как за тобой отправить.
Руки прямо-таки зачесались столкнуть Александра вниз.
Он это серьезно?! Убийство сивиллы в клубе и покушение на принца — какая разница, да. Все это время мы старательно танцевали вокруг наследника, самого Александра заперли во дворце, ожидая чуть ли не вражеского нападения, в итоге самое страшное, что с ним могло случиться — это непродолжительный полет с обрыва в обнимку со мной. А убийство сивиллы к нему вообще никоим образом не относится. Скорее уж к Константину.
— Печатка в руке девушки как оказалась? — задала я последний вопрос.
— Я попросил Аву об услуге. Она сказала, нужна личная вещь… кажется, хотела посетить какую-то сильную сивиллу, с ней переговорить. И я отдал ей кольцо в ту ночь, а потом забыл об этом.
 
Замечательно, теперь все придется начинать сначала.
Я поднялась.
— Полезем до следующего выступа.
Глава 18.2
Мы еще раз обрызгались водой и вернулись к скользким камням. Александр опять полез первым, в этот раз я настояла. Проще смотреть на него снизу вверх, чем постоянно оглядываться. Друг за другом мы забирались все выше и выше, иногда делая перерывы. Наверху стало совсем туго, ветер усилился. Кожа сохла быстро, пальцы леденели и не слушались. Александр то и дело косился вниз, но не на меня: его пугала высота и возможность падения. И новый подъем в моей компании, конечно.
Наверху нас ждал бледный альтьер Барнар и куча прислуги с теплыми одеялами и дымящимися кувшинами. Альтьер причитал и то и дело поминал Судей, слуги суетились… а я смотрела на все это с недоумением. Неужели сейчас все стало вот так? При Лу такой ерунды не происходило, а ведь мы с принцем детьми были.
Устав от суеты, я побрела в сторону дворца.
Александр догнал меня и молча шел рядом. Нас провожали взглядами, а характерный шепоток за спинами не оставлял сомнений — новые слухи не за горами. Интересно, что на этот раз мне припишут? Покушение на принца?
Уже сгораю от любопытства.
Во дворце мне принесли одно из моих старых платьев. Я легко в него влезла, хотя чувствовала себя не самым лучшим образом. Как будто в чужой шкуре. Ладно, потерплю, мне только до дома доехать. И поговорить с Роксаной, все-таки стоило ее проинформировать о новостях, тем более, многое в деле изменилось. А Александр был жесток не только ко мне, но и к матери.
В этот раз аудиенция состоялась не в тронном зале, а глубоко под ним. В подземном зале с каменной кладкой и земляным полом, и с внушительной Дверью, больше похожей на ворота. Дверью, ведущей к Армии. В Посмертье. В Мортум. Названий много, суть — одна. И только королева могла воспользоваться Дверью на вход и на выход, у других такой привилегии не было. Мертвая кровь Ренана Гранфельта позволяла королеве путешествовать между мирами и каждый раз возвращаться.
Меня всегда интересовало, что же она делала в Посмертье. Навещала супруга? Братьев и сестер, родителей? У Роксаны была большая семья когда-то. Она была всего лишь двенадцатой дочерью короля и ни на что не претендовала, пока жизнь не подготовила для нее ужасный поворот. И у Мертвоземья появилась новая королева, рожденная в крови всех, кто был ей дорог.
Увидев королеву, я привычно склонилась, хотя Роксана даже не смотрела в мою сторону. Она застыла возле Двери, разглядывая ее детали. Ветви дерева, словно вросшего в металлический каркас, расходились по сторонам и жили своей жизнью. Именно жили, потому что вид Двери порой менялся, она то становилась симметричной, с вытянутыми ветвями, то искажалась до неузнаваемости, гнулась. А еще дерево цвело, на нем могли появиться листья, красные или даже зеленые. Сейчас они были белыми, как и само дерево.
— Однажды и Александр откроет эту Дверь, — неожиданно заговорила Роксана. — В этом ему поможешь ты, уже не я, — она повернулась и посмотрела на меня. — У тебя есть новости?
— Да.
И я коротко пересказала ей все то, что успела узнать. О том, что Александр вряд ли причастен к убийству в клубе.
— Ты не уверена до конца?
— Уверена, — я вздохнула. — Но не исключаю самую маленькую вероятность.
— Тогда разберись до конца.
Это я и так собиралась сделать, у меня уже выбора не осталось. Сивиллы в камерах, сидящий дома Актер, обиженный Янис… я хороша в создании проблем. Ладно, у меня есть оправдание: слишком давно я не выходила в люди. Забыла, как там все сложно и нелогично устроено.
 
Я решилась на вопрос королеве:
— Когда вы расскажете Александру? Он ведь не знает.
— Когда сочту нужным, Ида Мор.
Дочь своего отца, точно.