"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)

— Илья! Бросай всё на фиг!
— Щас!
Тугарин-Змей, весьма прыткий, когда нужно, метнулся к тележке, хватая второй «Дюрандаль». Держа оба плазмогана в руках, он открыл огонь на поражение, скаля зубы и щуря глаза.
— Отходите! — заревел он. — Я прикрою!
Шурики, пригибаясь, кинулись к Сихали. Следом, зачем-то натягивая на голову капюшон каэшки, бросился бежать Купри.
Илья взял разбег последним, водя лучемётами из стороны в сторону и пуская изредка одиночные разряды.
— Куда? — заорал Белый.
— К выходу! — ответил Браун, стартуя с места.
Со всех сторон к месту происшествия сбегались «интеры», и надо было успеть добежать до выхода быстрее оккупантов. Это команде фридомфайтеров удалось — «карусель» ещё крутилась…
Часовой на выходе был в лёгкой броне, но молодость подвела — растерялся дозорный. Харин снёс его, как шар кеглю, и проскочил через тамбур «на улицу». Швырнув оружие между сидений первого попавшегося краулера, Илья упал на место водителя и завёл мотор. Сихали запрыгнул на ходу. Хватаясь одной рукой за предохранительную дугу, другой он выцеливал «интеров». Вот один из них выскочил сдуру — и схлопотал зарядец в грудь. А ты не лезь поперед батьки в пекло…
— Шурики! — рявкнул Тимофей. — Долго вы ещё? Димдимыч!
Вся троица догнала краулер и повалилась на багажник. Илья тут же бросил танкетку вперёд — аж камни сыпанули из-под гусениц.
Перецепляясь, Шурики влезли на заднее сиденье. Купри остался на решётке багажника, изредка постреливая в сторону тамбура.
— Кассету береги! — крикнул ему Сихали.
— А я что делаю? — было ответом.
— Куда? — спросил Тугарин-Змей.
— В горы!
Краулер с маху въехал на неровный лёд озера Радок — будто рябь застыла — и помчался на восток. Одолев пологий подъём, вездеходик ворвался в глубокую V-образную выемку, и низкое жужжание моторов тут же прибавило громкости, отражаясь от склонов, пропечённых СВЧ-излучением.
Купри что-то проорал, но Сихали не разобрал слов.
— Что? — крикнул он, оборачиваясь.
— Танки, говорю! Четыре танка за нами!
— Вот гадости! — прорычал Харин.
По дороге, латерально огибавшей гору, они выехали к заброшенному лагерю дорожников.
— Тормози! — крикнул Тимофей.
Илья, не спрашивая, зачем, исполнил приказ.
Браун спрыгнул и подбежал к модулям, в тени которых лежал рыхлый и грязный снег. Ворвавшись в один модуль, он обнаружил только мусор. Во втором лежали скатки одеял и ящики с термоконсервами — антаркты оставляли припасы, как сибиряки в зимовье, — заботясь о тех, кто мог появиться после них. В третьем модуле обнаружились шанцевые инструменты — электропилы, вибробуры, пульсаторы. Подхватив связку термоанкеров и ящик с тушёнкой, Сихали бросился назад. Если их догонят и окружат «интеры» в БК, останется шанс на прорыв. А если они прорвутся, будет чем закусить…
— Чё тут? — крикнул Рыжий, заскакивая следом.
— Анкеры хватай! Попробуем уйти по вертикали…
— Понял! Конечно, так…
Вырвавшись из модуля, Тимофей скакнул на своё место, бросая добытый провиант под ноги.
— Гони! — бросил он.
— К леднику давай, — крикнул азартно Рыжий, пристраивая на коленях ящик со спецснаряжением, — к леднику! Там будет…
Краулер развернулся и покатил в сторону от наезженной колеи, туда, где в долину спускался глетчер, крутой как ледовая горка. Двигаться приходилось змейкой — огибая скалы, осыпи, трещины. Когда фридомфайтеры подъехали к нависающим громадам мутного льда, над выемкой вдали заклубилась пыль — это поспешали танки «интеров».
— Наддай! — крикнул комиссар. — Не на экскурсии…
Краулер, переваливаясь на грядах морен, подрулил к фронтальному откосу-лбу ледника, достигавшему в высоту уж никак не меньше тридцати-сорока метров, и разбитому расселинами, как торт на куски. Из-под тела ледника сочилась чистейшая талая вода, а из расселин несло холодом и сыростью.
Краулер въехал в крайнюю левую распадину, одолевая каменистый откос, и двинулся потихоньку вперёд. Сразу стемнело и резко похолодало, гладкие слоистые стены отдавали прозрачной зеленью морской волны. За очередной узостью танкетка выбралась в довольно-таки обширную котловину, уступами расширявшуюся к небу.
 
— Здесь! — сказал Сихали. — Рыжий, твой выход.
Прицепив сзади к поясу моток нанотросика, Шурик повесил через плечо патронташ с термоанкерами и двинулся на штурм. Подняв на высоту вытянутой руки термоанкер, он прижал его к ледяной стене. Блестящий цилиндрик коротко прошипел и звонко выпустил зазубренное жало. Рыжий подтянулся, стал на пятку анкера, укрепился, вытянул руку со следующим. Шипение. Хлопок. Звон. И Ершов уже на высоте второго этажа. Блестящий голубоватый наплыв скрыл китопаса за собой.
— Ловите! — донёсся крик.
Сверху посыпалась ледяная крошка, шурша по стене, и вниз полетел, разматываясь, нанотросик.
— Поймал! — крикнул Илья.
Прицепив веревку к лебёдке краулера, он включил привод. Барабан заворчал — варр-варр-варр — веревка намоталась на него, натянулась, краулер оторвал от земли передние гусеницы, и его проволокло к стене.
— Давай, давай! — сказал Тимофей. — Держимся!
Краулер встал на корму, всеми четырьмя гусеницами опёрся о ледяную стену и медленно пополз в гору, словно возносясь из холодного синего провала к теплу и свету. У самого верха край стены закруглялся, и краулер помог лебедке, цепляясь и подтягиваясь ширкающими гусеницами. Тросик звенел — свитый из бесчисленного количества нанотрубок, он легко выдержал бы вес самосвала, не то что краулера, но Брауну «нановервие простое» казалось несерьёзной леской на ершей и карасиков.
Перед его лицом поползла толща пузыристого льда. Машину дёргало, один раз её гусеницы почти совсем оторвались от стены, в воздухе поплыла искрящаяся снежная пыль. Тимофей посмотрел вниз, в глубину, и в желудке у него стало холодно, как в глубине ледяной глыбы.
Краулер неожиданно клюнул носом и стал задирать корму. «Неужто всё?!» Танкетку со скрипом переволокло через округлый ледяной обрыв, медленно подтащило к улыбавшемуся Рыжему.
— Никогда не буду альпинистом, — пообещал Браун, с трудом отдирая руки от дуги. Ершов залился смехом.
— Вперёд, фридомфайтеры! — воскликнул он.
Теперь их дорога пролегла по леднику. И это был далеко не каток — тёмные полосы морен, глубочайшие трещины, ледяные стены с карнизами и балконами, зубчатые гребни, хрусткие фирны, встопорщенные льдины… А по обе стороны от застывшей ледяной реки вставали зубчатые горы Принс-Чарлз.
— Отсюда можно прорваться к «Мензис»! — возбуждённо сказал Белый. — Или вкруговую, к «Ламберту». Сейчас прямо, вдоль морены, а потом…
Внезапный грохот за спинами не дал ему договорить. Браун резко обернулся — далеко за нагромождением ледяных глыб, в самом устье глетчера клубился дым и рвались в небо султаны грязно-серого пара. Дым смешался с газами в общую тучу, и её тут же просветила красно-лиловая вспышка. Лёд под ногами дрогнул, вскоре донеслось ломкое громыхание взрыва.
Шурики переглянулись и спрыгнули с краулера. Белый взял под мышку новенький «Дюрандаль», Рыжий прихватил старый, тяжёлый, но мощный «Перун».
— Жмите! — сказал он мужественным голосом. — Мы вас прикроем!
— Это танки, Шурики, — сдержанно сказал Сихали.
— Это старые «Драконы», шеф, так что… — в том же тоне ответил Рыжий. — На них нету ни единой крупинки «абсолютного отражателя», а если бы… И что ихняя пластброня против нашей плазмы?
Бегом они удалились, переругиваясь на ходу, пока не скрылись за ледяными надолбами.
— Едем? — хмуро поинтересовался Илья.
— Ждём, — процедил Тимофей. Лицо Змея разгладилось.
Взрывы позади стихли, а потом требовательно запиликал радиофон. Сихали включил громкую связь.
— …Они делают скат… — услышали водитель и пассажиры краулера.
— Уходите! — заорал Браун. — Вы слышите меня?!
— Слышим, — ответил спокойный голос Белого. — Да не волнуйся ты так, шеф. Под танки мы бросаться не собираемся. Щас мы!